Один раз я сделал эксперимент. Я в 35 примерно лет случайно оказался в той школе в городе Челябинске, где учился до конца седьмого класса.
Так как меня никто, естественно, узнать не мог, я взял у дружка-оператора камеру на местном телевидении и, представившись корреспондентом центрального телевидения, брал у своих бывших учителей интервью.
Ровно половине из них я сказал: «Андрей Орлов, лауреат Нобелевской премии, той, что вот сейчас будет вручаться, который изобрел излечение от всех болезней, — он учился у вас в школе, помните ли вы его». Глаза учителей светлели, они говорили: «Этот мальчик, он всегда вот как-то и смотрел по-другому… Когда он впервые появился в нашем классе…» В общем, они мне рассказывали такие детали — про чудесного отца, в которого был я, про маму. То есть это было… Я как корреспондент плакал. Я думал, что я плачу от радости, гордости за страну, которая вырастила такого человека.
Это пять учителей я так опросил.
А следующим пяти учителям я задавал такой вопрос. «Андрей Орлов, бывший ваш ученик. Изнасиловал в лесополосе города Калуги двадцать восемь семилетних детей. Шесть из них съел. Девять расчленил». «Этого мальчика мы помним хорошо, — говорили мне эти учителя. — Его гадкий взгляд с первого же момента, как он вошел в класс…» Они вспоминали истории, как я списывал.
И самое смешное, что и те, и другие говорили чистую правду. Просто правда у нас часто звучит именно та, которую от нас ждут. И соответствующая ситуации. |