Блог ведет Alexandr Petrenko

Alexandr Petrenko Alexandr
Petrenko

Собрание сочинений

17 августа в 17:49

На время мне запрещено высовывать нос из кабинета, а всё потому, что у племянницы Катерины совершенно неожиданно возникло желание уничтожить пыль в соседней комнате и особенно на старинной книжной полке.

— Дядь Саш, скажи, пожалуйста, зачем в нашем доме пылятся восемь томов собрания сочинений товарища Андрея Платонова, классика русской литературы двадцатого века. Если честно, я о таком даже не слышала. Ну, Шолохов, ну Твардовский или Фадеев, понятно. А Платонов? Может быть, их сразу туда?

— В библиотеку не возьмут! - Прервал я монолог своей родственницы. Они, к большому сожалению, сейчас сами такие вот собрания списывают.

 В кабинет заглянуло хитрое личико Екатерины. - Дядь Саш, я тебя уже пятнадцать лет знаю. И если ты Платонова хранишь, то это неспроста! Колись! Зачем все эти тома тебе? Я уж точно их читать не стану. Мне семь томов Роулинг осилить бы. А там ещё Толкиен на подходе.

— Катюша, будь добра, принеси любую книгу из собрания или выпусти меня из заточения, я сам выберу.

— Ладно. Затворник. Свобода тебе! Но ненадолго. Идём на кухню пить чай. А потом я за пылесос и тогда…


 

 ***


 

 «И решив скончаться, он лег в кровать и заснул со счастьем равнодушия к жизни» - это из его произведения «Котлован».

«Ты зачем здесь ходишь и существуешь? - спросил один, у которого от изнемождения слабо росла борода. - Я здесь не существую, - произнёс Вощев, стыдясь, что много людей чувствуют сейчас его одного. - Я только думаю здесь».

 - Тоже из «Котлована»? - спросила племянница.

Я кивнул и продолжил: «— Зачем же он был? — Не быть он боялся».

 Чувствуешь, какой красивый, можно сказать, вкусный и неповторимый русский язык? Так писать по-русски не мог никто! Не зря же, до наших дней дошла легенда о том, что вождь всех народов, товарищ Сталин, прочитав его повесть "Впрок", написал на полях:- "Автор — сволочь, но талантливый".

— Ух ты, как интересненько. Найди мне эту повесть, я её постараюсь прочесть, если пойму. Буду нашим, в гимназии, рассказывать. А за что Иосиф Виссарионович так автора приложил?

— Сама почитай. - Я протянул Катюше ксерокопию документа. -Это записка Сталина, предназначенная для редакции журнала "Красная новь". Именно там опубликовали повесть «Впрок». 

— «К сведению редакции «Красная новь». - Читала вслух девушка, - рассказ агента наших врагов, написанный с целью развенчания колхозного движения и опубликованный головотяпами-коммунистами с целью продемонстрировать свою непревзойденную слепоту.

Р.S. Надо бы наказать и автора, и головотяпов так, чтобы наказание пошло им «впрок».

- Ничего, себе! И что после всего этого их не того? Не расстреляли?

— Я знаю, что после этого Андрея Платоновича дружно перестали публиковать. И это несмотря на то, что почти все редакторы и писатели, которые читали повесть, отзывались о ней положительно.

— Дядя. Ты сам-то её читал?

— Конечно. И даже перечитывал.

— Тогда расскажи, на что именно вождь взбеленился?

— Катюша, я ведь не он. Поэтому могу лишь предположить, что хозяину страны не понравилось то, что автор посмел высмеять процесс коллективизации.

— Ну что тут такого? Подумаешь.

— Вам современным, трудно понять ушедшую эпоху. Но всё же постарайся. Суть в том, что Сталин, не без основания, считал себя автором и инициатором этой самой коллективизации.

— А, поняла. Выходит, что Платонов высмеял самого!

— Ну, не совсем так. На подобное в Советском Союзе не мог решиться никто. Просто автор, в своём неповторимом стиле, маленько поиздевался над только что вышедшей статьёй под названием "Головокружение от успехов".

— Понятненько. И что, его после всего этого на Колыму или стразу к стенке? Ведь обозвал же Он писателя - агентом наших врагов!

— Платонов по ночам прислушивался к шуму мотора. Ждал, что за ним вот-вот приедут. Но в Кремле поступили иначе. Хитрее, подлее. Арестовали его пятнадцатилетнего сына.

— Опа-на! Почти что моего ровесника! А его-то за что?

— Ка обычно. Стандартно. Статья 58/10 - «За антисоветскую агитацию».

— А он, что? И правда, агитировал? Да, такого быть не может!

— Скорее всего, Платонов-младший в какой-то, «своей» компании, взял да и брякнул что-то такое, за которое в те далёкие времена можно было и загреметь.

 — Как Варлам Шаламов?

- Примерно. Рад, что ты его знаешь. Хвалю!

— Что, сгинул пацан? Вряд ли выжил. Подросток в лагере.

— Выжил. Отпустили в сорок первом году. Один депутат верховного совета сильно похлопотал.

— И кто же этот смельчак? 

 — Шолохов! Он многие годы дружил с Платоновым. Но парнишка вернулся домой с открытой формой туберкулёза.

— Выходит, его на фронт не взяли, с такой-то болезнью?

— Сын умер в начале сорок третьего года. Отец был рядом с ним - и заразился тоже. Поговаривали, что военный корреспондент газеты «Красная звезда», капитан Андрей Платонов, за фронтовыми ста граммами говорил, что родная власть забрала его сына, но вот творчества у него отнять не в состоянии никто!

 Катюша примолкла. Взяла из моих рук томик автора, полистала. Увидела фото женщины. - Жена? Как они жили? Расскажи, если знаешь.

— К сожалению, племяшка, я этим особо не интересовался. Читал где-то, что любимая девушка Платонова уехала от него в какую-то глухомань. Но Андрей все-таки добился своего. Приезжал к ней почти еженедельно. Молодые поженились, но белая полоса в жизни писателя тут же сменилась на чёрную. 

 Любимые брат и сестра в тот же год скончались от отравления грибами. Кроме этого, свекровь не могла найти общий язык с невесткой. И Андрей Платонович постоянно мучился от того, что никак не может примирить двух любимых им женщин.

— А после войны? Жизнь его, наконец, наладилась? Издавать стали?- Екатерина листала один том за другим, стараясь отыскать даты послевоенной публикации.

— После окончания войны капитана Платонова демобилизовали по болезни. Я тебе уже говорил, чахотка - болезнь заразная. Платонов написал рассказ «Семья Иванова». Его напечатали. Ты можешь отыскать его в томике, но под названием «Возвращение». И всё началось по новой. Литературные критики яростно обвиняли его в клевете на воинов-победителей! Понятное дело, что после этого на литературе можно было поставить жирный крест. Пришлось писателю переквалифицироваться. Он стал собирать и перерабатывать народные сказки. Читал их своей дочке Машеньке. Кстати, по мотивам его «сказочных трудов» через двадцать лет после его смерти наши мультипликаторы сняли серию великолепных мультиков.

— Так, дядь Саш. Это всё я забираю в свою комнату.- Племяшка в два этапа перенесла собрание сочинений в своё лежбище. – Да, и ещё вот что.- Она протянула мне планшет, на экране которого мерцали буквы: «Забыл сказать: очень хороший язык» - Максим Горький об Андрее Платоновиче Платонове.

 

 

 

 

 

 

Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал