Блог ведет Владимир Цивин

Владимир Цивин Владимир
Цивин

Движение, взаимодействие, замкнутость

6 января в 21:48
Уже стало распространенным, поистине всеобщим мнение, что пространственно-временные отношения являются внешними. Это я и отрицаю в своих лекциях.
                                                                                           А. Уайтхед
 
Эти слова А. Уайтхеда подтверждают, что потенциальное (внутреннее) движение, по определению, возможно, как без внешнего движения, так и без внешнего взаимодействия тела, инерциальное (внешнее) движение – лишь без внешнего взаимодействия, а гравитациальное (внешнее) предполагает ненулевое внешнее взаимодействие. Масса же как внутреннее движение остается при этом постоянной, исходя из принципа независимости движений. Отсюда следует, с одной стороны, ортофизическая связь перечисленных движений, а, с другой стороны, то, что для рассмотрения сил гравитации, необходимо перейти от одиночных тел к их системам, состоящим как минимум из двух тел. Обобщая же все эти движения по примеру гравитации, можно заключить, что при потенциальном движении роль второго тела играет внутреннее движение, а при инерциальном движении в роли второго тела выступает пространство. Именно поэтому, по словам Эйнштейна: «Законы движения тяжелых масс содержат не абсолютное ускорение (ускорение относительно «пространства»), которое представляется ответственным за появление инертного сопротивления, но, как должно следовать из приведенных выше соображений, ускорение относительно других тел».
Однако классическая и современная физика в своих законах не рассматривают внутреннее движение в явном виде.  Тем не менее, можно считать, что в основе современной физики лежит, впервые достаточно четко сформулированный Галилеем, принцип независимости скорости свободного падения тела (т.е. внешнего движения) от его массы (т.е. внутреннего движения), который, как ясно из вышеизложенного, соответствует более общему принципу независимости механических движений. И действительно, исходя из этого принципа, Ньютон пришел к понятию равенства противоположных сил инерции и гравитации, легшего в основу классической физики, а Эйнштейн к понятию эквивалентности инерционной и гравитационной масс, легшего в основу релятивистской физики. Однако несмотря на общность основного принципа, синтез этих физик, очевидно, невозможен без синтеза понятий пространства и времени, которые понимаются ими по разному, но без которых невозможно понятие движения.
В механике системы тел, свободные от внешнего взаимодействия с другими телами называются замкнутыми. Следовательно, инерциальные движения возможны только как замкнутые системы одного тела, а гравитациальные - как минимум двух тел. А так как масса (по определению Ньютона), не влияет ни на скорость инерциального движения (нулевое ускорение), ни на скорость гравитациального (постоянное ускорение), то различие между инерцией и гравитацией оказывается лишь в величине постоянного ускорения, а различие между инерцией и потенцией лишь в величине постоянной скорости. И поэтому все три движения можно считать не только ортогональными, но и пропорциональными друг другу, подобно триаде <точка, прямая, плоскость>.
Отсюда, по аналогии с принципом инерции, можно сформулировать принципы потенции и гравитации: в замкнутой системе из двух тел гравитациальные движения имеют постоянные относительные ускорения, пропорциональные их относительным массам, подобно постоянным относительным скоростям тел при инерциальном движении, независящим от их масс, и подобно постоянным относительным расстояниям при потенциальном движении. А значит, принципы потенции, инерции и гравитации есть лишь частные случаи общего принципа ортогональной взаимосвязи в соответствующих орторядах движений и сил. Откуда пропорциональность потенции, инерции и гравитации следует из того, что: постоянная телость потенции (нулевая скорость) пропорциональна массе тела; постоянная скорость инерции (нулевое ускорение) не зависит от массы тела; а постоянное ускорение гравитации (нулевая ускоренность) пропорционально массам взаимодействующих тел (или массе большего тела). А значит, можно заключить, что инерция кругового движения Галилея, инерция прямолинейного движения Ньютона и инерция криволинейного движения Эйнштейна равноправны. Тем более что относительность движения выражается также и в том, что за инерцию можно принять не только движение импульса как некой предсилы, но и движение потенции как некого предимпульса, движения действия как некой предэнергии, движения энергии как некой предмощности (например, движение энергии согласно уравнению Умова) и т.п.
То же самое относится и к взаимодействию событий во времени. Так, по словам А. Уайтхеда (дающим философское обоснование, в том числе, сказанному выше), с одной стороны: «Отношения события являются внутренними отношениями, поскольку они касаются самого события и не являются с необходимостью такими же для других связанных с ним событий. Каждое отношение входит в сущность события таким образом, что вне этого отношения событие перестанет быть самим собой», а, с другой стороны:«Внутренние отношения определяют, почему событие может быть обнаружено именно там, где оно находится, и таким, каким оно является, иначе говоря, в одном определенном ряду отношений». Отсюда он делает вывод: «Концепция внутренней отнесенности подразумевает при анализе разделение события на два фактора; один из них — основополагающая субстанциальная активность индивидуализации, другой — комплекс аспектов, иначе говоря, комплекс отношений, входящих в сущность данного события, который объединяется при помощи индивидуализирующей активности. Другими словами, концепция внутренних отношений требует идеи субстанции как синтезирующей деятельности возникающего события».
Следовательно, по его словам, диалектика внешнего и внутреннего состоит в том, что: «Событие является тем, что оно есть благодаря объединению в себе множества отношений. Общая схема этих взаимоотношений является абстракцией, которая предполагает, что каждое событие есть независимая сущность, хотя на самом деле оно таковой не является, и ставит вопрос, какая часть этих формообразующих отношений остается в облике внешних отношений». А отсюда уже он переходит к отношениям между событиями: «Данная схема отношений становится схемой комплекса событий, в котором существует различная связь целого с частями и различные отношения объединенных с целым частей. Таким образом, внутренний характер отношений реально проявляется посредством наглядной схемы абстрактных внешних отношений».
В еще более общем же смысле, такой вывод следует из того, что, как целое формируется из частей, так и каждая часть формируется целым, причем, части являются одновременно и внутренним и внешним относительно целого, и наоборот. В этом смысле покой является частью движения, а движение частью покоя, поэтому по Галилею покой и равномерное движение относительны, а по Ньютону они практически неразличимы. Отсюда и следует, что существуют абсолютные физические явления, движения которых не зависят от того находятся ли, не только внешние, но и внутренние наблюдатели, в состоянии покоя или равномерного движения. В качестве такого абсолютного явления Эйнштейн и выбрал свет. Но, если все такие наблюдатели могут считать себя покоящимися, т.е. независимыми в некотором смысле, относительно света как светоносной среды, то это и будет для них абсолютным пространством, как бы замыкающим собой все эти движения.
Кроме того, рассматривая, например, диаду инерция-гравитация, можно заметить, что состояние инерции как покоя или равномерного движения, определяемое как нулевая сила, возможно только при наличии тождественной, но противоположной силы, компенсирующей ускоряющее действие гравитации, так же как и состояние гравитации как свободного падения, определяемое как отсутствие силы (невесомость) возможно только при наличии тождественной, но противоположной силы, компенсирующей утяжеляющее действие гравитации. Иначе говоря, как ввести в состояние инерции, так и вывести из него, нужна ускоряющая сила гравитации, а чтобы компенсировать ускорение и утяжеление в состоянии гравитации, нужна сила инерции, а значит, ни инерция, ни гравитация не возможны друг без друга.
Следовательно, в физике любое движение всегда, так или иначе, предполагает взаимодействие, а взаимодействие предполагает замкнутость, в соответствие с триадой <движение, взаимодействие, замкнутость>. Но постулировать эти понятия можно по-разному. Так, если рассмотреть диаду движений <внутреннее, внешнее>, то можно заключить, что материальная точка есть нулевое внутреннее движение и поэтому только условно может обладать массой как конечно-бесконечным (полным) внутренним движением. И подобным же образом пространство есть нулевое внешнее движение и поэтому только условно может обладать временем как конечно-бесконечным (полным) внешним движением. В общем же случае следует рассматривать массу-пространство, массу-время и пространство-время. Откуда следует, что триада <масса, пространство, время>, как и любая триада физических понятий, есть, по сути, орторяд движений различного уровня, взаимосвязанных между собой. Так, например, как ускорение s/tt=v/t есть скорость скорости, так гравитация ms/tt=mv/t есть инерция инерции. И именно поэтому, согласно теории относительности Эйнштейна, гравитация и ускорение изменяют пространство-время в точке так же как инерция и скорость.
Таким образом, физически ограничены по величине не только скорость, но и плотность, масса, энергия, как и все другие фундаментальные величины, в том числе пространство, время и движение. Хотя, например, из относительности размеров тел следует возможность относительно принимать одно из тел как за материальную точку (минимальный размер), так и за бесконечное пространство (максимальный размер). Отсюда, в соответствие с триадами <конечность, бесконечность, замкнутость> и <ограниченность, ортофизичность, ритмичность>, следует, что синтез принципа ограниченности и принципа ортофизичности дает принцип ритмичности. А из ритмичности следует относительное совпадение причины и следствия, благодаря их переходу друг в друга на каждом ортоуровне. Так, например, по словам Э.В. Ильенкова: «Товар, будучи «началом» всего процесса капиталистического воспроизводства, одновременно оказывается той элементарной формой, к которой постоянно возвращается движение всех элементов производства, то есть «концом», следствием совокупного движения системы. Ни капитал, ни рабочая сила не могут функционировать в качестве элементов системы, не превращаясь постоянно, в каждом цикле снова в товар. Поэтому товар и кажется не только «началом», но и «целью» всего циклического обмена веществ капиталистически организованного производства. Всеобщее теоретическое определение системы в целом и отражает как «начало», так и «конечную цель» ее движения, а не просто абстрактно-общий признак всех элементов, всех особенных форм бытия данного целого».
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал
 
Новое