Блог ведет Maresiy Ivashchenko

Maresiy Ivashchenko Maresiy
Ivashchenko

Русская Готика

7 августа в 16:52
 Пишу я от руки. Точнее сейчас пишу от руки, а обычно печатаю на компьютере, но я хочу сделать акцент на том , что этот текст появился сначала на бумаге, а уже в каком виде вы его получили мне неважно. Мне еще, например, абсолютно неважна логическая систематизация текста: весь этот язык логики предикатов меня абсолютно не трогает. Я вообще считаю, что текст — это хаотичная территория свободного искусства(!), а там где искусство, там не может быть логики и системы, система – это удел математики или сбора грибов. В грибах особенно важна система! Чуть допустить импровизации - и крах! Отравление или смерть. А если поиск грибов происходит с целью психоделического опыта, то шутки череваты особенно. Видимо “кайф” настолько близок по воздействию и сути к смерти человеческой, что ядовитые грибы от галлюцигеных не различишь. Галлюциногенные грибы еще называют псилоцибиновыми, поскольку в их состав входят псилоцибин и псилоцин. Грибы псилоцибиновые вызывают синдром, напоминающий шизофрению, который проявляется уже через 15 минут, а при попадании с пищей – через 2 часа. Обычно принявшие такие грибы жалуются на тремор, бред, эйфорию, паранойю, а еще подобные симптомы характерны для, пожалуй, любых предсмертных состояний. Залог хорошего “кайфа”,наверное, не умереть. А вот шаманы Камчатки ели грибы и другим давали, только давали, трансформируя форму кайфа, саму природу кайфа трансформируя. Они мочились в стакан, ведь в моче накапливается мусцимол, и давали всем желающим. Количество желающих выпить мочу шамана наверно довольно четко показывает плачевность уровня наркотической зависимости на Камчатке, хотя давно это было…
А вот недавно мой друг рассказывал мне, как по неимению более достойного досуга он с другом собирал те самые грибы. Нашли они грибы, да и приняли. Час сидят без эффекта, второй. На третий час оба за переживали. Мало того, что три часа они тупо смотрят в потолок, то есть полный крах полезного досуга, так еще и грибы не действуют. Решили эффект подправить. Восстановить справедливость земную мочой человеческой. И что в итоге? Два парня лет 20, пьющие свою мочу для “кайфа”, сидят четвертый час уставившись в потолок.Один из них так вообще без зуба переднего. В лет 8 он решил, что игрушечное оружие - это подсознательное милитаристическое образование детей, засунул пистолет в рот и выстрелил. Вот уже 20 лет живет без переднего зуба. Пострадал из-за своих пацифистских убеждений. А у нас в стране всегда так, без этого никуда. Вот я как-то накурился и по сентиментальной накуренности, во всех красках рассказывал другу : вот Владимир Буковский. Пацифист? Пацифист! Против карательной психиатрической медицины воевал? Воевал! Так что? Арестовали в 72ом году, на 7 лет! Это конечно не выбитый зуб, но тоже согласитесь, неприятно. А мне неприятна компания недостойная. Такая вот компания, которая в душу плюет твою и прощения не просит, причем неосознанно! Неосознанное зло хуже любого запланированного. Вот говорит эта компания о бабах! Не о женщинах как у Мариенгоффа – игривых, непредсказуемых, а о бабах! Бабах! Говорит она о бабах, говорит как, когда, в каких позах и как долго, а мне цвет глаз возможно ее интересует! И мне не интересно, и ему стыдно должно быть, ну не поймет эта компания , пока ты ей не скажешь. А мне иногда необходима встреча с такой компанией. Нет, не для какой-то нравственной встряски. Не для образования масс. Все прозаичнее: эта компания толкает наркотики. А куда в нашем богемном обществе без наркотиков? Я вот пишу эти строки в демократическом наркотическом опьянении, а как по другому я буду писать? Как я смогу убедить себя в том, что мне есть что вам сказать? Вот Буковский Владимир диссидентом был, за нашу свободу писал, а я… Я за чью свободу пишу? Нет, иногда приходится сидеть и слушать про баб, чтоб потом сидели вы и читали вот это...
Вообще время тогда интересное было. Правда интересное. Вот у нас давят, воздух перекрывают, душат, а мы в таких условиях творим! И только в таких и творим! Вот Эрик Булатов в “Горизонте”, красная линия горизонта, она ведь без удушения и не появилась бы никогда, ведь красный горизонт это символ красной волосатой ручищи нас за горло взявшей. А Ерофеев? Он так хорошо писал, что лечится его за границу не пустили. Так и погиб Ерофеев вечным патриотом! Так может компания, что мне наркотики толкает, может она и есть мой красный горизонт. Может я творю только и единственно из-за неё? Тяжелая мысль, давящая. Вот сижу я о ней и думаю. Сижу я в библиотеке… Нет. Сижу я в центре современного искусства, в библиотеке при центре современного искусства. Играю в шахматы. Доска двоится в глазах. Я только покурил. Мой оппонент с девушкой. То есть играет он на два фронта. И меня пытается обыграть и сделать это максимально изящно по объективным “бабским” причинам. Мне с трудом было не то что играть, мне сидеть напротив тяжеловато. Играет какой-то запредельный джазз, джаз, который наверно запрещают слушать афроамериканским детям. За 5 минут , что он играл , я нутром пережил всю серость бытия чернокожего. Тяжело было играть. Доска прыгала то влево, то вправо. Доска двоилась, местами даже получалось красиво, но мало ли что красиво! Толстой писал красиво только то , что религиозное чувство внушает! А легкие галлюцинации к вере не приводят. Вот и меня не привели, но я все равно выиграл и даже честно сказать, рад то особо не был. Как я это сделал, не понял совсем. Второй раз бы не повторил. Может красота божественная ко мне снизошла в виде выигрыша? Богохулишь Маресь, грешишь. Я вообще не правильно живу. У меня девушка есть, любовь. А я на девчонок люблю смотреть. Так беспристрастно смотреть, без эмоционально, но нравится им - мне приятно. Я так свою молодость чувствую. А я без корыстных целей смотрю, я ,как Лев Толстой завещал, в их красоте божественное вижу. Вот глядел я на двух девчонок в центре современного искусства и святое в грешном подглядывал. А одна возьми и посмотри на меня, не просто посмотрела, а посмотрела заискивающе, посмотрела , облизываясь и возжелая, посмотрела совсем в общем не по Толстовски. Я обомлел. Мало того, что в моем двоящемся мире диалог не предусмотрен, так мои красные глаза цвета красного Булатовского горизонта совсем меня выдают. Она зачем то направилась прям ко мне. Подойдя ко мне вплотную она говорит: 
“У нас телефоны сели, можно сфотать кое что на твой и себе отправить? Мы хотим книжку Давида Боуи с его пластинкой сфотать для инстаграма”
“Зачем?”-Спросил я
“Как? Ну для настроения…”-Недоумевающе сказала она.
“Хорошо”-Сказал я. 
Вот ужас подумал я тогда. Вот это непроходимый мрак сознания. Вот это вязкий туман тенденций. Вот осознание тяжелое. Вот же бетонная стена развития. Я так расстроился, что пить захотел. Захотелось молча где-нибудь одному пропустить пару стаканов с молчащим презрением на лице. Музыки захотелось также подходящей для такого случая, но явно не Дэвида Боуи. Я бы Дягилеву Янку сейчас хотел послушать. “Столетний дождь. Резиновый сапог в сыром песке, глаза стоят на ржавом потолке.”
Готики русской захотелось. Жалко пить нельзя. Вот у меня подруга пьяная пролетела метров 7 и приземлилась на скалы. И что же? Кома, смерть, раскаяние? Нет. Перелом ключицы! А я ? А я три метра пролетел. Упал в траву мягкую. И что, перелом ключицы? Нет! Ушиб мозга тяжелой степени с многочисленными контизионно-геморрагическими очагами ушибов второго вида обоих полушарий головного мозга. Поэтому пить мне теперь нельзя. Еще долго нельзя. А без алкоголя трудновато! Я уверен что это моя особенность национальная, будь я шведом мне было бы трудно скажем без речной рыбы, а так-как я монголами обиженный, совком испытанный русский, то без спирта трудно жить. Вот у моего друга геппатит С, то-есть пить ему запрещено божественным законом, и он редко себе позволяет. Помню, как выпив две кружки и расстроившись несправедливости мира он тихо-тихо, для себя, проговорил: 
-Так бухать братцы хочу! Вот сидел бы здесь и пил. До дурости бы пил, до влевоты, до второй блевоты. Я бы все пил и пил и тогда жить можно. Я бы жил через градус алкогольный. Эх , братцы , трудно конечно, трудно , братцы.
Вот он крик моего человека, вот он -гражданин нерушимой страны. Трудно , конечно.
Без грусти никакой готичности конечно невозможно, а грустить уже устали все. Вот я грущу за всех них. Я , как Петр Мамонов , все грехи своего поколения взял , чтоб блаженным старцем потом смерть встретить. Я за всех вас пить перестал , чтоб вам ненужно было, я за вас контизионно-геморрагическими очагами заразился , чтоб народ мой не страдал. Я Иисус своевременный, я святой своей эпохи. Ох , Богохулишь , Маресь, богохулишь страшно. Но , как сказал Хрущев на манежной выставке, почему педерастам 10 лет, а этим орден. Педерасты. Вот и действительно. Почему вам ордена, а я за вас 10 лет? Да потому что святость, ее не выбираешь, ее раздают. Хорошо быть избранным. Сразу отпадает вопрос о трудоустройстве. Какой раб капитализма, если я беспредельно высоко лечу. Слишком высоко. Да только без янки и пива трудновато святость нести. Решился я как-то музыку делать. Продолжить традицию , так-сказать, русской готичности. Да только чтоб готику нести в творчестве , нужно неописуемо низко пасть, нужно грусть в себе вырасти. Вот мы и растили. Читали всяких японцев типа Мураками и Мисимы, вслушивались в текста Летова и Звуков Му. Вдохновлялись. А как мы пили… Как много, академически, мы пили. Сколько ненужного я в пьяном угаре совершил, а все ради искусства, все ради платоновской образности и филоновского взгляда. И что спросите вы. Получилось что нибудь? А вот что получилось:
Я хочу быть другим
Я хочу читать книги
И смотреть Тарковского
Понимать Аристотеля
Переводить на французский толстого
Я хочу решать математику
Я хочу верить в бога
Только мне уже поздно
Я не хочу знать о либидо
Я хочу верить в мораль
Пускай заблуждения века
Только мне слишком плохо
Я хочу верит в рай
Мой ад это уголовный кодекс
Мой райский сад - кабак
Я знаю что хочу другого
Только мне уже поздно
Я хочу чувствовать картины
Содрогаться всем телом
Когда вижу Шагала
Матисса пикассо
Только я их уже видел
Глазами с экрана
Я хочу плакать над музыкой
Рыдать над умершими
Только это все придуманно
В книгах рассказано
Я хочу быть другим
В этой жизни и вне
Только такого не будет
Хоть в сериале показано
Я хочу умереть и тогда наверно
Я может буду другим
Хотя это все суеверно
Ну и ладно скажете вы, вполне себе возрастное. Максимализм так и льется из щелей. А вот эта тоска и тлен , это , наверно , и есть готика? Нет, все не так. Готика… Готика - это , наверно , когда до блевоты, до второй блевоты. Вот это тогда , наверно, готика.
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал