Блог ведет Борис Шапиро

17 июня в 11:39
     - Сара,- задумчиво сказал Гриша,- бери табурет и садись у окна, я буду писать с тебя
   портрет.
     - Гриша!У тебя что начинается рассеянный склероз,- удивилась Сара,- как я помню, за 
   всю жизнь ты кроме "точка, точка, запятая, минус-рожица кривая", ничего нарисовать не
   умел.
     - Сарочка,- ты, наверное, забыла где живешь. У нас по религии изображать человечес-
   кое лицо запрещено. Так что рисовать я тебя буду в абстрактной манере.
     - И на что я буду похожа в этой "манере",- поинтересовалась Сара.
     - На свою маму,- усмехнулся Гриша,- посмотри на её лицо сейчас- чистейший абстракци-
   онизм.
     Из своей комнаты на кресле каталке выехала Мария Львовна, мать Сары. Ей 94 года, она
   почти ничего не видит, но слышит как локатор.
     - Я тебя предупреждала,- сказала она дочери,- вы выходи замуж за этого шаромыжника.
   Смотри, мое лицо ему не нравится. А сам ты когда последний раз в зеркало смотрел-это
   уже к Грише,-в прошлом году. То-то я смотрю, оно треснуло. Не выдержало твоей красоты.
     - О чем вы говорите?!- возмущенно вклинилась в разговор Гришина мама Роза Соломонов-
   на.- Он у меня очень красивый мальчик. Весь в покойного отца.
     - Ага,- ехидно зашевелилась в каталке  Мария Львовна,- писаный красавец был. Помню,
   когда они шеренгой стояли на плацу, капитан вечно кричал:
     - Аркадий Шмулензон! Вы опять забыли снять противогаз.
     Гриша понял,что если он сейчас не вмешается, начнется вторая Куликовская битва. И он
   примирительно сказал:
     -Евреи, ша! Не хотите, не надо! Бог с вами. Я напишу автопортрет, назло вам всем.
     - С этого надо было и начинать,- оставила за собой последнее слово Сара.- А теперь
     прошу всех к столу, включая, новоиспеченного художника. Пора обедать.
 
   
    
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал