Классный журнал

Константин
Богомолов

У нас со Случаем нет любви

Был ли в моей жизни «случай»?

Нет.

Было ли в моей жизни что-то «случайное»?

Нет.

Происходило ли что-то «по воле случая»?

Нет.

Я не помню и не знаю ничего, что произошло бы не «потому что».

Вне причин и логики.

Иногда я чувствовал, что судьба «подкидывает» мне что-то.

Тогда я не брал эти карты.

Один человек однажды сказал мне:

«Приходя в высокий кабинет, проси себе что-нибудь».

Я сказал: «А если мне ничего не нужно?»

Он ответил: «Если ты не попросишь, они будут относиться к тебе с подозрением».

Судьба не благосклонна к тем, кто не хочет лезть в ее пасть.

Относится с недоверием к тем, кто ничего у нее не просит.

Я всегда и каждую секунду контролировал каждый свой шаг.

Я уклонялся от всего, что носило бы элемент случайности и непредсказуемости.

Воле случая я предпочитал противопоставить свою волю.

Ту самую волю, которая рождается из покоя. Ту самую, что выше счастья.

Да, именно об этом строки Пушкина.

«Счастье» в них — не вульгарное состояние, а Судьба. Те самые три верных карты.

Которые всегда обман. Всегда.

Случай — надежда игрока. Я не игрок.

Я азартен сверх меры. Но, волей укротив азарт, я никогда не делал ставку, не просчитав досконально, сыграет ли она.

Я никогда не рисковал, не зная, что риск отсутствует.

Я никогда не зажмуривал глаза в надежде, что пронесет.

И Судьба отвечала мне взаимностью.
Никогда не предлагая мне внезапный, немотивированный, с неба свалившийся выигрыш.

У нас со Случаем нет любви.

Есть взаимная неприязнь. И даже недоверие.

Я для г-на Случая слишком скептичен. Он для меня слишком корыстен.

Случай — Гобсек. Ростовщик.

Он обязательно заберет то, что дал.
В самый тухлый для тебя момент. И с процентами.

Или подсунет Даму вместо Туза.

Этим часто занимается и двойник Случая — Вдохновение.

Такой же обман.

Очаровывает, мутит мозг. А потом выясняется, что ты обдернулся.

Во снах иногда мы сочиняем что-то великое. Просыпаемся — пыль.

Иные грезят наяву.

Драма в том, что из «наяву» нельзя проснуться. И протрезветь.

Так и спят бодрствуя. Осеняемые (как им мыслится) прозрением.

Опьяненные, именуют себя избранными.

Не понимая, что вдохновение снисходит на идиота и графомана.

Да.

Только идиот/графоман мыслит свою деятельность как призвание.

Он не сомневается.

Ни в выборе пути. Ни в выборе слов.

Он пишет, как дышит.

А дышит он всегда полной грудью.

В то время как

сильное письмо рождается от недостатка воздуха.

Когда задыхаются, а не дышат.

Не вдохновение, а Воля есть проявление Бога в человеке.

Дар — желание разбить зеркало, а не красоваться перед ним.

Не прислушиваться к «божественному шепоту».

Но отчаяться оттого, что он НЕ СЛЫШЕН.

И даже если СЛЫШИШЬ — не верить ушам своим.

Не прыгать в пропасть учил Спаситель.

Не принимать вызов.

«Не искушать».

Не искушать — значит не надеяться.

Значит не ждать.

Просто взбивай молоко, сметану и что там еще.

Взбивай и бей. Зеркало, себя. Рви бумагу. Сжигай.

Холсты. Пленки. Рукописи.

Которые, конечно, горят. Горят легко и бодро.

Горят и сгорают.

Чтобы ты снова писал. Чтобы освобождалось место.

И если даже в тот момент, когда занимается пламя, пойдет дождь и костер потухнет, это не значит, что Бог спас твои великие тексты.

Это значит только, что твоя воля к уничтожению не была маникальной.

Ты не предусмотрел возможность дождя.

Твоя воля была слабее воли случая.

А должно быть наоборот.

Потому что смерть побеждает лишь тот, кто отказался полагаться на чужую волю.

Потому, начиная работу над спектаклем, я говорю актерам:

«У вас не получится то, чего я хочу».

А значит, у меня тоже.

И если они спросят: «Тогда зачем?» — я не отвечу.

Они не спрашивают.

Потому что знают: тот, кто спросит, — не получает ответа.

А получает красную карточку.

И если ты случайно опоздал на упавший впоследствии самолет, не благодари Бога. А жди расплаты.

Случайная удача — это его красная карточка.   


Опубликовано в журнале  "Русский пионер" №130. Все точки распространения в разделе "Журнальный киоск".