Блог ведет Андрей Демидов

Андрей Демидов Андрей
Демидов

По туристским тропам

20 марта в 08:04
                              С Костиком  мы зимой ходили на лыжах с Маяковского спуска до села Выползово, а далее в сторону Красной Глинки, иногда посещали пещеру Греве.  Среди снегов она выглядит  еще более  таинственно. Летом наш дуэт плавал на байдарке по Самарке от Бузулука,  по Кондурче от Елховки. Там во время похода создавали новые песни, которые тут же исполнялись среди туристского братства. За несколько дней наш отряд рос, в него вливались все новые байдарочники:
             "Байдарка" Мы на пути своем ждем водопады,
Мы водопадам  будем этим рады.
Против течения чтоб плыть научиться,
Мы по течению плывем.
 
Байдарка мчится
Как большая птица.
Вальс приключений весло поет.
 
И кажется нам, что мы капитаны,
Лесные реки наши океаны.
Против течения чтоб плыть научиться,
Мы по течению плывем.
 
Байдарка мчится...
 
Печаль всегда живет в таком туризме:
Конец походов одинаков так-
Река взмахнет вслед рукой серебристой,
Байдарка сложена в рюкзак.
   Особенно приятно плавать по малым рекам в начале мая. Повсюду цветет черемуха. Бывает так, что  белые как снег кусты переплетаются над рекой, а байдарка несется по ароматному коридору навстречу приключениям. Они происходят на каждом шагу: то  завалит реку обрушившееся  дерево, то   водный путь  преграждает  старая заброшенная плотина, создавая настоящий метровый водопад.   Поход иногда начинался в жару, а на третью, четвертую ночь ударял мороз. Одним словом экзотика.
              "Чудо" Мимо чуда пройдешь раз двести,
И вот чуда уж нет на месте.
Чуда будто не бывало никогда.
Жить без чуда невозможно.
Соберем рюкзак дорожный,
Остальное просто не беда.
 
Мы пойдем туда, где горы
Синевою с небом спорят,
Где в ручье студеная вода.
Захрустит костер из веток
И живым горячим светом
Песенку споет нам как всегда.
 
Протечет в грозу палатка.
Пища кончится - несладко.
Как Кобзон комар нам надоест,
А вернемся мы оттуда,
Все покажется нам чудом,
И  как волка  снова тянет в лес.
  Помню летнюю Самарку с бешеным течением, сбивающим с ног. По обе стороны - степь и  небольшие кусты вдоль берега. Там, где крутой песчаный обрыв- повсюду видны  маленькие пещерки, в которых живут ласточки. Часто встречались брошенные деревни и полуразрушенные церквушки  как будто  Россия встала и куда то ушла.
     Хочу заметить, что иногда мы встречали  местных жителей.  Те не проявляли дружелюбия, наоборот в каждом слове, жесте сквозила злоба, мол, городские приперлись,  будь им не ладно. Пацаны кричали с берега:" В следующий раз  торпеду в вас запустим, нечего по нашей реке плавать, заразу принесете и рыбу распугаете".  Однажды видели деревенскую свадьбу на полянке у реки.  Костик сдуру крикнул:"Поздравляю молодых".  Друзья и подруги жениха с невестой схватили пустые бутылки и стали ими кидаться в нас. Слава Богу, расстояние оказалось достаточно велико. Во время похода встретили рыбаков с бреднем. Те на удивление не  схватились  за ножи, а наоборот дали нам рыбы для ухи. Оказалось, что это горожане, приехавшие  на жигуленке слегка  побраконьерить. Они рассказали, что сельчане бояться сглазу, новых людей, считают, что болезнь передается через одежду, пищу. Зашел чужой  в реку - воду опоганил.
      Плавали мы также в заповедник Васильевских островов. В те времена там была строгая охрана, ведь рыбные угодья принадлежали Приволжско-Уральскому военному округу. Там находился заказник для  генералов, любителей рыбной ловли.
"Васильевский остров" На Васильевский остров
Пробраться не просто:
Поджидает там  егерь, злобный словно  Кащей.
Ходит в черной фуражке,
Верит только бумажке,
Ну а нам он не верит, прогоняет взашей.
 
А там серая цапля и белая чайка,
И крупные капли нам дождя не страшны.
А там серая цапля и белая чайка,
Они в зимние ночи наполняли все сны.
 
Встал  вопрос очень остро,
Как  пробраться на остров,
И  с какой стороны бы обойти нам закон.
Я байдарку на спину,
Сквозь болотную тину
Лес , как грубый лазутчик, иностранный шпион.
 
Встретил   белую чайку и серую цаплю...
 
Я играл на гитаре,
Звезды мне подпевали.
Нашим другом стал август, весь пропахший костром.
А когда расставались,
Волны тихо плескались,
И украдкой заплакал месяц август дождем.
 
Вспомнил белую чайку и серую цаплю...
  Мы забрались в самое сердце заказника, где была почти нетронутая природа. Помню закричала  в вечерней мгле выпь, и Костик аж побелел от страха, полагая, что кого то душат. Мы прятались в кустах вместе с байдаркой от лесников. За неделю там никто ни разу не появился, только мы и природа.  Иногда  утром  приходил лось. Когда плыли назад на байдарке кусочки хлеба подбрасывали в воздух и их  налету хватали чайки. А потом нас ждал  шумный город и новые творческие порывы.
               "Ветер" Где-то там, а может  где-то здесь
Растворен до капельки я весь.
Мне б добраться,
Мне б собраться,
Мне б воскреснуть и зацвесть.
 
По большой рассыпан я Земле,
Я затерян где-нибудь в толпе.
Словно ветер, чист и светел
Голос мой запел, голос мой запел.
 
Я стучу макушкой в небеса.
Мои уши словно паруса
Ближе к раю я взлетаю,
Слышу  ангельские голоса.
 
Ну,  уж вот растаял белый снег,
Я опять – обычный человек.
Только память сердце ранит,
И во мне уже навек -
 
По большой рассыпан я Земле,
Я затерян где-нибудь в толпе.
Словно ветер чист и светел
Голос мой запел, голос мой запел.
   Помню мы отмечали с Костиком Новый год  все на той же площади  Куйбышева под городской елкой, которая раньше украшалась огромным шатром из горящих лампочек. На праздничном дереве висели  огромные стеклянные шары и мягкие игрушки. Мы пили водку из  солдатской фляжки и играли для веселой публики.
                 "Паук" Эй, паук, сплети наш белый вечер
И нашу встречу с теми, кто пришел.
Кто пришел,  кто приходит, кто придет.
 
На белом бархате сна -
Неподвижность.
Как околдует она,  колдует она
Искрящейся  модой Парижа.
 
Эй, паук, сплети наш белый вечер
И нашу встречу с теми,  кто ушел.
Кто ушел, кто уходит, кто уйдет.
 
На белом бархате сна...
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал