Колонки
новогоднего
номера

И в нашей жизни повседневной
Бывают радужные сны,
В край незнакомый, в мир волшебный,
И чуждый нам и задушевный,
Мы ими вдруг увлечены.
                                                 Ф.И. Тютчев
 
Что улыбается чуть луна, желтым ликом с голубых небес,-
мила июньская ночь, светла, да осенний не дремлет коль бес,
не так ли как же сгорит дотла, что в зените пока пора чудес,-
пусть желание всё еще глухо, искуситься не телом, а духом,
да что чудная задумчивая даль, созвучьями одаривая души,-
утонченная поэзии печаль, инстинкты неожиданно нарушит.
 
Чтоб прохладой изумрудной, души уставшей жажду утолить,
и судьбою многотрудной,
предназначенью высшему служить,-
так за абзацем прозаичного пейзажа,
раз ждет не зря же, может быть,-
поэзии заманчивое чудо даже, ради которой стоит жить.
 
Обыденный беден обычно язык, что обеденный стол без яств,
поэзии звук потому и возник, причудлив, певуч и цветаст,-
настоящий стих ведь чудо света, что луч во тьме фонаря,
коль уж часть второй природы это, то значит часть бытия,-
сквозь блесков суетных бум, точно дикой природы шум,
пусть же тревожит твой ум, безотчетное чудо дум!
 
Да хоть всегда желая сделать всё разумно,
стать ведь последовательным раз очень трудно,-
когда агатовую красу вокруг,
жемчужным хладом заменит погода,-
вдруг изумрудный не забыть бы уют,
спеша отпраздновать проводы года.
 
Как неизвестно, что там безумно,
где беспробудно чувство и чудно,-
не так ли посереют небеса покинуто пусты,
и постареет вдруг сама природа,-
когда уж вместе с ржавчиной поверженною ниц листвы,
стирает холод и остаток года?
 
Коль морозы пробуют почву уж, серо-хмурую забеляя глушь,
поседели в сквере дорожки, проявились морщины крон,-
старость года не понарошку, раз уж в каждый стучится дом,
словно месяца округлый лик, сквозь нервы оголенные берез,-
над землей предзимнею возник,
опять судеб таинственный вопрос.
 
Коль зная морозов невзгоды, лето мерят озимыми,
то надо назвать бы здесь годы, не летами, а зимами,-
не зря когда обыденность забудется на миг,
под новый год, что тем ведь и велик,-
лишь бы всегда за ней успеть вглядеться в зыбкий лик,
который вдруг свет сказочный воздвиг.
 
Бледное солнце, туманная даль,-
белую любит зима вуаль, да словно зеницу ока хранит,
и яркий морозный праздничный вид,-
когда грустней всё синева, уже лишь луч фонарный оттеняя,
так сказочно блестят снега, вечерний шарм, ловя и отражая,-
что понимаешь: и зима, в отчизне тоже создана для рая.
 
Лишь зимою, свет от теплых фонарей,
ведь смешан с лунным цветом снега,-
на котором росписи лепных теней,
хранят цвета ночного неба,-
не зря в такие же ночи в России народ,
всегда с надеждой встречает родившийся год.