Блог ведет Ринат Барабуллин

Ринат Барабуллин Ринат
Барабуллин

На солнечной и теневой сторонах улицы

8 апреля в 14:52
На солнечной и теневой сторонах улицы






Парень шел по солнечной стороне улицы, чувствуя спиной, взгляд Абрамбердыева, который двигался по другой стороне. На секунду он (парень - преступник) остановился и посмотрел на него (полицейского). 


Абрамбердыев же шёл по теневой части улицы и мёрз из-за этого. "Вот зараза! Так и превращусь в ледышку, преследуя опасного преступника, но по теневой стороне улицы. Замёрзну нафиг и навсегда здесь, посредине современного города. Начальство, как обычно, грамоту зажмёт. Или медаль, если полагается. Да, и очередное звание я профукаю. Ледышкам не дают званий. В гробу они видели ледышек старших сержантов." - думал сержант полиции Абрамбердыев. 

День неожиданно кончился. Вместе с ним так же неожиданно закончился проспект Мухтаркомнеева, по которому дефилировала сладкая парочка урка-мент. "Пора его брать! Пора брать! Пора! "- настойчиво думал полицейский. "Пора делать ноги! Пора делать! Пора! "- не менее настойчиво настойчиво думал уголовник. И вот они сошлись на перекрёстке, на пешеходном переходе, ласково называемом "Зебра".
  
"Давай, я его замочу из личного оружия - автомата Барсук! Потом скажу, что так и было с самого начала. Пацан шёл уже простреленный насквозь множество раз. С пулями и гильзами будет заморочка, но ребята баллистики должны помочь. Я же им помог попутку поймать, когда они бухать ехали к Геннычу в его район Красные Тазики. Я тогда прикинулся трупом, лежал на автотрассе, пока не остановились какие-то лохи из Американского посольства. Повезли, как миленькие, в Красные Тазики. Там, заодно, и секретная авиабаза Летающих Мстителей Гиперзвука. Вот, дипломатов этих и повязали, за шпионаж до кучи, по пути к Геннычу." - думал сержант (всё ещё сержант) Абрамбердыев.
  
"Может мне его подкупить нашими американскими долларами?  Иначе неудобно получается. Я пуляю в русского мента из боевого бластера из фантастического фильма "Пипец с планеты Пипеция", валю его насмерть, а с ним и половину населения планеты, а дома в Техасе меня девушка ждёт." - думал парень-урка.

Пока они так думали, полицейский и преступник, вдруг резко потемнело. Все огни погасли, даже те, что никогда не выключаются.  Всем стало ужасно страшно, словно это пришёл конец света, но не киношный, а настоящий. Сержант протянул руки и ... наткнулся на оные (хорошее слово - оные) урки. Они обнялись, словно родные и пообещали себе никогда не "мочить в сортире" друг друга. 
  
Зажёгся свет, народ зааплодировал. Электрик Петрович начал кланяться публике, оставаясь в полувисячем положении на столбе, зацепившись за него "кошками". И вдруг он ... шандарахнулся вниз, сметая всё на своём пути. Петрович выжил, но задавил насмерть своим телом сержанта Абрамбердыева и уголовника , имя которого нам не узнать никогда. Так их и похоронили в общей на двоих могиле (невозможно было разделить эти искромсанные "кошками" тела).
  
Прошли годы ...
  
В далёкой Женеве на нашу разведку продолжают работать два резидента со шрамами от порезов по всему телу, по обоим телам. Имена их знают только в Центре.
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (1)

  • Ринат Барабуллин автор Итальянский Сергей Есенин








    В ответ на его слова я отвернулся. Неверное, нельзя здесь говорить "в ответ", так как такая форма подразумевает, что я что-то сделал или сказал в лицо говорящему. А я просто отвернулся, чтобы проверить, кто же стоит за моей спиной, к кому он обращается. Ну, уж точно не ко мне.

    За мной не было никого. Глаза быстро привыкли к смене освещения и я убедился, что за мной не было никого. Там не было и ничего. За мной начинался гладкий чёрный лёд. Это было либо озеро, либо река, берегов не было видно. Полная яркая луна светила так ярко, как и солнце днём не всегда светит. Но видно было только бесконечный чёрный лёд, гладкий, как крышка рояля. Если я пойду в ту сторону, то иди придётся вечность, но ничего меняться не будет. Я даже не стал спрашивать себя, что это такое? Я знал, что это Волга. Ничего другого быть и не могло.

    Я оглядел себя и убедился, что одет я не для ходьбы по замёрзшей зимней ночной Волге. Шорты в пальмах, сандалии (в них босые ноги, без носков, не надевайте носки в сандалии! - именно это я всегда говорю). Футболка с написанним на ней названием музыкальной группы, исполняющей Heavy Metal, но это не Metallica. Пусть читатель помучается, перебирая названия музыкальных коллективов.

    Я снова повернулся к нему, то есть спиной к Волге. Здесь всё было по-другому. Большой светлый Рыбный Магазин и продавец, которого я знаю лет 20. Он итальянец, но похож на Сергея Есенина. Бывают и такие голубоглазые кучерявые рыжие выходцы из страны-сапога. Мгновение назад этот Итальянский Сергей Есенин обратился ко мне "Хозяйка". Потому-то я и обернулся, ожидая увидеть за собой какую-нибудь женщину, с которой он общался. Но сзади меня никого, только замёрзшая зимняя ночная Волга. Все двадцать лет, сколько я его знаю, сколько я у него покупаю рыбу, этот продавец обращается ко всем "Хозяйка". Так ему проще, незачем корчить из себя физиономиста, не надо ломать язык о другие слова. "Хозяйка" - и всё тут, баста! Я тоже "не парюсь". Все это двадцать лет я оборачиваюсь и ищу настоящую "Хозяйку", стоящую за мной.

    Итальянский Сергей Есенин был в майке, жарко же. Он протянул в мою сторону согнутую в локте левую руку, ладонью к верху и положил на неё серебристую рыбину. Та изгибалась, билась, надеясь вырваться из крепких рук и уплыть в Волгу. Как она будет лёд пробивать? Лбом что ли? С разбегу. Продавец с силой воткнул огромный нож в бок рыбины, но мне на мгновение показалось, что себе в руку. Брызнула тёмная кровь. Я успокился, понял, что это не себя Итальянский Сергей Есенин полоснул. У него кровь должна быть словно Пино Нуар, лёгкой и чуть с внутренней голубизной.

    Я согласился, сказал, что беру эту рыбу. Продавец поинтересовался, потребуются ли мне голова и кости рыбы для ухи. Я кивнул и добавил, что плавники все тоже хотел бы забрать, но чешую пусть Итальянский Сергей Есенин оставляет себе.

    От зимней ночной Волги веяло холодом, поэтому я хотел быстрее заплатить, забрать рыбу и уйти. Но уйти вперёд, в свет и тепло. Не назад же, на лёд?

    Итальянский Сергей Есенин снова улыбнулся, снова назвал меня "Хозяйкой" и ...



    ... и пропал. Так и не взяв денег. Вы скажете: "О-го-ги! Хорошо-то как! Рыба за бесплатно!"

    Всё везде сразу пропало. Свет резко потух. Когда глаза привыкли, я увидел, что стою лицом к замёрзшей зимней Волге. Как будто я и не отворачивался от неё к Рыбному Магазину.