Блог ведет Глеб Берг

Глеб Берг Глеб
Берг

Милый Даймонд. Глава 1

26 марта в 23:18

I
20 июля 2008, воскресенье

 
Средней паршивости московский спальник затаился перед рабочей неделей. Окна потухли, и только лунные блики гуляли по сонным фасадам. Кое-где потели кондиционеры, маркируя кто позажиточней; по большей же части раскрытые оконные створки тщетно манили свежий ветерок – разбавить неподвижную духоту раскалившихся за день бетонных ячеек.
 
И вот он долгожданный ветер – явился стремительно, неся на хвосте иссиня-черную тучу, явился и заметался под моросящим дождем по опустевшим улицам – выпрыгивая из-за углов на запоздалых прохожих, гоняя мусор по пустырям, скрипя качелями на детской площадке – и подвывая себе в упоении. Проносясь мимо машин, единой цепью припаркованных на стыке газона и тротуара, он задевал их бестелесным плечом. Самые нервные заливались соловьем – как эта чешская малолитражка в рыжем свете жужжащего фонаря – словно певички на сцене – пронзительные трели их разносились меж сонных шеренг вдаль уходящих многоэтажек.
 
Вздорный дуэт пугливой певички и ветра-гуляки лег на виниловое шипение двух никогда не спящих шоссе, теснящих район с одного и другого края.
 
Вся эта уличная полифония закрутилась вдруг вихрем и единым порывом ворвалась в форточку прокуренной кухни, слившись немедленно с гулким постукиванием капель из разболтавшегося крана о дно нержавеющей раковины. От внезапного сквозняка высоко взмыла тюль, а Даймонд подумал, что эта музыка нравится ему куда больше, чем русский рэп, игравший пару минут назад из опущенного в стакан мобильника.
 
Нашему Даймонду было двадцать два года и он едва окончил исторический факультет Московского университета, но так и не понял, кем хочет стать когда вырастет – ясно, что кем-то крутым. Была у него и мечта: он смутно представлял себя экзальтированным рокером, разбрасывающим конфетти на бьющихся в конвульсии поклонниц и очаровательно чудящим на американских телешоу. Понятно, что везет на этом поприще единицам и с равным успехом можно было мечтать о полете в космос, но ведь в конце-то концов все мы о чем-то мечтаем, а Даймонд уже сносно играл на гитаре и целая жизнь, исключая двадцать два прожитых года, лежала перед его ногами. Нужно было только начать что-то делать.
 
«Успеется…» – думал Даймонд, сложив большую косматую голову на тонкие белые руки с длинными пальцами и скверно остриженными ногтями. Заскучав за картами, он блуждал взглядом по пыльной кухне.
 
В кухне, уютно обжитой пустыми бутылками, проросшей картошкой, валявшейся в авоське в углу, и дымом, сочившимся из переполненной чахоточной пепельницы, несмотря на видимый хаос и несовершенства интерьера, словно сошедшие с кадров криминальной хроники, все находилось на своих местах и являло странноватую гармонию маргинального вечера в новостройках.
 
На месте стояли бутылки, словно остекленевшие от чифира каторжане, выстроенные в ряд на плацу под предводительством серого мусорного ведра с кудрявой копной отходов, вьющихся над широкой ряхой; на месте сгрудились пыльные клубни молодой картошки, будто потертые тридцатилетние юноши с темнотой под глазами и трехдневной щетиной – ровесницей запоя – поутру столпившиеся на пятачке возле местного магазина – опохмеляться какой-нибудь дрянью и удивлять своим видом шагающих в школу первоклассниц с пышными белыми бантами в волосах; на месте был и Сурен – друг Даймонда, по пояс погруженный в холодильник в поисках хлеба, майонеза или хоть чего-нибудь, чтоб закусывать водку (именно Сурен притащил Даймонда на эту кухонную вечеринку, услышав, что тот не трахался уже две недели – а на самом деле, без малого пять); на месте была хозяйка квартиры – стройная и почти красивая, с серебряным кольцом в ноздре и темно-русыми волосами, убранными в высокий хвост как у Чиполлино; и даже подруга ее, белобрысая девка, докуривавшая чей-то царский быкан из переполненной пепельницы – тот самый, в полсигареты, когда последняя пачка уже опустела, – была тут зачем-то. По крайней мере, Даймонд очень на это рассчитывал.
 
– А мне вечером Светка звонила, предлагала по три рубля десятку ***** замутить. А я, такая, подумала – еще, вроде,  *** есть, и че мне ее ****** беспонтовые, – с тинейджерским гонором вещала Чиполлина, сидевшая по-турецки на кухонном уголке. Это была ее квартира, точнее, ее родителей, но почему-то из одежды на ней были только зеленые трусы и суреновская красная олимпийка, расстегнутая на груди так, что время от времени Даймонд мог видеть ее сосцы.
- Дура! - взрычал Сурен, выглядывая из-за двери холодильника, - сейчас бы нормально уделались и устроили шикарный генг-бенг, - он именно так это и произнес: «генг-бенг», - Даймонд уже две недели не трахался, а по трезвяку вас ***** невозможно.
 
Даймондова нога, все это время дрожавшая под стулом, резко остановилась, а взгляд, блуждавший у Чиполлины за пазухой, взметнулся куда-то вправо и вверх, едва разминувшись со взглядом оскорбленной хозяйки. Глаза его стали зигзагами бегать по кухне, а в голове одна за другой вспыхивали молниеносные отчаянные мыслишки.
 
«Заметила, не заметила?» – завопила тревожная красная сирена. «Ах, как неловко, мы ведь знакомы всего часа три!» – сдавило в груди и перехватило дыхание. «А, впрочем, плевать, даже если заметила – буду делать вид, что не при делах» – какая-то липкая дрянь капнула с заостренного носа зеленоватого гнуса, танцующего на сатурновых кольцах фокстрот. «Следить за мимикой! Следить за мимикой! Следить за мимикой!» – в рупор орал учитель физкультуры. «Теперь будут думать, что я пришел с ними трахаться» – встречным курсом пронесся локомотив. «Хотя это в общем-то правда, да и плохого в этом ничего нет – мы все молодые и все хотим трахаться…» – пропели путти с венецианской фрески. «Ах, лишь бы она не заметила, что я пялился на ее грудь! Боже, какая грудь!» – всплеснул руками космический гнус.
 
– Что? – невинно переспросил Даймонд, попеременно глядя то на Сурена, то на хозяйку.
 
Чиполлина раздраженно поправила олимпийку и грубоватым голосом, так мало соответствовавшим ее нежной внешности, обратилась к Сурену:
 
– Ты охренел?!
– Да посмотрите на себя, – заливался Сурен, – сидите синие от ******, в моей одежде, на засратой кухне в своем гребанном гетто! А Даймонд из хорошей семьи – МГУ окончил! В Сохо Румс пускают, – у Сурена была истерика.
 
Даймонд хотел было что-то возразить и сгладить углы, но, чтобы не выглядеть лохом, нужно было ввернуть что-то смешное, а думать он уже не мог. «Облака покинули Иллинойс…» - как в стихах Еса Сои.
 
– Ну и валил бы в свой Сохо Румс, и ты вместе с ним! Олигархам взбалтывать, – завелась Чиполлина.
– Да их бы не пустили, – залилась злобным смехом вторая – с распущенными выгоревшими волосами и белесыми бровями – то ли в шутку, то ли в серьез обещавшая взять у Даймонда в рот, так, что он уже мысленно называл ее «моей Ундиной», но теперь вдруг почувствовал как смутные шансы засадить стремительно тают. Впрочем, если совсем откровенно, они растаяли уже после первой дороги злющего и грязнейшего **********, заставившего его член безнадежно скукожиться.
 
– А вы там бывали? – поинтересовался Даймонд
– Бывали, *****, ******** ******** – нехер там ловить, – Ундина поднялась с насиженного места и, вытянув перед собой руки, выгнула спину, так что в трусах у Даймонда дернулось.
 
У нее было не слишком красивое, но породистое русское лицо – крупные белые зубы, огромные голубые глазища, длинные ноги, кожа, загоревшая на турецких пляжах. Непрекращающиеся интоксикации еще не взяли свое и это тело хоть сейчас можно было выталкивать на подиум.
 
– Это очень прилично.
– Что, *****, приличного?
– Девушке с твоей внешностью пренебрегать выгребными ямами вроде Сохо Румс. Видно, и ты из хорошей семьи.
 
Но Даймонд, очевидно, дал маху, потому что девчонка покраснела, а ее подруга, сдавленно улыбаясь, посмотрела на нее исподлобья.
 
– Знаете, если с Саввинской смотреть на Третье кольцо - можно увидеть как по железнодорожным путям проходят товарняки в пятьдесят вагонов. В них едут телки – из Уренгоя, Урюпинска, с мыса Диксон – в своих лучших нарядах…
– Че?! – начал ржать Сурен, но телки, вроде бы, слушали.
– … так вот они выпрыгивают на ходу из вагонов в Москву-реку, и те из них, кому удается выплыть на набережную, сразу идут в Сохо… на ходу делают селфи, облизывая покрытые стразами Сваровски колеса мерседеса Рустама Тарико, и идут тусоваться!
– По полной! – завизжал Сурен, превозмогая прожеванную, но еще не проглоченную горбушку.
– Да ты гонишь, – телки вдруг стали серьезными, – ***, он гонит!
– Нисколько, - невозмутимо отвечал Даймонд.
– Прикинь, – поняв, наконец, шутку, Ундина согнулась пополам, – прыгают в реку! Аааааа! Чувак, я точно отсосу тебе сегодня! Маш, он заслужил!
– Да он гонит!
 
Пьяный Даймонд был лучше, чем трезвый – больше нравился окружающим, да и себе самому – скинув гнет неуверенности и неловкости, ловил иногда кураж и даже плечи его распрямлялись, а вслед за ними распрямлялся и ум. И вот уже Ундина попалась в сети, щеки ее разрумянились, а в огромных глазах вместо насмешки заиграл живой интерес. Приязненно поглядывая на Даймонда, она обнимала туповатую подругу и продолжала ржать:
 
– Селфи! С колесами! Рустама, *****, Тарико!
 
Чиполлина тупо подхихикивала и, кажется, тоже начинала отстреливать, что к чему.
 
– Блин, прикинь! – заливалась Ундина и, вдруг, хищно атаковала весь вечер напрашивавшуюся подругу, – цап Машку за сиську!
 
Спать легли вповалку под сериальчик и под гудение выехавших на маршрут поливалок – вот только заснуть никто не мог. Даймонд жался к Ундине, и она не сопротивлялась его ухаживаниям, но стоило ему запустить шредера ей в трусы, как она начинала извиваться всем телом и горячо шептала ему на ухо – дескать, все круто, но я не трахаюсь на первом свидании. «Свидании – поцелуйте мой мохнатый зад» – Даймонд посыпал голову пеплом. Так близко и так далеко. Сурен с Чиполлиной ушли в туалет и видимо перепихнулись. Ундина и Даймонд, закутавшись в колючий шерстяной плед, все еще жались друг к другу, сходя с ума от желания, но разделенные рудиментом нелепых ханжеских предрассудков. В конце концов он все же раздел ее до трусов, но до секса так и не дошло – уж слишком много причин было против. Так, в полузабытьи, обнявшись и подрагивая на отходняках, они забылись с первыми лучами солнца.
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал