Честное пионерское

Виктор
Ерофеев

Подарок чешских друзей

У нас в доме было свое кино. В нем участвовали моя мама, моя бабушка и моя няня, двадцатитрехлетняя крестьянка из села Лотошино Волоколамского района Московской области. В этом кино я играл роль пятилетнего мальчика из хорошей семьи. Папа в этом кино не участвовал, потому что он был начальником и он в это кино не помещался. Но ему время от времени об этом кино докладывали — то моя мама, то его мама, моя бабушка.

В нашем кино мама играла роль современной женщины, которая хочет сделать из меня культурного человека, но культурный человек из меня никак не получался. Я был просто куском хаоса. Окультурить меня могли разве что боги и, может быть, папа, но папа не занимался грязной работой, а в богов мы не верили, и они в нас — тоже.

Бабушка в нашем кино играла роль нервной женщины лет пятидесяти пяти, чудом выжившей блокадницы, которая в припадке гнева бросалась в маму чугунными утюгами, и моя мама, придя с работы, пряталась в ванной, как в бомбоубежище. Бабушка кормила меня на убой. Она запихивала мне в рот блины, пироги, ватрушки, пельмени, сосиски, яйца, рыбий жир — все подряд, и я превратился в большой шар с выпученными глазами, а мама кричала: «Не смейте его перекармливать!» — на что бабушка кричала: «Не смей экономить на мальчике!» Разница в ты и вы была не в пользу мамы, к тому же бабушка бросалась утюгами, и они обе за кадром по очереди бегали к папе и говорили одни и те же слова:

— Убери ее! Выгони из дома!

А мама еще добавляла:

— Я с тобой разведусь.

А бабушка подначивала:

— Разведись с ней. Ты же ее не любишь!

Папа молчал, и тогда бабушка падала на колени и валялась у него в ногах:

— Не бросай ее, не бросай ради мальчика!

Полный текст колонки Виктора Ерофеева читайте в журнале «Русский пионер» №34 после 15 февраля.