Классный журнал

Гриша Плоткин Гриша
Плоткин

После сказки

29 октября 2015 10:50
Актер Гриша Плоткин снялся в культовом фильме «Сказка о потерянном времени». После этого вырос. А после этого написал колонку для журнала. Про время, которое осталось с ним. Нашел он его, понимаете?
Был 1963 год, мне было 9 лет. Я учился в 3-м классе английской спецшколы № 4 в Москве, на Ленинском проспекте. Школа была элитарная, ее учениками были дети членов советского правительства, министров, генералов, академиков и т.д. Например, в 3-м и 4-м классах я сидел за одной партой со Стасом Наминым, чьим дедушкой был Анастас Иванович Микоян, председатель Президиума Верховного Совета СССР. Но мои родители не были высокопоставленными чиновниками — мама была учительницей, просто мы жили в том же районе, где была эта школа, и по законам того времени меня не могли туда не принять.
 
В один из дней 1963 года нам в школе объявили, что известный режиссер-сказочник Александр Лукич Птушко (он же снял «Сказку о Царе Салтане») начинает съемки фильма по произведению Шварца «Сказка о потерянном времени». На главную роль Пети Зубова — старика был утвержден известный в то время артист Борис Новиков. Перед режиссером стояла задача найти мальчика для исполнения роли маленького Пети Зубова, который внешне был бы очень похож на Новикова. Вместе со своими помощниками и ассистентами Александр Лукич Птушко прошел по 3-м, 4-м и 5-м классам, отбирая детей, внешне имевших хоть какое-то сходство с главным героем. Я был выбран в числе других, и на протяжении следующих шести месяцев на киностудии «Мосфильм» проходили нескончаемые кастинги. Всего на роль было отобрано свыше 5000 кандидатов, но в конце шестого месяца нас осталось двое: я и еще один мальчик. Мы были похожи друг на друга как близнецы, и оба как две капли воды похожи на Бориса Новикова.
 
Сделали кинопробу, которая и предрешила дальнейшие события, остальное — уже история. Начались каждо­дневные репетиции на «Мосфильме». Но однажды в павильон зашел Птушко и неожиданно сообщил, что Борис Новиков серьезно болен и не сможет сниматься в фильме. Александр Лукич должен был найти другого актера на роль Пети Зубова — старика, только теперь этот актер должен был быть похожим на Гришу Плоткина. Ситуация оказалась довольно комичной. В течение одного месяца удалось пригласить и утвердить на роль Олега Анофриева, которому на тот момент было 25 лет, но он уже был известен в СССР по фильму «Коллеги».
 
Конечно, поначалу казалось, что это все происходит не со мной. Несмотря на то что минуло уже более полувека, мне кажется, что я помню каждый день этих сказочных девяти месяцев съемок. Потому что сниматься в «Сказке…» было действительно волшебно.
 
День начинался с того, что рано утром к моему дому подавали машину с шофером, который вез нас с мамой, всегда меня сопровождавшей, на «Мосфильм» или на натурные съемки. Завтрак с киногруппой, грим, костюмерная и начало рабочего дня. На протяжении съемок я почти не учился в школе, но в учебе не отставал, так как по съемочным законам того времени со мной находились несколько преподавателей. Даже когда съемки перенеслись в Севастополь и Ялту, учителя поехали вместе с нами.
 
На «Мосфильме» я часто сидел в гримерной рядом с такими выдающимися артистами, как Олег Стриженов, Василий Лановой, и многими другими. Мне, конечно же, льстило, что такие известные люди здороваются со мной, девятилетним мальчиком, за руку и называют по имени, как своего. Хотя, надо сказать без ложной скромности, через месяц-два я вполне освоился и чувствовал себя среди них довольно уверенно. Неповторимо было и общение с актерами из фильма — Сергеем Мартинсоном, Олегом Анофриевым, Савелием Крамаровым, Риной Зеленой.
 
Никогда не забуду, как Олег Анофриев подошел ко мне как-то на площадке и спросил: «Хочешь, научу тебя песенке?» — «Конечно», — ответил я. И он начал напевать: «Я книжек не читаю, я уроков не учу. Я целый день гуляю, вытворяю, что хочу. А ты, пионер, не спи. Глаз не закрывай. Ты меня воспитывай!» Следующие восемь месяцев каждый раз, когда мы встречались, пели эту песню дуэтом.
 
Да и сама «Сказка о потерянном времени» для меня, ребенка, была очень поучительной, заставляла думать. И свободное от съемок время я старался тратить более рационально. Хотя, может быть, сегодня мне так только кажется, ведь вообще детям не свойственно задумываться о времени. Они еще не в состоянии понять сам концепт его так, как мы это осознаем и чувствуем в более зрелом возрасте. Конечно, это не значит, что дети совсем не замечают времени. Просто отсутствие жизненного опыта не поз­воляет им воспринять тот факт, что каждому из нас дан определенный отрезок, который уменьшается с каждой секундой, с каждым поворотом головы. С годами ощущение и понимание времени полностью меняются. Иногда мне кажется, что съемки в фильме были вчера, а на самом деле прошло уже более пятидесяти лет. Вроде бы недавно, а на самом деле очень давно. Такое количество всяких событий произошло, что кажется, прошла целая вечность.
 
Сегодня я живу в Лос-Анджелесе. Несмотря на то что после «Сказки…» я снимался еще во многих фильмах, а киноальманах «От семи до двенадцати», где я играл главную роль, даже получил серебряную медаль на фестивале детских фильмов в 1968 году, актером в СССР я не стал. К окончанию школы я был полностью заражен кинематографом и мечтал поступить во ВГИК, куда и подал документы. Я вырос на «Мосфильме» и имел за плечами опыт работы в кино и рекомендательные письма от известных режиссеров и актеров, но советская действительность того времени не дала мне возможности поступить в Институт кинематографии на актерский или режиссерский факультет.
 
Попытка поступления провалилась. Это еще больше укрепило желание моей семьи уехать в Израиль. Мой дед был раввином в Москве. В 1953 году, до смерти Сталина, он был арестован и репрессирован. Умер в тюрьме. Многие наши родственники уехали из СССР после войны, и когда евреев в Советском Союзе начали отпускать на постоянное жительство в Израиль, мои родители получили разрешение на выезд, и в апреле 1972-го мы иммигрировали.
 
Конечно, с тех пор Россия не просто сильно поменялась, а стала совсем другой страной, другим миром. Я был в Москве за все это время только один раз, в 2000 году, но я в курсе всего происходящего. У меня там живет ряд друзей, с которыми я поддерживаю отношения и которые периодически приезжают ко мне в Америку. И надо сказать, что сегодня ритм жизни в больших городах обеих стран очень похож. Принято считать, что время в Нью-Йорке летит экстремально быстро. В Америке даже есть такое выражение: «New York minute», что означает «в мгновение ока». Думаю, что и в России то же самое. Хотя, если задуматься, даже внутри самих стран жизнь проходит по-разному. Например, в Нью-Йорке, как и в Москве, все четыре сезона, а в Лос-Анджелесе 9 месяцев в году лето, у нас всего два сезона — лето и весна, и жизнь течет относительно спокойно.
 
Но, как бы там ни было, я считаю, что при любых условиях свое время стоит тратить только на те события, которые вызывают позитивные эмоции, на близких людей, на любовь, заботу, нежность. Ведь мало что в жизни так же драгоценно, как время. Вчера уже нет и не будет, а есть только сегодня и завт­ра. Предназначенный каждому из нас определенный отрезок времени с каждой секундой безвозвратно уменьшается, приближая нас к концу жизненного пути. В этом и есть ценность времени: оно необратимо.
 
С одной стороны, конечно, хотелось бы перевести те самые волшебные стрелки часов назад, в молодость. Но, с другой стороны, жизненный опыт и багаж, накопленные десятилетиями, тоже неизмеримы. Уже не говоря о том, что мы с женой вместе 30 лет и у нас пятеро прекрасных детей. Счастье быть их отцом и другом я бы не променял ни на какие годы возврата назад.
 
Да и по большому счету жалеть о прошедшем вообще не нужно. Несомненно, у меня, как, наверное, и у каждого человека в моем возрасте, были всевозможные жизненные эпизоды, которые можно охарактеризовать как «потерю времени». Например, в 22 года я в Нью-Йорке женился, правда, семейная жизнь продлилась всего три месяца, и было ясно, что это ошибка. Или неинтересная работа, которой у меня было много. Все это, в общем-то, было пустой тратой времени, так как не доставляло никакого удовольствия и не прибавляло ни знаний, ни опыта. Но я не жалею. Жалость в данном случае — бессмысленная эмоция. Ведь вернуть время назад и что-то переделать невозможно. Если время упущено, то так тому и быть. А вот что возможно, так это сделать правильные выводы и в будущем не повторять ошибок. Как говорится, не жалей о содеянном!
 
Мой старший сын — адвокат и живет в Торонто. До того как стать им, он окончил консерваторию в Нью-Йорке — Manhattan School of Music — и был сложившимся концертным пианистом. Потом вдруг решил резко поменять профессию и стал криминальным адвокатом. Он 20 лет осуществлял мечту стать пианистом, с шести лет по 5–6 часов сидел за инструментом, были потрачены огромные жизненные и финансовые ресурсы. Можно ли считать, что он зря потратил 20 лет на музыку, которая сегодня ему, в принципе, и не нужна? Наверное, кто-то так и скажет. Мне же думается, что, может быть, это и есть его жизненный путь, и кто знает, стал бы он адвокатом, если бы его жизнь сложилась иначе. Может, занятия музыкой каким-то образом и привели его в другую сферу?
 
Моя младшая дочь тоже не сразу пришла к своей профессии. Она пела с 12 лет, и в какой-то момент мы думали, что это и будет ее путем. Но потом все также изменилось: она сначала стала психологом, а потом, окончив юридический вуз, тоже адвокатом. Старшая дочь работает косметологом и обожает свою профессию, а младшие сыновья — близнецы — пока мечтают стать адвокатом и бизнесменом. Кем они будут — будущее покажет.
 
А сегодня я смотрю на свою 91-летнюю маму и, конечно, думаю о времени и о том, как бы мне хотелось, чтобы она и все близкие мне люди жили до 120.

Колонка Григория Плоткина опубликована в журнале "Русский пионер" №58. Все точки распространения в разделе "Журнальный киоск".
 
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал
58 «Русский пионер» №58
(Октябрь ‘2015 — Октябрь 2015)
Тема: Время
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям