Классный журнал

Максим Кучеренко Максим
Кучеренко

Стыдные деньги

21 декабря 2021 13:45
Музыкант группы «Ундервуд» Максим Кучеренко вспоминает былые деньги. Это в основном яркие истории. За некоторые автору даже стыдно, может быть, даже за все, которые он вспомнил. Совершенно очевидно, что череда сюжетов стремится к обобщению. Обобщение не замедлит, хотя Максим признается, что деньги — трудная тема. Трудная, но поучительная.




Тема денег — это всегда почему-то неловко. Это так, как будто ты порвал штаны и видно нижнее белье и нужно скрыть прореху. Какие деньги? О чем вы говорите, забудьте ради бога! Мы же свои люди, мы угощаем друг друга добрыми поступками! Между нами деньги? Они нарушают общественную святость. Какие деньги могут быть между Павликом Морозовым и советской властью? Зачем пять сольдо Буратино по дороге, которая ведет к кукольному театру-храму?

 

Жизнь человека украшают поступки. Красивый человек — это либо смелый, либо щедрый. В молодости у тебя нет денег, зато есть физическая сила, чтобы бить морду негодяям, отбирать у них грязные деньги, отмывать их, а потом быть щедрым в старости. Если у тебя совсем мало денег и ты тупо хилый и несмелый, зато культурный, тебя позовут в богатые щедрые дома. Там тебе дадут вина, мяса и гитару. И вдруг ты понимаешь, что ты не так уж и беден, — у тебя есть капитал. Твой капитал — это талант! Это другое дело, и ты богат по-нормальному и непозорно.

 

Тобой восхищаются, и в этом месте нужно своевременно продемонстрировать собственную скромность. То самое мгновение, когда рождается меценат с маленькой буквы, то есть спонсор. Потому что есть еще Меценат с большой буквы. Это лысоватый благородный соперник императора Августа, покровитель поэтов и продюсер Вергилия. О, лысые мужчины, у вас всегда есть деньги! Вас все любят. Вы умны, вы некрасивы. Но во всем этом вы прекрасны.

 

Эй, лысый, налей мне вина, дай мне мяса, и я сыграю тебе на гитаре! Я заставлю смотреть на меня влюбленными глазами, и это не про Фрейда. Это про Маркса, потому что в этот момент мы равны. Твои деньги и твоя лысина равны моему растрепанному творческому порыву. Да, мы делаем этот мир вместе, каждый со своей стороны, и мы обнимемся — и это истинная скрепа! А скрепу не купишь ни за какие деньги.

 

Денег хочется. Но в этом признаваться неловко. Богатый и знаменитый? Нет! Помните у Пастернака: «Быть знаменитым некрасиво, не это подымает ввысь…»? В 2016 году закончились деньги, и я написал невротический стих, как мне себя было жалко. Но предыдущие деньги развратили меня, и я хорошо знал, что такое Москва с пятницы на субботу. Я помню, что мечтал купить новые джинсы и книжный шкаф. Просыпаясь в субботу днем, я вспоминал, сколько потрачено. Пропиты джинсы или даже книжный шкаф. Это угнетало.

 

Я с болью вспоминал 2007 год, когда для одной организации мы играли шесть раз и заказчик ехал в банкомат, чтобы доплачивать снова и снова. Лица окружающих были искажены гримасами от сильнодействующих веществ, а губы были синими от вина осадочных пород. А мы все играли, все выходили и выходили. Этому не было конца. В эту ночь гонорар уравнял нас со звездами Первого канала.

 

Когда музыка еще «не качала», я зарабатывал консалтингом. Приезжал на далекий сибирский завод, где мужики каждое утро ходили на проходную, они пили водку и у них болело сердце. В костюме и галстуке я был посланником деловых миров. Засыпая в дорогой гостинице, я улыбался и думал, как хорошо, что я не такой, как все. Но ровно через два дня этой командировки я, как и все, пил водку, и у меня болело сердце, и я ходил через проходную.

 

Пару раз в жизни мне было стыдно из-за денег. Первый раз — в привокзальном ларьке, где подрабатывал студентом. Там продавалась всякая съестная мелочь — но главной героиней ларька была, конечно же, водка. Она изготавливалась где-то неподалеку, на соседней улице. Всем производством заправлял мой жизнерадостный брат Сережа (светлая ему память). Он посмеивался надо мной и говорил, что я не умею обсчитывать покупателей, чтоб делать сверхприбыль. Я злился на Сережу и ничего не мог с собой поделать. И тогда, когда он уходил, я поднимал цены и срывал свой студенческий куш. Вскоре это вскрылось, и в ларек Сережа меня уже не звал.

 

Второй раз вообще был позорным. Когда я работал врачом в поликлинике, у меня был свой фенозепам, который однажды купил в Москве и продавал в кабинете. Было немного, 10 упаковок, но город без фенозепама — как улей с пчелами, которые хотят, но не могут уснуть.

 

Ко мне пришла очень интеллигентная дама, улыбчивая и даже какая-то светящаяся. Мы наскоро поговорили, прием был большой, и я ей продал коробку. В последнюю минуту она сообщила, что три месяца тому у нее погиб племянник на АПЛ «Курск». В общем, так получилось. Я бы подарил ей еще одну упаковку, но транквилизаторы дарить не принято. К ним быстро развивается привыкание.

 

Никогда не чувствовал себя богатым. Великим — да, а богатым — нет. Величие кусает тебя внезапно. Однажды ехал поездом в Симферополь, и со мной в купе сидел паренек. Мы разговорились. Оказалось, он любит современную музыку. «О, так ты учился в мединституте! — воскликнул он. — А приходилось ли тебе встречаться с …?!!» Далее он произнес мое имя и фамилию. Я испугался. И ответил почти честно. Сказал, мол, нет, не приходилось, а так вообще слыхал. Далее я залез на верхнюю полку и час лежал неподвижно.

 

В тренинге по работе с дебиторской задолженностью (возвращение долга через долгие и нудные переговоры) есть такое упражнение. Выбирается человек, ему дается маленькая, но щекочущая сумма — например, 10 долларов. Далее 10 желающих по очереди в течение 30 секунд произносят убеждающий монолог. Цель — убедить и забрать всю кассу. Ориентируясь только на свое субъективное впечатление, участник с деньгами адресует сумму тому, кого считает наиболее убедительным. Далее начинается разбор полетов, почему и как достигнут успех. Трюк действительно забавный, он демонстрирует разное «чувство денег» в каждом из нас.

 

Говорят, что заселение Сибири нашим славянским братом состоялось потому, что любой член команды Ермака мог охотиться, продавать и воевать. Остроги вдоль северных рек — это базы пушнины, которая реализовывалась в Европе. Так сцепились воедино эволюционно значимые признаки, определившие на сотни лет вперед исторический масштаб.

 

Непонятно, как закончить эту колонку. Тема денег отвратительно бесконечна. Она передается в череде поколений. Она проникает даже в фамилии людей: Рублев, Копейкин, Денежкина. Бродский называл деньги «пятой стихией» — фактором среды.

Но все же закончить хочется на позитивной ноте. Однажды на вокзале я обменивал 20 долларов, едва не став жертвой мошенников. Суть дела простая: мошенник в кулаке зажимает один доллар, второй рукой берет твою двадцатку, и в этот момент налетает его подельник и инспирирует драку. В суматохе мошенник сует скомканную купюру, убегает с двадцаткой, а ты разворачиваешь купюру достоинством в один доллар. Ребята работали технично, и у них все получилось. Вот только оба были наркоманы и все делали в четыре раза медленнее. Я мгновенно выхватил обе купюры и бросился прочь. Я убегал, унося с собой 21 доллар, и меня заполняло чувство неловкости.


Колонка Максима Кучеренко опубликована  в журнале "Русский пионер" №106Все точки распространения в разделе "Журнальный киоск". 

 

Все статьи автора Читать все
     
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал
106 «Русский пионер» №106
(Декабрь ‘2021 — Январь 2021)
Тема: Деньги
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям