Честное пионерское

Игорь
Мартынов

Товарищ Чавес: срочное донесение из Торжка

Пятилетку назад дело было, в Торжке, где по редакционному заданию, добывая утраченный рецепт пожарских котлет, я очутился в питейном заведении, декорированном под мавзолей. Поначалу пустынное, омертвелое место внезапно наполнилось экзотичной для северных широт публикой: не просто смуглые, но с бронзовым отливом парни рассаживались строго по четверо, как в столовой профилактория. Среди бронзовых затерялся один бледнолицый, хотя и румяный, но явно из местных. С ним они говорили по-английски, а между собой — на языке Дон-Кихота и команданте Че. Первая мысль: массовка, съемки сериала про золото майя, но после одной-другой бутылки совместно распитого чилийского, открылось происхождение десанта. Из Венесуэлы, посланцы дружественного Уго.

— За Фиделя! — прозвучало над столами (тогда здоровье собственного команданте Ча еще не внушало поводов для тоста).

Как выяснилось, в Торжке, помимо утраченного рецепта пожарских котлет, есть еще и вертолетная школа, куда прибывают на спецподготовку бойцы с империализмом.

— Как вам наши геликоптеры? — памятуя об основоположнике летного жанра, о нашем, как ни крути, Сикорском, я был уверен в лестном отзыве.

Но один из венесуэльцев, сильно отвернувшись от румяного, перешел на шепот:

— Mierda! Mojon! Надо срочно передать донесение в Каракас: «Товарищ президент! Тренировки невозможны — нет горючего. Пошли в Торжок хотя бы цистерну нефти, а то — ни одного вылета за полгода…» — и боец горько отхлебнул чилийского.

Каюсь: замотался тогда, забегался, забыл сразу донести сигнал в Каракас… Но никогда не поздно сделать то, что лучше сделать поздно, чем никогда! Сегодня, в холодном марте 2013-го, наверстываю, передаю донесение бойцов из заведения, похожего на мавзолей.

Как слышно, прием?