Классный журнал

Лена Фейгин Лена
Фейгин

Митя, Надя и автоматические мысли

08 ноября 2021 19:00
Психолог Лена Фейгин в очередной колонке для «Русского пионера» борется с демонами. Вместе со своим пациентом она выводит их на чистую воду и там же и уничтожает. И оказывается, что нет ничего потустороннего и необъяснимого в темных силах, — надо просто их объяснить. И наградой в этой борьбе станет любовь — обязательно.




Когда спариваются скепсис и томление, возникает мистика.

Фридрих Вильгельм Ницше

 

Как приятно и беззаботно жилось бы нам, если бы не нужно было брать ответственность ни за что в своей жизни. Ну случается, ну происходит, но не я управляю процессом, а мистические силы, которые ведут меня по жизни в направлении, которое, может, и выведет меня к неземным высотам и успехам. Впрочем, если совсем ни за что не брать ответственность на себя, то жизнь как бы случается с тобой и ты не являешься ее правомерным участником. Дилемма, однако, что лучше — отвечать за принятые решения и активно жить свою жизнь в попытке контролировать хоть что-то или наблюдать, как она происходит и разворачивается перед твоими глазами.

 

Митя был человеком суеверным, еще в детстве он постоянно слышал от бабушки всякие заклинания. Сила этих заклинаний варьировалась. Например, черная кошка, которая переходила дорогу, гарантировала испорченный день, а если Митя возвращался, забыв что-то дома по неосторожности, то непременно должен был смотреться в зеркало, иначе день мог не заладиться. Суеверий и маленьких ритуалов, связанных с ними, было много, они встраивались в жизнь или жизнь выстраивалась вокруг них. Когда Митя подрос, то к суевериям, которыми наградила его бабушка, добавились еще и правила, которые он вывел сам. К слову, бабушка была его основным воспитателем, потому что родители были очень заняты, а потом папа и вовсе ушел, даже не попрощавшись.

 

Сначала Митя задавал вопрос маме, что он сделал не так, из-за чего ушел папа, но, видя ее расстроенный взгляд каждый раз, когда он поднимал тему папы, и мамину отстраненность, Митя перестал задавать вопросы и вывел новое мистическое правило, что «любовь надо заслужить». Дальше, следуя этому правилу, он заслуживал (безуспешно) любовь мамы, а после — любовь девушек, с которыми хотел встречаться. Формула работала через раз, и каждый раз, когда подарок не вызывал бурю эмоций и бе-зудержную любовь со стороны девушки, Митя заходил в тупик, ведь он делал все «правильно». К тридцати наступил момент, когда «заслуживать» любовь стало не так интересно, и Митя решил, что семья и отношения — это не для него. Он жил со стойким ощущением того, что он никому не нужен и никто не сможет любить его по-настоящему. Впрочем, «по-настоящему» он объяснял неким мис-тическим образом. То есть любовь всей его жизни должна была быть идеальной, вернее, он должен был быть идеальным в этих отношениях.

 

Когда Надя появилась в его жизни, он испугался, потому что почувствовал что-то, чего раньше не происходило. Его сердце бешено билось рядом с ней, а способность говорить была утрачена и он становился косноязычным. Ему очень хотелось произвести на нее впечатление, и он делал это всеми возможными силами. Правило о том, что любовь нужно заслужить, требовало подвигов и действий, но магия подарков не действовала на Надю. Она принимала их с некой осторожностью. Было очень страшно, страх заполнял пространство вокруг Мити, и ему казалось, что она непременно его отвергнет или найдет вариант получше, так как его невозможно любить. Мысли о том, что она может уйти, вызывали в нем злость и агрессию, и он мог сказать ей жесткие или злые слова, а потом бесконечно просить прощения. Надя соглашалась продолжать отношения, но каждый эпизод Митиной агрессии создавал все большую дистанцию между ними, эта дистанция только укрепляла Митю в его мнении, что его невозможно любить.

 

Митю разрывало от любви, он чувствовал себя как доктор Джекил и мистер Хайд, размеренный и собранный, четко понимающий, по каким правилам нужно жить, и одновременно ужасающий сам себя, с неконтролируемой агрессией человек. Агрессия как механизм защиты себя от внешнего мира, от той любви, которую он испытывал. Это была совершенная мистика: одно неаккуратное слово Нади — и он взрывался без возможности себя контролировать. Когда отношения дошли до очередной взрывной точки, Надя сказала, что более не намерена терпеть и, несмотря на чувства, больше не хочет продолжать отношения, если Митя не обратится за помощью к психологу. Так и пришел Митя в мой кабинет с запросом помочь справиться с его темной стороной.

 

Разбираться в том, где ломается программа, всегда сложно, но необходимо для того, чтобы понять, над чем именно работать. Митя очень хотел быстро разобраться со своими проблемами и был готов к партнерству в терапии и к выполнению заданий между сессиями. Первые сессии были посвящены анамнезу ситуации, Митя отвечал на мои вопросы, да и сам бесконечно рассказывал про свое детство и про то, как он пытался заслужить любовь мамы и как не смог простить отца за то, что тот бросил их с мамой. Словом, Митя никогда не видел больше отца и не хотел ничего про него знать и решительно говорил, что раз отец сам не интересовался им (Митей), то и он не хочет его знать. Бабушка, которая фактически воспитала Митю, наградила его системой правил и оценок окружающего мира, на которые он опирался. Бабушка была уже старенькой, и Митя частенько заезжал к ней и всячески ее опекал и заботился. Отношения с мамой так никогда и не выровнялись, они были связаны мистической любовью сына к матери, но близости в этих отношениях не было, и когда Митя был уже достаточно взрослым, мама хотела бы общаться более тесно, но время было безвозвратно упущено, и им обоим было непонятно, как эту связь выстроить или, скорее, восстановить.

 

При помощи дневников на поиск автоматических мыслей мы выяснили, что совершенно разные ситуации, особенно в личных отношениях, приводят к агрессии, как только появляется мысль: «я не нужен», «она меня бросит», «она со мной из-за…». Выявление автоматических мыслей в работе помогает погрузиться во внутренний мир пациента/клиента для того, чтобы найти причины его переживаний. Глубинные убеждения, такие как нелюбовь, никчемность или беспомощность, хорошо спрятаны в наше подсознание. Для того чтобы сценарий наших глубинных убеждений не реализовался, мы создаем промежуточные убеждения в виде правил, нашего отношения к окружающему миру и предположений относительно происходящего. Именно промежуточные убеждения формируют наши автоматические мысли и, как результат, наши реакции и эмоции. Таким образом мы справляемся со страшным сценарием наших глубинных установок, соблюдая гомеостаз.

 

В нашей с Митей работе мы выяснили, что его реакция на Надины слова, которые он интерпретировал как «нелюбовь», несла защитный характер. Ему было настолько страшно, что она может бросить его, что его на самом деле невозможно любить, что он был готов разрушить все на своем пути, чтобы не найти подтверждение этому. Работа с когнитивными искажениями, дисфункциональным мышлением — это всегда процесс. Процесс, в котором человек сталкивается со своими демонами лицом к лицу, для того чтобы распознать, как они устроены, и переформатировать их. Осознание иррациональности наших установок и убеждений, тех, что мы не подвергаем сомнению, помогает избавиться от того, что мешает жить. Для Мити это был процесс примирения с разводом родителей, с нелюбовью и с осознанием, что это вовсе не правило. Он восстановил отношения с Надей и по-настоящему ощутил любовь, другую, ту, которую не надо было заслуживать, но которую нужно было почувствовать.  


Колонка Лены Фейгин опубликована  в журнале "Русский пионер" №105Все точки распространения в разделе "Журнальный киоск".

Все статьи автора Читать все
       
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал
105 «Русский пионер» №105
(Ноябрь ‘2021 — Ноябрь 2021)
Тема: мистика
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям