Проза пионера

Озеро в горах

Ксения Рословцева Ксения Рословцева
5 мая в 11:18
 
Если бы я готовила наше путешествие заранее, то, наверное, проложила бы маршрут так, чтобы посетить как можно больше святынь и памятных мест этого благословенного края, но, увы, идея поездки возникла внезапно и, отправляясь в неё, я знала о республике Македония только то, что она некогда входила в состав социалистической Югославии.
Сама по себе Югославия ещё с детских лет воспринималась мною с некоторой настороженностью. Бабушка и дед не спешили удовлетворить моё ребяческое любопытство, связанное с этой страной, скупо отвечая на мои простодушные вопросы о политическом выборе Югославии, что "социалистическая-то она, конечно, социалистическая, только стоит несколько особняком, так что ты, уж, пожалуйста, не вздумай отправлять туда письма в поисках заграничных друзей".
Ещё более загадочной считалась Албания, про которую бабушка поведала, что вначале мы с ней дружили, а потом поссорились, не став раскрывать причину ссоры. Да и вряд ли мой детский ум смог бы проникнуть в потёмки всех этих запутанных отношений. Потом, когда Югославия разлетелась на осколки, на слуху во всех оказались Сербия и Косово, а маленькая Македония отошла куда-то на второй план. О ней я никогда не задумывалась. И даже не представляла, что когда-нибудь побываю в этой стране.
А, между тем, какая здесь великолепная природа! Какие потрясающей красоты горы! Какие глубокие и чистые озёра! Мы много путешествовали в эти три месяца. Казалось, наше интернациональное лето и без того переполнено впечатлениями, которые уже потихоньку начинали мешаться в сознании, но лишь въехав на территорию Национального заповедника Маврово, мы догадались, что ещё и не видели настоящей красоты. Все рукотворные памятники, движущиеся скульптуры, танцующие фонтаны, архитектурные шедевры и даже Божьи храмы не в состоянии были сравниться с величием этих скал, поросших лесами и освещенных лучами заходящего солнца, с нежностью алых маков, пробивающихся сквозь скальный грунт, с прозрачностью весёлой речки, скачущей по валунам, чтобы влиться в живописное озеро.
Погода стояла чудесная. Мы покинули автомобиль и наслаждались единением с природой, молча любуясь открывшимся перед нами видом. «Господи, мы здорово припозднились! – вскричал, опомнившись вдруг, муж. – И теперь не успеем засветло добраться до обжитых мест. А нам ещё надо устроиться на ночлег!»
Мы, засуетились и бросились к машине, но очень быстро вечер перешёл в ночь и оставшуюся часть пути по горному серпантину мы проделали в почти полной темноте. Мы ехали вдоль озера, о чём свидетельствовали тихие всплески воды, особенный запах рыбы и сероводорода. Наконец, мы отыскали отель и после недолгих переговоров на английском языке заполучили ключи от двух равноценных смежных номеров, соединённых балконами.
Всю ночь внизу что-то шептало и баюкало нас и только, проснувшись утром, мы с удивлением и восторгом увидели это пресловутое «нечто»: прямо перед нашим балконом простиралась застывшая гладь озера. Оно всё ещё было в туманной утренней дымке, окаймлённое с противоположной стороны поросшими зеленью холмами, и подступившее почти вплотную к ухоженной зелёной лужайке, ограничивающей территорию отеля. Уезжать решительно не хотелось.
«То ли будет впереди! – успокоил меня муж. – Мы насмотримся и не таких красот. Если верить карте, то в Албании нас ждёт не менее замечательное озеро. И дорога всё время убегает в горы, так что нам постоянно будут открываться виды, один чудеснее другого».
Если бы я готовила наше путешествие заранее, то, наверное, никогда не решилась бы вот так – в частном порядке, с мужем и тремя детьми, на маленькой машинке, предназначенной для городских недолгих поездок, пуститься в опасное путешествие по горному бездорожью, по краю ничем не огороженной пропасти. Да ещё вглубь страны, о которой практически ничего не знаю. Если бы я готовила наше путешествие заранее, то, скорее всего, напугалась бы рассказами о страшных местных жителях, вооружённых все как один автоматами Калашникова, и готовых на самые разные преступления. Но, слава Богу, я ничего такого не успела прочесть, и эта поездка состоялась, оставив по себе только восторженные воспоминания.
Албания поражает всем – историей, современностью, языком, природой. Говорить о ней можно часами, и всё равно всего не расскажешь, а попросту станешь повторять всем известные факты. Про диктатора Энвера Ходжу и про бункеры, что он велел построить по всей стране для защиты от мифического врага. Про любовь албанцев к подержанным автомобилям марки «мерседес». Про то, что они называют свою страну «Шкиперия», а точного перевода этого слова никто не знает. И про мойки для авто, которые под вывеской «Lavazh» существуют здесь на каждом шагу.
Но я теперь не про это. Я – про горы, про красивейшие Албанские Альпы, в которые нас завела судьба.
Дорога шла вверх по серпантину, то и дело, закладывая крутые виражи: поворот направо, налево и снова направо, и опять налево – только успевай, крути баранку. «У меня ладони вспотели», - посетовал муж. Он выглядел несколько растерянным. Куда девался его обычный водительский кураж! И не удивительно – расстояние от скалы до пропасти, по ошибке, именуемое здесь дорогой, было ничтожно мало. Пару раз он видел в зеркало заднего обзора колесо нашего автомобильчика, занесённое над бездной при попытке вписаться в поворот. Встречный транспорт, к нашему счастью, попадался редко, но, уж, если нам случалось увидеть идущий навстречу грузовик, мы сжимались и втягивали голову в плечи, не представляя, как нам удастся разминуться с ним. И всё же разъезжались, двигаясь едва ли не вплотную к грузовику, и далее продолжали свой путь, петляя по лабиринту скал.
Величие гор не подавляло. Если иной раз и мелькнёт мысль о собственной ничтожности перед лицом этих исполинов, о краткости человеческой жизни по сравнению с их существованием, то тут же и угаснет, сменённая восторгом осознания: вот он, весь мир - у твоих ног, и что есть в нём прекрасного – всё распахнуто перед твоим взором.
Нередко по пути нам встречались знаменитые бункеры. Мы не преминули выйти из машины, чтобы лучше рассмотреть эти сооружения из стали и бетона, волею Энвера Ходжи и стараниями подчинённого ему народа покрывшие всю территорию страны.
У каждого руководителя есть свойственные только ему причуды. Но о политике думать не хотелось. И так уже Албания настрадалась за годы внешнеполитической изоляции, теперь затеплилась надежда, что страна, которой достался столь райский земной уголок, сумеет преодолеть все свои трудности и расцветёт на благо собственных граждан и на радость нам, беззаботным туристам.
Между тем наш путь украсился одним очень приятным дополнением – между скал, сквозь покрывавшую их густую зелёную растительность начала мелькать речка. Русло её всё расширялось. Вода в реке, вероятно, из-за глядевшихся в неё зелёных склонов, отдавала таким ярким изумрудом, что делалось больно глазам, но всё равно взор постоянно обращался к ней. Душа спешила впитать в себя очарование здешних мест. «Beautiful!» - воскликнул хозяин придорожного кафе, указывая нам на вид, открывающийся с летней террасы. «Beautiful! Beautiful! » - засмеялись мы, радуясь тому, что найдено подходящее слово.
Вдруг горы расступились, позволив воде занять больше пространства, и река, внезапно превратившаяся в озеро, широко и привольно разлилась между берегами, не утратив при этом своего волшебного изумрудного цвета. На одном берегу расположился ресторанчик с мангалом, со столами и с плетёными стульями, расставленными прямо на траве у кромки водной глади. По берегу лениво бродили утки. Несколько посетителей неторопливо поглощали вино, любуясь живописнейшей картиной. Мальчишки с разбега ныряли в воду, создавая вокруг себя сонм брызг. Мы не могли не остановиться.
Два дружелюбных албанца средних лет немедленно подлетели к нам, предлагая сделать заказ. Мы, почувствовав разыгравшийся аппетит, заказали мясо, рыбу, овощи – в таком количестве, что хватило бы на десятерых. Но здесь, на свежем воздухе, на таком пленэре, как сказал бы какой-нибудь литературный герой - задавака, казалось, невозможно было обойтись малым.
Албанцы, мешая английские слова со знакомыми им русскими выражениями, расспрашивали, откуда мы приехали, и всё время улыбались. Распознав в нас туристов из России, они стали улыбаться шире. Лёгкая ностальгия чувствовалась в их улыбках и в том, как они силились вспомнить подзабытый ими язык, который, видимо, когда-то изучали в школе. Потом нас по одному провели в кухню и каждого попросили сделать свой выбор относительно той части свиной туши, которую мы хотели бы получить в качестве бифштекса.
Пока мясо готовилось, мы пошли гулять по берегу. Вода в озере была кристально-чистой, иногда над его поверхностью вспрыгивала серебристая форель и вновь исчезала в его прозрачном лоне. У нас уже не осталось слов для выражения своего восторга, и только муж продолжал экзальтированно убеждать меня, что вода здесь обладает каким-то особенно целительным свойством, что, опустив в неё руки, он тут же почувствовал, какой молодой и эластичной сделалась кожа на запястьях. Надо ли упоминать о том, что яства, поглощённые нами на берегу этого удивительного озера, показались нам особенно вкусными и что, насытившись, мы ещё на некоторое время задержались у воды, не спеша расставаться со столь замечательным уголком природы?
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал
Блог-лента