Задание

Третья мишень

Юлия Неволина Юлия Неволина
15 апреля в 20:08
 
Александр  Гутов принимает активное участие в обсуждении авторов "Беспощадной стихи". Было бы не верно не дать ему слово и на примере его стихотворения продемонстрировать, что метод Дидурова беспощаден ко всем.

                                                  "Колея Александра Гутова"
                                             

Александр Гутов

У камня особый запах. Как будто в еловых лапах,
 отчетливо вырезные стоят вертикально лесные
 всемирные артефакты, где озеро в центре отвесно,
  но пульс, почему неизвестно, ускорил биения такты.
 Могучий, углом, как крейсер, кусок шоколадного торта.
 Бокал, что твоя реторта какого-нибудь Бертольда;
 в бокале индийский гейзер, светящийся круг лимона -
 - три евро, а в прошлом – сольдо.
 Потертые джинсы «Монна», неотличимость ранга,
 в наушниках звуки Ганга смиряют ее гормоны.
  Поклонники шестидесятых лежат в живописных позах,
 бравируя стертым видом, чуть-чуть лениво скользят их
  глаза за толпой туристов, тропой миллионов прежних
  идущих за местным гидом. Тревожатся власти о дозах,
  но ищут причины во внешних. У нас бы сказали: пристав
  не правит, как должно, службу. Грешат на эпоху и нравы.
 Кипение жизненной лавы я вижу в чертах соседа,
 но сдержаны в проявленьях эмоций, не выпьют старки:
  какой-нибудь раб негоций, привыкший к подсчету марки,
 а нынче считает в евро, тут нужен хороший невропатолог,
 но не анатом. У нас бы ругнулись матом
 на блеск чужого комфорта. Подходит к концу мой крейсер -
  - фрагмент шоколадного торта, верней, он дошел до порта


 В этом предельно жестком обсуждении принимают участие Дмитрий Гузь, Юлия Неволина и Вадим Доветров
А в следующий раз мы обсудим стихи одного из авторов, приславших   работу на проект МЕТОД ДИДУРОВА. Кто это будет - пока останется секретом.
 
 
 
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (4)

  • Юлия Неволина автор
    15.04.2013 20:08 Юлия Неволина
    На мой взгляд, это неплохое стихотворение, добротно написанное, но форма все-таки вторична, хотя и чувствуется желание автора найти что-то новое. Но кривая вывела на проторенную дорожку. Явно слышатся интонации Бродского.
    Впрочем, Бродский в России последние лет 10 переживает второе пришествие и, как мы видим, он неисчерпаем, однако, думается, что современность настолько зла, что время, когда пишут под Бродского, скоро канет в лету на какое-то время.
    Причина – современные реалии. Войны, кризисы, разгоны митингов, полицейщина, житейский ад, коллоссальный разрыв между бедностью и богатством, потерянное поколение хипстеров 2000х, то есть их шоковое пробуждение, а так же зыбкость реалий и ощущение того, что скоро рванет . Все это - физиологически безумное, но реальное - сметет чистые филологизмы под Бродского, все это разрушит уютное отстраненное философствование и абстрагирование от некрасивой яви. На мой взгляд, уже грянула другая эпоха - она брутальна и предельно откровенна в своем варварстве . Почему-то поэты только начали хрипло и гортанно сообщать о ее наступлении. Но уже понятно, что новые стихи будут другие, они попытаются будить окружающих выводя высокие ноты кровожадного катарсиса. Такими они были в крайней точке Русской парадигмы - в эпоху Красной Революции
    Как ни старайся сохранить этот несколько надменный, аристократический стиль в литературе, на данный момент уже являющийся постмодерном в исполнении последователей гуру-Бродского, в ближайшие лет 20 будут рулить реалисты. И они уже начали, в прозе, например. Поэты подтягиваются.
    Впрочем, я лично не вижу ничего плохого в наследовании стиля Бродского. Напротив – это плюс. Главное, чтобы не было прямого эпигонства.
    Создается впечатление, что Александр Гутов в нагромождении примет времени, фраз, каких-то современных словечек пытается ассимилировать себя в этом пространстве, как пришелец из другого поколения. Мне кажется, что тут имеет место тема мягкого невосприятия современности, ностальгия по ушедшему, человек не вписался, но надеясь на прописку, пытается соответствовать реалиям.
    1
  • Вадим Доветров
    15.04.2013 20:10 Вадим Доветров
    Гутов как-то говорил, что хочет писать так, чтобы была полная свобода стихосложения. Вот свободы я как раз здесь и не нахожу. Нормальный такой трёхстопный дольник, строго трёхстопный, строго с женскими окончаниями, густо, но бессистемно прорифмованный.

    У камня особый запах.
    Как будто в еловых лапах,
    отчетливо вырезные
    стоят вертикально лесные
    всемирные артефакты,
    где озеро в центре отвесно,
    но пульс, почему неизвестно,
    ускорил биения такты.

    Могучий, углом, как крейсер,
    кусок шоколадного торта.
    Бокал, что твоя реторта
    какого-нибудь Бертольда;
    в бокале индийский гейзер,
    светящийся круг лимона -
    - три евро, а в прошлом – сольдо.
    Потертые джинсы – Монна,
    неотличимость ранга,
    в наушниках звуки Ганга
    смиряют ее гормоны.

    Поклонники шестидесятых
    лежат в живописных позах,
    бравируя стертым видом,
    чуть-чуть лениво скользят их
    глаза за толпой туристов,
    тропой миллионов прежних
    идущих за местным гидом.
    Тревожатся власти о дозах,
    но ищут причины во внешних.
    У нас бы сказали: пристав
    не правит, как должно, службу.
    Грешат на эпоху и нравы.

    Кипение жизненной лавы
    я вижу в чертах соседа,
    но сдержаны в проявленьях
    эмоций, не выпьют старки:
    какой-нибудь раб негоций,
    привыкший к подсчету марки,
    а нынче считает в евро,
    тут нужен хороший невро
    патолог, но не анатом.
    У нас бы ругнулись матом
    на блеск чужого комфорта.
    Подходит к концу мой крейсер -
    - фрагмент шоколадного торта,
    верней, он дошел до порта.
    Необходимость рифмовать каждую третью стопу порождает (здесь) изобилие инверсий (неестественный порядок слов), полутёмных мест, необязательных мест и слов. Местами возникает ощущение, что это продукт игры в буриме.
    Вот предложение:
    «Тревожатся власти о дозах, но ищут причины во внешних.»,
    и это законченное предложение! Что с того, что это 2 строчки стихотворения, это всё равно предложение. В общем, понятно, о чём оно, но как-то…. Даже понятно, что конструируется. Щербаков (бард) написал бы «ищут причины во внешних причинах» - это его излюбленный возвратный механизм. Здесь попытка пойти дальше, опустить возвратное слово, пусть читатель сам достроит, и получит удовольствие. Но нет, не радует, не вставляет.
    И это не сугубо личное косноязычие, что было бы прекрасно, это как раз необходимость попасть в заданную форму. Да, здесь не чередуются мужские и женские рифмы, да, здесь всего лишь дольник, а не классический русский (как сказал бы О Шеннон ) амфибрахий, но это всё равно форма, в которую приходится втискиваться. Нет, чего-чего, а никакой свободы письма я здесь не нахожу.

    45 строк – это очень долго. Можно сориентировать лист как альбом (Парщиков так делал), и писать в строчку во всю ширину альбома, всё равно это стихотворение будет читаться как 45 строк. Это долго, а из-за плотной рифмовки ещё и многословно. Рифмовка, на мой взгляд, здесь нигде не работает. Она не замыкает ни смысл на звук, ни звук на звук, ни смысл на смысл. Добрую треть текста можно разрифмовать без потерь.

    Положительные моменты.
    1. Первая строка – «У камня особый запах».
    2. Человек смотрит на камень, и у него почему-то учащается пульс. Мне кажется, это хорошо, поэтично.
    3. Рифма «шестидесятых - скользят их». Но «шестидесятых - следят их» было бы лучше.
    4. «…какой-нибудь раб негоций, привыкший к подсчету марки,
    а нынче считает в евро, тут нужен хороший невропатолог, но не анатом…»
    Нынче в Европе немец платит за всех. Это, конечно, неприятно, но пока ещё не смертельно. Пока ещё.

    И главный недостаток. Стихотворение очень глубоко сидит в колее Иосифа Бродского. Как-то безнадёжно глубоко.


  • Дмитрий Гузь
    15.04.2013 20:12 Дмитрий Гузь

    Весь мир сейчас колбасит, старые парадигмы отваливаются, новые лезут как врач за гландами через ж. Стихи Гутова, если в кратце, мертвяк и плесень, эдакий третьесортный под-бродский, написанный не в столбик, а полу-столбик. Ибо так - концептуально. А разнеси его по строфам - таки и тоже хорошо.. Отстраненное наблюдение собственной отстраненности. Гутов - Концептуалист, Новейший Культриггер, Основоположник и/или Блюститель Меймстима, Учитель с Большой Буквы. Куда мне против него бочку катить?.
    Стихи не про меня. Некое бесчеловечное упражнение, описывающее наблюдение неким субъектом созданных им же самим псевдо-объективных образов. Наверное, в тексте много аллюзий, коннотаций, и прочих тонких литеротуроведческих намеков на толстые метафизические обстоятельства. Этот текст написан не живым страдающим человечком, а неким Надзирателем за псевдо-стилем «ниочём». Это все об общем ощущении: от формы, стиля, смысла, подачи, атмосферы, и послевкусия.
    По тексту:
    «что твоя реторта
    какого-нибудь Бертольда»
    – это не по-русски.
    Или «твоя», или «какого-нибудь». По ушам Гутова прошло мамаевское побоище болдинской осени? Так вольно ж ему спорить с неносителями языка. Но мне-то ухо режет.
    «Тревожатся власти о дозах,
    но ищут причины во внешних.
    У нас бы сказали: пристав
    не правит, как должно, службу».
    Письмо римскому, или какому там еще, другу Бродского. Это пародия, что ли? Или подражание.
    Ах, чуть было не забыл про заглавную строчку. В этой строке, как в капле воды отражен Метод Автора.
    «У камня особый запах» - сухо и авторитетно, практически экспертно, констатирует автор. И ставит на этом точку, и больше ни к камню, ни к его запаху не возвращается. Понюхал и дал заключение: запах - «особый». Всё. Коротко и ясно. Те, кто знают, те понимают. О чем он пишет дальше – это уже не важно. Самое ценное и главное сказано в первой строке.
    А что, если это камень из чьей-то из-за запазухи? А вдруг он снят с чьего-то каменного сердца? А если это пресловутый камень преткновения? А, может, автор с нескрываемым садо-мазо-наслаждением нюхает тот самый бульник, который «кто-то положил в его протянутую руку»? Или это тот самый, залетный, пролетарский, Красно-Пресненский булыжник, уже обагренный кровью проезжих казаков и прохожих буржуев? Кто знает?.. Но сколько аллюзий и реминисценций, сколько разбегающихся тропок от одной лишь строки (о чем это я?)!
    Итак, автор, понюхав камень, безапелляционно утверждает, что запах у камня особый. Поспорь-ка тут, попробуй. Мы же рядом не стояли. Но в этом и есть мощнейший авторский посыл: отныне и впредь читатель обязан ходить и внюхиваться - и в жизнь, и в камни. Авось каждому из нас попадется некий минерал с особым запахом. Окаменелость.
    Казалось бы, раз о пахучем камне дальше по тексту больше ни слова - о нем забыто. Но как бы не так! Ментальное вскрытие показывает, что приснопамятный камень - краеугольный камень стихотворения! На нем и зиждется Метод Автора. Поговаривают, что вначале Творения было Слово. А вот в начале данного стихо-Творения был Камень. Он был, и он издал свой особый аромат, сподвигнувший автора на написание всего нижеследующего текста. И тут же исчез, канул, выпал в осадок.
    Но ведь он зачем-то был и почему-то чем-то пахнул!?
    Дочитав стих до конца и понимая, что всё, мной прочитанное, кроме первой строки, чушь, голиматья и хурда-мурда с претензией на высокий культур-мультурный уровень, я вдруг снова возвращаюсь в начало. А как же камень? Что с ним? Куда он делся? Пахнет ли он сейчас также особенно, как и прежде? В каких обстоятельствах автор лицом к лицу столкнулся с этой окаменелой субстанцией?
    Я хочу знать Подробности о Камне! Я хочу знать, в чем особенности его запаха!
    И тут я понимаю: гипнотизер Гутов добился своего.
  • Юлия Неволина автор
    23.04.2013 21:22 Юлия Неволина
    Александр Гутов прислал еще одно стихотворение. Считаю уместным поставить его тут - в комментариях, в надежде услышать от обсуждающих мнение по поводу и этого стихотворения.

    А.Гутов
    Настоящая латынь


    Цели конечной к
    Вести не а птиц стаи
    Разгонять только удел его
    Взлететь высоко возможность
    Ему даст не никогда
    Сверхстервятник барахтается сегодня
    Котором на мелководье
    Машины государственной подсистем
    Из одной полуфабрикат Путин
    То России истории в
    Сдигов социальных продукт
    Сталин если Сталина
    Уровня до подымется
    Не никогда человечек ориентирам
    Ценностным знаний багажу
    Мысли образу своему
    По мелкий
    Путинского заката содержанием
    Станет солнцем кремлевским
    Под место за потом а
    Выживание физическое свое
    За пока кланов борьба
    Голым совершенно остаться
    Может король тела
    Дряхлеющего с покрывала
    Сбросить полностью риску
    К приведет неизбежно
    Кровати край иной
    Или тот на одеяло
    Перетягивание Кремля отношений
«Пишет»
Юлия Неволина
Правила проекта

Любой зарегистрированный пользователь может прислать одно небольшое, самое важное на данном этапе, стихотворение для разбора по «методу Дидурова». Оставляем за собой право разбирать не все стихотворения, а те, которые покажутся читабельными и достаточно интересными.

Блог лента