Честное пионерское

Музыкант Игорь Бутман честно предупреждает о том, что его так просто не выбьешь из колеи. А скорее всего, вообще не выбьешь. Он только спросит тех, кто в США пытается запретить его концерты: «Да вы из какой колеи выползли?» И вот они уже стоят с плакатами: «Ой, все пропало!»

Писатель Дмитрий Быков демонстрирует итоги своего нового литературного эксперимента, жертвой которого на этот раз становится повесть «Голубая чашка» Аркадия Гайдара. Дмитрий Быков дал в сторону, конечно, от колеи. Впрочем, жертва не должна быть в обиде. Скорее, могла бы быть даже благодарна: сделано с душой. И только для читателей «Русского пионера».

Когда придумывали тему этого номера — «Колея», — конечно, не сомневались, что прозвучит в колонках одноименная песня Высоцкого. Сейчас вот и прозвучит. У режиссера Иосифа Райхельгауза прозвучит во всех ее смыслах и так, как и положено, — во весь голос.

Художник Павел Пепперштейн посвящает себя изучению колеи, которую выбрал для себя не он, а Колобок. У этой колеи извилистый путь, принимающий временами форму лабиринта, а цель Колобка — Бегство, или Ускользание. На этом пути встречаются Пеньки и Лисы, но дело не в них, а в самом Колобке — главное, чтобы он не забыл, куда и зачем ускользает.

Глава ГИБДД Михаил Черников рассказывает, что может значить гиря в жизни человека. Просто раньше, может, мало кто думал об этом. А если и думал, то мало. Михаил Черников думает много. И не только о гире.

Музыкант Алексей Кортнев и так и сяк примеривается к колее. Пытается усмотреть в ней и плюсы, но видно, что это только из корректности. А для себя-то он давно решил, что колея — верный путь к деменции. Но и не навязывает свою точку зрения. Боится стать колеей.

Писатель Александр Кабаков, пользуясь вынужденным бездельем, поет гимн железным дорогам России: он знает их как никто, ибо никто, за исключением нескольких человек, вроде Валентина Катаева да Ильфа и Петрова с Михаилом Светловым, не работал столько времени в газете «Гудок». Правда, пока Александр Кабаков ворочался в своей постели, рельсы в Бресте стали менять уж иначе. Но при чем тут это: классик воспевает ведь родную лично ему классику.

Артист Анатолий Белый пока не знает, колея — это хорошо или плохо? С одной стороны, хорошо: колея — средство против хаоса. С другой — рутина и предсказуемость. Анатолий честно, со всех сторон рассматривает колею как философскую категорию, но признается, что ему в ней неудобно.

Вот сразу, с первых же слов, читатель поймет, что с ним работает профессионал. Что здесь не место пустословию, тем более пустозвонству. Что здесь не будет голословности. Читатель может быть уверен, что найдет ответы на вопросы, которые сам же автор, телеведущий Дмитрий Дибров, поставил. Это полезная колонка. К тому же премьерная (или примерная).

Сын продолжает дело отца, то есть Игорь Хуциев публикуется в «Русском пионере». Только это теперь детектив: жанр, трудно поддающийся освоению и усвоению. Игорь Хуциев идет, впрочем, до конца, а где конец — знает только он. Впрочем, история в каждом номере является законченной и соответствует его теме.

Кто он, пионер-герой путевых заметок обозревателя «РП» Александра Рохлина? Судя по названию, это может быть будетлянин Велимир Хлебников, самопровозглашенный председатель Земного шара. А может быть, кто-то из тех, с кем дорога свела автора. А может быть, это сама дорога — заслуженная, изученная вдоль и поперек Радищевым, Пушкиным и др. Но все еще по-пионерски новая.