Классный журнал

Вячеслав Смагин Вячеслав
Смагин

Мягкая разновидность

28 марта 2015 10:50
Президент уникального софтбольного клуба "Карусель", где играют только девушки, Вячеслав Смагин исповедуется читателям «РП» в своей любви к софтболу, и к этим девушкам в частности. Читаешь и понимаешь: нет ничего выше чистой любви. И ничего чище — высокой.

Во времена перестройки, глобальных перемен, когда открылся «железный занавес» и хотелось чего-то нового, все кипели идеями и один за другим открывались молодежные творческие объединения, тогда и я захотел себя как-то проявить. Когда я с отличием окончил Институт физкультуры и пришел в Менделеевский институт, я познакомился с Михаилом Куснировичем (будущим главой компании Bosco di Ciliegi), который работал в профсоюзном комитете. Смешно сейчас вспоминать, но в те годы в институте работал господин М. Ходорковский в комитете комсомола — тогда товарищ Ходорковский. Он возглавлял стройотряды, так что мы успели с ним даже в Берлин съездить в стройотряд.
 
Конец восьмидесятых — начало девяностых — это время, когда стало популярным все американское. Бейсболки, кроссовки, джинсы, жвачки, кока-кола и пр. — все это хлынуло к нам с Запада, а вместе с вещами и модным словом «бейсбол» к нам пришла и сама игра. А бейсбол, кстати, был изобретен примерно в те же годы, когда Джеймс Нейсмит придумал баскетбол. Но в СССР о бейсболе почти ничего не знали.
 
В Менделеевском институте у нас училось много кубинцев, которые играли в какую-то совершенно непонятную игру и получали большое удовольствие, швыряя зачем-то туда-сюда мяч. У меня всегда возникали ассоциации: мы ловим майских жуков сачком, а они бегают с какой-то перчаткой на руке и ловят мячики на лужайке. Мы наблюдали и не понимали ни-че-го.
 
Судьбоносной для развития бейсбола в России стала поездка нашего ректора на Кубу, а потом и в Америку. Его привели на матч, на котором присутствовало более ста тысяч человек. Он был ошеломлен и решил, что и в Советском Союзе у студентов должна быть такая игра. Вызвал меня. Так я связал свою жизнь с бейсболом, а потом и с софтболом.
 
Двадцать шестого ноября 1986 года Госкомспорт принял постановление о развитии бейсбола, софтбола и русской лапты в СССР. Вот так, через запятую, соединились бейсбол, софтбол и русская лапта. У нас было много совещаний, потому что Коммунистическая партия строго за всем следила и могла не пропустить американизмы в советских документах. Нам надо было запрятать, как в бутерброд, этот бейсбол, поэтому мы его и прикрыли русской лаптой. Мы решили, что у лапты и бейсбола много общего: мяч тоже отбивают палкой, поэтому федерация так и называлась — «бейсбола, софтбола и русской лапты». В разные времена ее возглавляли небезызвестный экономист Гавриил Харитонович Попов, Владимир Владимирович Познер.
 
Несколько лет развития бейсбола привели к тому, что рано или поздно возник бы вопрос о женском направлении. И он возник. Если бейсбол в СССР был весьма слабо развит, то его женская, более мягкая разновидность — софтбол — и подавно. Мне предложили его развивать, чем я занимаюсь вот уже 25 лет и по сей день. Это было что-то новое, интересное, и, не скрою, мне было уже тяжеловато каждый день ездить на работу в Москву из подмосковного поселка Тучково, где я родился и вырос. И я решил, что настало время перебираться на родину, где я всех знаю и все знают меня. Я подумал, что если что-то и получится сделать, то только здесь, как это ни странно звучит. Я прекрасно понимал, имея тренерский опыт в баскетболе, какие миллиарды нужны, чтобы создать команду.
 
Было два варианта: взять взрослых опытных спортсменок из каких-то других видов спорта, где у них уже нет перспектив, или все-таки набрать восьми-девятилетних школьниц и растить из них чемпионок. Мы с коллегами пошли по второму пути. На тот момент у нас даже не было статуса спортивной школы. Мы просто повесили объявление: кто хочет заниматься таким экзотическим видом спорта, приходите, записывайтесь. На первую тренировку 4 марта 1990 года пришло около двадцати девочек, эту дату мы и считаем днем рождения нашего клуба «Карусель Bosco-SPORT».
 
Первые тренировки проходили на более-менее ровной лужайке в лесу, а тренерами были мы сами. Инвентаря не хватало, биты заказывали у местных столяров. Только со временем нам удалось восстановить заброшенный городской стадион, построить здание самого клуба. Так как Интернета тогда не было, мы переписывали кассеты с играми, которые нам присылали американцы, и по этим кассетам и учили будущих чемпионок. Вообще, было много желающих нас поучить, и время от времени из Америки приезжали тренеры. Это мы потом понимали, что им по большому счету и нечего нам сказать. Это как любой русский приедет на Гавайи и скажет, что он тренер по хоккею. Так и любой американец, знающий правила софтбола, мог приехать в Тучково и дать эксклюзивный мастер-класс.
 
Значение наших начинаний для американцев мне даже трудно передать: после гонки вооружений тот факт, что исконно их вид спорта стал развиваться в СССР, был для них настолько же удивительным, насколько и непостижимым. И, конечно, первый наш визит в Америку был уникальным. Американцы взяли на себя все расходы, для родителей наших спортсменок это практически ничего не стоило. Вы только представьте, сколько шума эта поездка вызвала в нашем поселке: деревенские девчонки едут в Америку. Через два-три года после наших занятий местные жители не спрашивали, где тут записывают на софтбол, а спрашивали, где записывают в Америку.
 
В США нас принимали на самом высоком правительственном уровне. Мы везли с собой шапки, матрешки, шинели, но не для того, чтобы подарить, а чтобы продать. За шинель можно было выручить 20 долларов, а потом на эти деньги купить подарки всей родне и… приобрести инвентарь для полюбившейся игры в оригинале. Девчонки приноровились и просто писали на банке: «На развитие советского софтбола» — и собирали деньги. Иногда в больших торговых центрах пели «Калинку-малинку». И развлечение, и реклама, и польза для общего дела.
 
Забавный случай был в Голландии. Тогда, после событий 1993 года, в католических церквях служили молебны о России, а люди собирали гуманитарную помощь. И тут приехали русские девочки. Конечно, внимание к нам было очень большое. Мы жили на границе Германии и Голландии, и организаторы посадили нас в автобус и повезли куда-то с желанием сделать нам некий сюрприз, но, как оказалось, не только нам…
 
Мы приехали в ресторан, в котором очень известный тогда советский клоун Олег Попов отмечал свою свадьбу, женившись на немке, которая, кстати, была выше его на две головы. Он хотел тихую свадьбу без журналистов и огласки, а голландцы, прослышав о празднике, решили ему сделать сюрприз, не понимая, что сюрприз получается совсем неприятный. Попов хотел затаиться от русских, и тут вдруг останавливается автобус, выходит толпа, а так как нас попросили спеть песню, мы ничего лучше не придумали, как затянуть «Взвейтесь кострами, синие ночи! Мы — пионеры, дети рабочих!». Надо ли говорить, что Попов был в легком шоке.
 
Желание голландцев нагрузить нас «гуманитаркой» иногда достигало таких размеров, что наш автобус был не в состоянии увезти все эти многочисленные баулы. Помню, как самая маленькая и худенькая в команде девочка решила, что во что бы то ни стало довезет до России все десять чемоданов. Все, что голландцам было не нужно, отдали русской девочке — например, у нее оказался полный чемодан кримпленовых галстуков в горошек на резиночке.
 
— Зачем тебе это?
 
— Папе повезу.
 
Начали ее убеждать, что надо это оставить. Мусорки нигде нет, отошли подальше от автобуса, кругом — каналы. Девочка плачет, а чемодан не тонет. Пришлось наложить в него камней. То, что голландцы каждой весной и осенью чистят каналы и рано или поздно найдут свой чемодан с ретро-галстуками, нам в голову тогда, разумеется, и не приходило.
 
В самом начале, когда мы только-только создавали команду, я понимал, что ходить и у кого-то просить денег можно только тогда, когда мы чего-то серьезного добьемся. Прийти и сказать, что мы из подмосковной деревни Тучково, что в 60 километрах от Москвы, — согласитесь, звучит несколько безнадежно.
 
Когда компания Михаила Куснировича Bosco встала немного на ноги, она и нам стала помогать. Красивая спортивная форма у нас была всегда, да и деньгами помогали, и поездки организовывали, и даже сами участвовали в качестве группы поддержки.
 
С тех пор команда Тучково «Карусель Bosco-SPORT» не только стала двадцатидвухкратным чемпионом России, но и становилась лучшей в Европе. Вот так нам удалось в маленьком поселке вырастить игроков мирового уровня. И это при относительно небольшом годовом финансировании. Но даже с таким бюджетом мы вошли в мире в десятку лучших: на чемпионате мира в прошлом году мы были девятыми. Наша команда — костяк сборной.
 
Отдельная история — болельщики и атмосфера на трибунах. Конечно, местные бабушки идут не на софтбол, а на Машу, Ксюшу или Катю из соседнего подъезда. Всех девочек в нашей команде я знаю чуть ли не с рождения. Все свои, местные, поэтому и отношение к игре у болельщиков родственное, доброе. Наверно, можно предположить, что в Тучково со старшей группы детсада знают, что такое «аут» и «иннинг», но не это главное. Такой атмосферы, как у нас, уже давно нет на футбольных играх «ЦСКА» или «Спартака», потому что там много легионеров.
 
С нами долгое время работал голландец Андрей Принц — не за деньги, а из любви к софтболу и… из интереса. Он часто говорил, что никогда не встречал такого менталитета, как у наших спортсменок, а он работал с восемнадцатью различными сборными стран Европы. По его меткому наблюдению, наши девушки если захотят, то обязательно добьются победы. Как он однажды сказал: «Из русских подготовить олимпийских чемпионок намного легче, чем из испанок или итальянок, у вас если женщина ставит цель, это все!!! Остановить ее уже никто и ничто не сможет!!!»
 
Мы принимаем к себе в клуб всех девочек — достаточно только предъявить медицинскую справку с допуском от врача и отсутствием противопоказаний к занятиям спортом. Возможно, кто-то улыбнется, когда увидит, что мы и толстеньких берем, и худеньких, и больших, и маленьких. Обучение у нас абсолютно бесплатное. Тренируем даже детсадовских детей, и у нас так заведено, что более старшие девочки помогают тренировать младших. На турниры выезжает семнадцать девушек, а всего в клубе тренируется около трехсот человек — все из Тучково или из ближайших поселков и деревенек. У команды мастеров есть автобус, который мы используем, чтобы развозить детей по домам. Мы минимизируем всякие затраты, поэтому только приходи и занимайся. Я хорошо знаю многих родителей, потому что многие из них учились со мной вместе в одной школе, и всегда рассказываю им о пользе систематических занятий спортом.
 
Не могу не поделиться одним наблюдением, которое, возможно, поможет нам лучше понимать русских женщин. И со мной уже согласились тренеры женских команд в разных видах спорта. А наблюдение такое: едут русские девушки-спортсменки на автобусе трое суток до какого-нибудь Лазурного берега на матч в Ницце. На завтрак, обед и ужин — «Доширак», душа нет, туалет — в лесу. И организатор, как нарочно, ставит для русских в первый же день сразу две игры подряд, а это еще четыре-пять часов на поле. И живем еще где-нибудь в спортзале на матах, питаемся в «Макдональдсе», но я знаю, что мы всенепременно будем первыми. А если есть финансирование, летим заранее на самолете, живем в пятизвездочном отеле, питаемся пять раз в день, то я не могу с ними ничего сделать. Все знают, что мы сильнее противника, а мы берем и проигрываем. Я говорю: «Я убью вас! Вы же понимаете, что вы на голову выше их!!!» Ничего с русской женщиной сделать нельзя, когда она всем довольна, сыта и выспана. Получается, что русская женщина должна быть немытая, голодная, злая. Ей обязательно нужно какое-то препятствие, которое она должна преодолевать.
 
Несколько лет назад меня ввели в «Зал Славы Международной Федерации софтбола», вручили платиновый перстень с бриллиантом. Такие есть в разных видах спорта: у Гомельского в баскетболе, у Овечкина в хоккее, а в софтболе из всего восточноевропейского околотка пока только у меня. С этим перстнем вышел целый курьез. Они прислали письмо, что меня номинируют, и попросили выслать размер пальца для кольца. Я пошел в ювелирный, замерил, получилось 17,5, и эту цифру им и выслал, не подумав, что у них вообще-то все в дюймах. Ответа долго не было, так как они не знали, как мне деликатно сказать, а потом все-таки написали секретарю и попросили передать Славе, что речь идет все-таки не о короне, а всего лишь о перстне. Платиновую корону с бриллиантами они бы не потянули, конечно. Мы потом долго смеялись и извинялись друг перед другом за такое недоразумение.
 
Конечно, бейсбол, а тем более софтбол — экзотика для России. Есть даже один анекдот, который, например, американцы никак не в состоянии понять: «По статистике, в прошлом году в магазинах и на рынках России было продано около миллиона бит и… только три бейсбольных мяча». Американцы спрашивают: и когда здесь смеяться? Ладно, проехали… Как им объяснить, что у русских ассоциации с бейсболом сводятся именно к бите, которую многие используют в машинах для самообороны? С деловым видом эти биты висят в спортивных магазинах, абсолютно не соответствуя правильным параметрам. Просто дубинка. Я мало встречаю людей, которые бы хорошо знали, что такое софтбол. Первые ассоциации: «А, это та игра, где мяч как дыня?» — «Нет, — отвечаю я. — Это бейсбол, только для женщин». Мы очень любим наш вид спорта! Он самый необыкновенный и интересный! И я искренне верю, что впереди нас ждет прекрасное будущее с массой побед во славу российского и подмосковного СПОРТА.
 
Изо всех событий снова,
В продолжение традиций,
В нашем городе Тучково
Матч софтбольный состоится.
Приводите целый класс!
Мы вам рады в клубе нашем!
«КАРУСЕЛЬ» закружит вас
И умчит с победным маршем.  


Колонка Вячеслава Смагина опубликована в журнале "Русский пионер" №53. Все точки распространения в разделе "Журнальный киоск".
 
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал
53 «Русский пионер» №53
(Март ‘2015 — Март 2015)
Тема: любовь
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям