Задание

Четвертая мишень

Юлия Неволина Юлия Неволина
20 мая в 11:41
 
Человек под ником paxom golovin прислал свои стихи на проект сразу же. При этом, он прислал несколько стихотворений. И все присланные стихи нас заинтересовали. Мы, конечно же, выбрали и разобрали по-косточкам, только одно. Собственно говоря, это стихотворение симптоматично для всей поэзии данного автора.
                                                                               "Рэп про тупик"  

Пахом Головин  



 Туго зашнурованные ботинки придают уверенности в собственных силах,
потому рабов обувают в галоши, мотивируя это тем, что сыро, -
так и есть: в резине преют и гниют ноги, - окна бараков выносит вонью,
громовое шарканье полосует небо над обыденной бойней, -
спокойно, -
все уже привыкли к человечинке - дешево, сытно, сладко;
грядущее поколение машет нам из супа скользкой скрюченной лапкой:
они ведь еще не успели родиться, вдохнуть вековечной прели, -
а их уже съели...
Где там Коля пригрел заскорузлые эти кроссовки,
как там размачивал их и распяливал, прячась ночью в подсобке,
и почему он, гаденыш, не посоветовался с нами, -
ХЗ,
но утром он не бежал - летел, и кое-кто поминал Гермеса,
а потом мы, утопая в галошах, смотрели, как его месят,
с хрустом, с хрюканьем его аккуратно втоптали в живое болото, -
с тех пор нам в баланду кладут белену для ощущенья полета. 
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (4)

  • Дмитрий Гузь
    20.05.2013 11:47 Дмитрий Гузь
    С первой строчки слышится слякоть в походке раба и уверенная связь с Землей в походке Сопротивленца. Как известно мне от завсегдатаев судмедэкспертизы, что первый признак насмерть сбитого пешехода – «тапки отлетели». Физиологию не обманешь – ступни у трупа (наконец-то!) расслабляются. То, чему мы не придаем должного значения в обиходе – ноги – это же наша Опора. Недаром же Один Молодой Человек ежевечерне омывал эти части тел своим ученикам. А правильная обувь – признак раба или хозяина. Хотя, нынче обувь - от яхты до склепа.
    С этих строк о правильной обуви автору начинаешь верить. Потому что он говорит о Силе Ног и правильности обуви.
    И дальше автор не разочаровывает: «громовое (рабское) шарканье полосует небо над обыденной бойней» - т.о. он глобально освещает создавшуюся мировую хреновую ситуёвину. Мы все – в неволе. А опоры гниют. Я в восторге от изложения проблемы. Честно.
    А дальше, увы, увы, тыгдымтыгдым…. Мы все умрем. Да мы все уже умерли. Да мы все еще и не рождались. Ни живыми, ни мертвыми.
    Но в целом пассаж о том, что не то, что мы едим друг друга, а то, что нас всех СИСТЕМАТИЧЕСКИ кормят друг другом, мне близок и понятен. А по форме подан весьма изысканно и виртуозно. Нормальный такой конвейер, матрица, симулякр бытия – они типа оппа, «а их уже съели». Вся верхняя часть текста меня порадовала своей афористичностью и оригинальностью.
    НО тут опять появляется некий Коля, тот, который в предыдущем тексте уже удавился в сортире, но в этом тексте он вдруг осуществляет Прорыв – из калош в кроссовки. Вспоминается старорежимное «тот, кто носит адидас, завтра родину продаст». Опять пахнуло «местами не столь отдаленными». А заодно и прелыми «белыми ленточками».
    Я не против такой эклектичной подачи: Земля – тюремное планета, №4, на букву «Ч» - кто ж этого не знает? Ну и что? Я сугубо про сам литературный прием: ….
    Короче, на этом месте мне хочется расписаться в собственной критико-конической некомпетентности. Я не современен и не знаю автора лично, я сужу только по тексту, по словам, по фразам, по порядку расстановки букв, и могу понять только то, что до меня донеслось. Первая часть втыкает, вторая не вштыривает. А для кого-то наоборот. Как говорил мой знакомый авторитетный сиделец: вот слушаешь твою песню, всё катит, а потом вдруг одно слово, одно, НЕПОНЯТНОЕ, и всё. Пацану мозг выключает. В этом же тексте все слова для него были бы понятные, кроме Гермеса. А для меня – кроме Коли.


  • Александр Гутов Первое впечатление - я это все уже читал и об этом слышал. При чтении мне все время хотелось прочесть что-нибудь такое шаламовское, что может действительно поразить. Конечно, такой опыт всегда вызывает некоторое уважение. но не больше. Судьбы не прописаны, а ведь автор хочет, чтобы мы как-то отреагировали на жизнь его друзей. Не всегда чудовищный опыт жизни превращается в произведение - нужен особый угол. Я его здесь не вижу. По поводу самой формы - все, что наши критики написали про мое стихотворение, - подходит к разбору стихотворений Головина. А они написали все очень верно и точно.
    Мат же кажется таким привеском, который автор словно считает просто необходимым внести во все это.
    Резюмируя.
    Писать про обыденное и тривиальное трудно - будешь скучен.
    Писать про нечто брутальное проще - уже сам опыт может заинтриговать. Но нужен особый угол восприятия и воссоздания.

  • Вадим Доветров
    20.05.2013 11:54 Вадим Доветров
    Хорошая речь. Можно, конечно, поговорить на тему: как это точно, как безутешно, как это серпом по яйцам и тем и этим, но я воздержусь. Я и так много думаю об этом. Хотя об этом много не бывает. Гибнет народ, стирается с лица земли. Короче, нас убивают, и скоро кончат совсем. Но даже если бы я не разделял содержание стихотворения, оно бы мне всё равно пришлось, потому что очень хорошая речь.

    Строка длится ровно столько, сколько длится фраза. Закончилась фраза, закончилась строка. Это вынуждает писать точно, а не получать удовольствие от того, как ловко удалось подобрать слова, чтобы попасть в ту или иную силлабику или тонику.

    Сказал, новая строка, ещё сказал, зарифмовал, новая строка. На мой взгляд, это всё, что на сегодняшний день нужно для стихосложения. Так сказать, золотая середина между регулярным стихом и верлибром. Мне кажется, современная речь и современное мышление нуждаются в стихах, написанных таким способом.
  • Юлия Неволина автор
    20.05.2013 11:55 Юлия Неволина
    Туго зашнурованные ботинки – это ботинки наемника, вояки, вооруженного кастетом либо автоматом.
    Автор, скорее видит себя в этих зашнурованных ботинках. Воин не готов терпеть, и выбирает драку, битву. Обыватель продает свободу за мнимый комфорт. За галоши.
    Но и тот, кто попытался себя вообразить воином, раздобыв зашнурованную раздолбанную обувь, скорее всего с чужой ноги – он - не имея доступа к настоящей униформе, терпит крах. Его ловят и обувь со шнуровкой, в данном случае те самые метафоричные кроссовки, не спасают. Героя, которого автор называет и Гермесом и просто Колей, вычисляют.
    Масса «заключенных», наблюдающая за «Полетом Коли-Гермеса», тупо выбирает привычный комфорт. Те же из них, кто, посмел запомнить подвиг этого Коли, получает в баланду порцию «белены».
    Иллюзия полета у рабов – это то, что требуется для спокойствия рабовладельцев. Хитрое время. Именно такую иллюзию сегодняшний современник получает в виде различных заменителей жизни – будь то боевичок, либо трэшак по тиви, будь то компьютерная игрушка, будь то просто обычный «допинг» в виде психотропных средств. Все это отключает голову от реальности.
    Герой – сакральная жертва. Почему-то автор назвал его условным Гермесом. Гермес – Бог торговли и плутовства, он же проводник душ умерших. Причем провожает он эти мертвые души прямиком в Ад. Собственно говоря, вижу в этом метафорическую удачу автора.
    У автора этот Гермес в кроссовках – жертва и герой одновременно. Но в данном случае он еще и провокатор. Его неудавшийся «подвиг» помогает надсмотрщикам оправдать рациональность добавления «белены» в рацион потенциальных бунтовщиков, которые воодушевившись полетом героя, возможно, тоже захотят «полетать» по-настоящему.
    Новое поколение заранее приговорено к аннигиляции к съедению, теми, кого обслуживает предполагаемый наемник в зашнурованных ботинках. Иной парадигмы нет.
    Коля-Гермес, у которого вместо ботинок кроссовки, все-таки был «с хрустом, с хрюканьем» «аккуратно втоптан в живое болото» под молчаливое согласие большинства.
    В то самое болото, по которому это большинство расхаживает в галошах.
    Рабство. Тюрьма. Безысходность.
    Это стихотворение живописует душевное, аутичное состояние автора
    Депрессивно и осознанно он постулирует нам «большой аут» своего поколения. Современный человек не имеет доступа к свободе. Ему некуда бежать из удобной тюрьмы. Мир стал тесным, и он контролируется от полюса до полюса. Крылышки у предполагаемых героев недоразвиты, да и огрызки этих крыльев не работают. Контроль пока что невозможно разрушить. Надсмотрщики и те, кто управляет, необычайно сильны.
    Люфта в «Прекрасное далеко» не наблюдается.
    Стихотворение плотное, не плохо проработанное. Понравились метафоры. Автор умеет работать со словами. Талантливый человек.
«Пишет»
Юлия Неволина
Правила проекта

Любой зарегистрированный пользователь может прислать одно небольшое, самое важное на данном этапе, стихотворение для разбора по «методу Дидурова». Оставляем за собой право разбирать не все стихотворения, а те, которые покажутся читабельными и достаточно интересными.

Блог лента
 
Новое