Честное пионерское

17 дней Олимпиады

24 февраля 2014 21:00
На протяжении всей Олимпиады мы рассказывали об Играх в Сочи, начиная с церемонии открытия и заканчивая прощальной слезой белого мишки. Спортсмены, медали, травмы, победы и поражения, болельщики и президенты - много было героев, немало тем - спортивных и не только. Как мы сыграли эти Игры - в постолимпийском обзоре колонок наших авторов - Андрея Колесникова, Николая Фохта, Александра Зильберта и Андрея Орлова.
За день до начала Игр в Сочи поднимают флаг сборной России. Спецкор Ъ Bosco sport и главный редактор "РП" Андрей Колесников "Перед свершившимся флагом" констатирует, что отступать теперь совсем некуда. Впереди - 17 дней Олимпиады:

"Владимира Путина, когда он приехал на церемонию поднятия флага, встретила мэр прибрежной Олимпийской деревни Елена Исинбаева. Лицо ее светилось отрепетированной мерой счастья (по протоколу МОК мэр деревни должен быть жизнерадостным человеком и внушать постоянный оптимизм окружающим, а в данный момент Елену Исинбаеву со всех сторон окружал один Владимир Путин)."

Обозреватель "РП" Николай Фохт на протяжении всех Игр освещал Олимпиаду из Москвы и, провожая делегации, испытал "Страх и зависть на Казанском вокзале":

"И я очень хотел проводить этот поезд, может быть, даже напеть "Прощание славянки", обнять проводницу, напутствовать хотя бы один вагон. Так уж складывается жизнь: кому в Сочи и непосредственно, а кому в Белокаменной и по телику."

7 февраля на стадионе "Фишт" прошла церемония открытия Олимпийских игр. Андрей Колесников в подробностях рассказал о "Главной ночи в Сочи": как готовился к открытию Константин Эрнст и его команда:

"До последнего момента Константин Эрнст боролся за минуту молчания на стадионе. У каждого зрителя на кресле должен был оказаться пакет с фотографией погибшего на Великой Отечественной войне человека. Это были сорок тысяч людей. С фамилиями и именами, с датой рождения и смерти. Ведущий объявлял минуту молчания, зрители поднимали эти фотографии. Минута молчания на олимпийском стадионе. МОК не пошел на это."

Николай Фохт тем временем понял, что для домашнего телепросмотра Игр требуются чрезвычайно крепкие нервы. И не дожидаясь, когда московские власти установят где-то большие экраны, был готов выйти на площадь со своим телевизором и "Плазменным физкультприветом":

"Внезапно пришла плохая новость: московский livesite, где всем уже хотелось поболеть сообща, бок о бок с такими же, как ты, москвичами и гостями столицы у самой Останкинской башни, не откроется. Обещали еще на Патриарших экран. Если, оговорились, не получится, поставим маленькие плазмы. Ребята, да ладно! Если надо, свои телики возьмем под мышку — и на площадь. Любую, московскую, мою."

Корреспондент Ъ Bosco sport и "РП" Александр Зильберт утро в день открытия Игр провел на знаменитой Сочинской набережной — пообщался с рыбаками, рыбами и моржами. "Безрыбный день" выдался:

"На фоне этого шумного праздника как-то совсем уныло выглядят немногочисленные рыбаки, восседающие на пирсах-жердочках. Причина их угрюмости — на поверхности. Точнее — на глубине. Не клюет."



Постоянный автор "РП", поэт Андрей Орлов на открытии Олимпийских Игр в Сочи в параде на стадионе не участвовал, но с трибуны рассмотрел даже больше. Первая глава Олимпийской поэзии от Орлуши:

Провозгласив: "О спорт, ты — мир!" 

Мы спорта ждать уже устали. 

Скорей уже на пьедестале 

Пусть наши выше всех стоят! 

Вперёд, Россия! Водка — яд! 

Уже кричать болельщик хочет 

Кричалки, что припас для Сочи.

Андрей Колесников разыскал конькобежца Ивана Скобрева после того, как тот занял седьмое место на дистанции 5000 м и сумел передать "Скорбь Скобрева" в своей заметке:

— Правда, хотел с сыном подняться на пьедестал?

— Хотел,— сказал Скобрев.— Очень хотел. Но для этого должен быть пьедестал. А так — некуда подниматься.

На третий день Олимпиады Николай Фохт попробовал слушать Олимпиаду по радио. За это он был оштрафован, придавлен олимпийскими кругляшами и низвергнут в ад. Одним словом, "Радио проклято" теперь навсегда Николаем Фохтом:

"Глотнув горячего кофе, я прыгнул в машину и помчался на другой конец города. Радио не уставало сообщать о наших неудачах — теперь Шипулин смазал последний выстрел и не выиграл. Да будь проклято это радио!"

Александр Зильберт на третий день добрался до Имеретинской долины, где есть не только Олимпийская деревня, олимпийский город для журналистов, но и почта. Там и состоялся его "Штемпельский аккорд":

— Да, девушка, она должна быть золотая.

— Тогда нет,— отрезала девушка.

— Коля, нету тут нашей марки,— упавшим голосом доложил мужчина в трубку.

— Но завтра, может, подвезут,— спокойно обнадежила девушка.

— Да не кричите вы! — проорал мужчина. То ли в трубку, то ли девушке, то ли самому себе. Обычно так ведут себя люди, чья ставка, сделанная на последние деньги, только что не сыграла в казино.

Андрей Орлов, рассказывая о старой олимпийской традиции, "Махнул не глядя" свой костюм Bosco:

Чем занимаются спортсмены

После своей спортивной смены 

Или упорной тренировки? 

Они своей экипировкой 

Меняются, как дикий зверь.



Андрей Колесников после завершения командных соревнований в фигурном катании встретился с олимпийским чемпионом Сочи Евгением Плющенко, который "Усилием боли" рассказал, какими были несколько месяцев перед Олимпийскими играми после операции; как заново учился ходить; как несколько раз бросал все и уходил; и почему не ушел. И как снова стал олимпийским чемпионом. Тогда он еще планировал участвовать в личных соревнованиях:

— Так ты что же, и правда будешь теперь еще и в личном первенстве выступать? — спросил я.— Когда решил?

— Вчера ночью,— сказал он.— Я ничего от этого не теряю, я только приобретаю теперь... Всем недоброжелателям, а их было очень много перед Олимпиадой, и в интернете, и в жизни... очень много,— я все доказал. Я двукратный олимпийский чемпион, у меня два олимпийских серебра. Конечно, я буду выступать на этой Олимпиаде и дальше.

Николай Фохт, продолжая эксперименты болельщика, решил смотреть Олимпиаду сердцем и установил "Адриналиновый локатор". Сердце затрепыхалось, но выдержало:

"Пик пульса, 85, во время проката Юлии Липницкой. И вроде не о чем волноваться — мы уже первые. А все равно. Сердце колошматит от радости. Вот все говорят, что девочка без нервов."

Александр Зильберт на пятый день Олимпиады добрался до горного кластера, поднялся на горные олимпийские объекты и встретился с "Царем пушек":

— Ну и все ли готово к залпам? — интересуюсь у Солдатенкова.— Сможем в случае чего вдарить из всех орудий?

— Не, во время Олимпиады пылить (так на профессиональном жаргоне называется процесс оснежения.— А. З.) не будем,— заверил Вячеслав и, оценив мой озадаченный вид, добавил:— Смысла нет. Для чего мы так долго и тщательно трассы готовили? Для того, чтобы они ни при каких погодных обстоятельствах не теряли своих лучших качеств долгое время. На срок Игр запаса точно хватит. Возможно, попылим еще немного перед Паралимпиадой, подрихтуем, причесочку горе подправим. А сейчас проблем нет и не будет.

После того, как Виктор Ан выиграл свою первую в Сочи медаль - бронзу  на полутора тысячах метров - Андрей Колесников встретился с "Конькобеженцем" и понял, почему король шорт-трека никогда не вернется на родину:

— Я же за Россию выступаю. Я буду жить здесь всегда.

— Он же за Россию выступает,— добавил и Кравцов (президент Союза конькобежцев России - ruspioner.ru).— И кем бы он там был, если бы решил вернуться?

— Просто богом,— сказал я.

— Трудно быть богом,— ответил Алексей Кравцов.



Испробовав почти все способы болеть на расстоянии, Николай Фохт  посмотрел Олимпиаду глазами таксиста Гочи и туристов из Португалии. "Говорим и показываем Москву":

"Таксист — последнее пристанище репортеров. Таксист посылается судьбой в самый походящий момент и рассказывает всю подноготную. Иногда нужный таксист появляется, когда его совсем не ждешь, и сообщает сведения, которые ты не просил."

Андрей Орлов солидарен с Николаем Фохтом. Он тоже узнавал новости от таксистов - только от сочинских:

Ответят, хоть кого спроси, 

Что главным СМИ Олимпиады

У нас — армянское такси.

Армяне в Сочи, как известно, 

С трёх лет обычно за рулём, 

Здесь нету их местнее местных, 

Они тут знают обо всём. 


Александр Зильберт побывал на громадном американском лайнере в порту Сочи, а ощущение, судя по его "Корабельной песне", что побывал в Соединенных штатах. 

"В атриуме пианист для горстки слушателей жалобно тянет "All By Myself Jamie O'Neal", аккомпанируя себе на рояле. Роль традиционного концертного фрака у него, конечно же, выполняет жилетка от Bosco."

Легендарный саночник Альберт Демченко рассказал Андрею Колесникову, о чем спортсмены обычно молчат: о конфликте не только со своей дочерью Викой (вызванном на самом деле благородством Демченко), но и о "Санном споре" с Международной федерацией санного спорта (вызванном другими причинами). И о том, кто, кого и как контролирует:

— Смотрите,— сказал Демченко.— Немцы взяли и увеличили здесь для себя количество тренировочных заездов вдвое. Вдвое! Такого никогда ни у кого не было. А они затребовали и получили разрешение федерации. Международная федерация — это гегемония немцев. Я на себя сейчас повод для приличного наезда с их стороны даю, ну и ладно.

Переживая проигрыши женской сборной по биатлону в первой половине Игр, Николай Фохт решил, что "Время браться за дротики":

"Метрдотель поняла мое настроение и дала еще один дротик. Так как надежды на пьедестал у Вилухиной больше не было, я недрогнувшей рукой направил снаряд в восьмерку. Мы грустно переглянулись. Я отправился доедать цыпленка."

Андрей Орлов в ожидании новых побед в Сочи предложил свой, олимпийский, вариант известной песни. Получилось "Олимпийское караоке":

Мы вам честно сказать хотим,

Были планы, что всех тут победим, 

А нам спортсмены разбивают сердца,

От них мучения нам без конца.

Александр Зильберт побывал за кулисами у мировой знаменитости, развлекающей олимпийских болельщиков - робота Титана. И поразился его "Титаническому труду":

"Привезти робота в Россию было действительно непросто — все-таки полтонны весит вместе с оборудованием. К тому же заказы на него принимаются минимум за полгода, а наша сторона отправила заявку лишь за два месяца. Но повезло — Титанов, как в свое время "Ласковых маев", существует целых пять штук."

В тот день, когда Евгений Плющенко снялся с соревнований, Андрей Колесников встретился с ним возле раздевалки спортсменов, когда он шел к врачу.

— Видел, как американец упал?

— Да, он молодец, поднялся.

Он еще немного помолчал и добавил:

— А мне Господь, видимо, сказал: «Все, Женя, хватит».

Как уже неоднократно упоминалось, смотреть Олимпиаду издали - никаких нервов не хватит. Вот так и вышло, что Николай Фохт  не выдержал и улетел все-таки в столицу зимних Игр. В итоге увидел Сочи и промолчал:

"Первые шаги на сочинской земле ошеломили солнцем. Будет жарко, пронеслось в голове. Но времени в обрез, надо очень многое успеть. Разумеется, первое, чего хотелось,— увидеть, как тут болеют."

Общительный Андрей Орлов в очередной главе олимппоэзии рассказал, как сочинцы готовы прийти на помощь иностранным туристам, несмотря на языковой барьер:

Я видел, как толпа испанца

Вела по городу в ночи, 

Чтоб показать, где лучше танцы,

Крича друг другу: "Помолчи!" 

— Какая на фиг "Балалайка"! 

— Я знаю, где крутой танцпол! 

— Кто знает инглиш? Помогай-ка! 

— Ю вонт ту данс виз Сочи гёрл?

Ближе к середине Олимпиады президент России Владимир Путин посетил в Олимпийском парке Американский и Канадский дома. Андрей Колесников рассказал, почему канадцы в конце концов начали по-русски скандировать "Рос-си-я!", "Рос-си-я!", а "Америка взяла вино на себя":

"Господину Путину предложили вина. Он согласился на красное. Все остальные, то есть еще человек пять сидевших за столом, тоже выбрали красное. Президент НОК США заявил, что у американцев так принято: все пьют то же, что и глава государства."



Николай Фохт тщетно пытался своим присутствием помочь российской команде выйти в лидеры. В День всех влюбленных спецкор "Русского пионера" поучаствовал в грустном клипе лыжников на песню о том, что "Нет любви":

"А ближе к ночи на Сочи обрушилась новость про Плющенко. В голову пришла вообще крамольная мысль: это перелом, в широком и плохом смысле. Оправимся ли мы, вся наша команда и все наши болельщики, от этой истории? Чтобы не усугублять, я никому не сообщил своего мнения на этот счет. Да и никто меня не спрашивал."

Александр Зильберт отстоял километровую очередь в Дом болельщиков олимпийской команды России, прошел все зоны, прыгнул с трамплина, стрелял из винтовки и обменял значок на интервью. Одним словом, испытал на себе все хитрости "Перетягивания фаната":

"Что же такого находится на этих 2700 квадратных метрах, что так манит туда и болельщиков, и Марию Шарапову, и Фабио Капелло, и князя Монако Альбера II, и даже Владимира Владимировича Путина?"

Андрей Орлов очередную главу своей олимппоэзии
посвятил сочинскому гостеприимству и нашел среди местных жителей "Полномочного посла России", которому бы стоило доверить заботу об имидже страны.

Он был наивен, горд и точен, 

Самим собой уполномочен

И в сан посла произведён. 

И мне понятно было: он

В грязь местным ликом не ударит —

Ведь он не хлеб и мясо дарит 

Гостям, чужим в моей стране, 

А память о тебе и мне.

Андрей Колесников встретился с 24-летней Ольгой Фаткулиной, взявшей серебро в коньках на 500 метрах, и понял, что "Судьба дороже золота":

"Мимо опять куда-то по важным делам (потому что других у них нет) поплыли хоккеисты.

— Хоккеисты! — сказала она.— Одно слово — хоккеисты! Круто быть хоккеистом. Конькобежцем не так круто.

— Но зато вы уже серебро выиграли. Не факт, что они выиграют серебро."

Николай Фохт триумфально вернулся в Москву. И сам был рад, что вернулся в "Зону пониженной курортности": большое олимпийское счастье лучше видно на расстоянии.

"Чтобы не обольщаться и продолжать более или менее трезво смотреть по сторонам, необходимо вернуться именно в Москву. Москва не обманет, Москва сразу поставит на место и укажет, на каком свете ты живешь. В хорошем смысле, конечно же."

В то время, как казачьи войска наблюдали за порядком на Играх, Александр Зильберт понаблюдал за наблюдающими и понял: "Терпи, казак, олимпийцем будешь":

"Казаки в Сочи везде вместе с полицией — на каждом важном транспортом узле, на охране фанзон от Лазаревского до "Розы Хутор"... Служат на профессиональной основе за госсчет, получая жалованье в среднем 25 тыс. руб. в месяц. Без нагаек, без каких-то серьезных полномочий (даже документы они имеют право проверить у человека только в том случае, если он уже совершил какое-то правонарушение). Но нужны."



Андрей Колесников встретился с "Человеком со скелетоном в шкафу", олимпийским чемпионом Александром Третьяковым и вместе с ним, сам не желая того, развенчал по крайней мере четыре скелетонных мифа. Но секреты остались:

"В Bosco-доме в этот вечер принимали и других олимпийских чемпионов — Татьяну Волосожар и Максима Транькова, например. Они окунали в чашу с шампанским золотые медали и потом, загадывая желание, пили это шампанское. Так чашу-то и выпили ведь.

— Какое вы загадали желание? — спросил я у Александра Третьякова.

— Это секрет,— сказал он."

В середине Олимпиады сочинские склоны заволокло туманом. Но сквозь него наши медальные перспективы стали просматриваться только отчетливее, - считал Николай Фохт и не ошибся:

"Это хорошо, что переносят состязания. Нашей команде, безусловно, на руку. Каждый день придает русским спортсменам, биатлонистам в частности, силу и уверенность. Наша земля работает на нас — горы, море, неважно. Если бы Олимпийские игры шли не пару недель, а, например, год, выиграли бы медальный зачет."

Только когда Олимпиада прошла экватор, Андрей Орлов наконец-то высказался за здоровый образ жизни!

Такое слышишь — даже жалко,

Что спорт обычно «из-под палки» 

Для наших пацанов.

Для них в компьютере стрелялка 

Важней, чем лыжи или палка. 

Машина папина с мигалкой… 

Сюжет для нас не нов.

Андрей Колесников наблюдал за масс-стартом в биатлонной гонке на 15 километров вместе с самым закрытым на этих Играх президентом национальной федерации — с Михаилом Прохоровым,— и в конце концов  расставил все "Знаки запинания" и согласился с Прохоровым, что сам бежать за наших биатлонистов бизнесмен не может:

— Нужно, чтоб все мазанули, а наши все попали,— сформулировал наконец Михаил Прохоров национальную идею.

В последние дни Олимпийских игр Александр Зильберт покинул свой сочинский пост ради путешествия в мандариновый рай и выяснил, следят ли за Олимпиадой в "Гаграх-2014":

— А вы почему трансляцию не смотрите? — обращаюсь к женщине-повару.— Все равно ж работы нет.

— Нервов никаких уже нет! Всю ночь потом не спишь, ворочаешься.

— То есть болеете?

— Ой, болею! За всех наших болею!

— Это за кого?

— За СССР! — с достоинством произнесла она.



Андрей Орлов болел на биатлоне громче, чем на хоккее, и не только за наших спортсменов. И туман был ему не помеха:

Тут ходят в настроенье хмуром

Болельщики из разных стран. 

"Лауру" вдруг накрыл туман, 

В двух метрах ёлки не видны, 

Все старты перенесены. 


Серебряный призер Игр, сноубордист Николай Олюнин признался Андрею Колесникову, что на сноуборде он чувствует себя гораздо лучше, чем на ногах, и боится в жизни только плохого результата на склоне:

— А что, вообще нет страха? Когда на старт выходите, он есть?

— Нет. Это что значит: что я выхожу и боюсь прыгнуть?! Что за дела? Нет страха.

Александр Зильберт побывал в "Лондоне", поднялся до "Облаков" и завершил поход в "Лентяе", тем самым выполнив программу "Обязательных танцев". Из увиденного там он вынес твердое убеждение в том, что Сочи даже еще более готов к Олимпиаде, чем ему думалось до сих пор. И если кто-то это пытается отрицать, то это лишь говорит о том, что он сам не готов к Сочи:

"Охрана клуба усилена в два раза и проинструктирована: "С нашими построже, с не нашими помягче". В некоторых вещах "помягче" распространяется на всех: так, в "Облака" сейчас разрешили вход даже в спортивной одежде и обуви. Иногда наши и не наши объединяются, и тогда "помягче" тоже распространяется на всех."

Андрей Орлов не обошел вниманием и сочинскую полицию и посвятил ей очередную главу олимпийской поэзии. Зря боялся, что называется:

Все думали, что всюду — шмон, 

Проверка паспортов, ОМОН, 

"Сюда — нельзя!" 
"Нельзя туда!" 

И остальная ерунда.
Теперь, как гордый гость Кавказа, 

Я заявляю, что ни разу 

Меня никто не задержал...



Андрей Колесников встретился с хоккеистами сборной России сначала перед четвертьфиналом со сборной Финляндии, а потом после него. И понял, что "Легенда-2014" не состоялась:

"Я вспомнил, как этот Тарасов в «Легенде №17» кричал Валерию Харламову, который согнулся под градом шайб, летящих в него: «Защищай ворота! Всем телом защищай! Как детей бы своих защищал! Как родину защищай!» Вот что надо было крикнуть им сейчас. И они могли услышать, потому что сидели мы прямо за скамейкой запасных."

Поражение хоккейной сборной России всех очень удивило. Не потому, что никто не догадывался, как малы ее шансы. Что выиграть сборная может только чудом, ее поклонники не понимать не могли. Но они верили в чудо — и очень удивились, когда его не произошло. Не был исключением и Николай Фохт, который тоже уповал на чудо:

"Какими бы благообразными ни были наши спортсмены, какими бы православными и духовными, какими бы патриотичными и лояльными, слава как раз Богу, тут все решают другие вещи. Случайности, удачные или нет, бывают — не бывает чудес. Особенно, когда их так нагло, беспардонно выпрашивают во всех компетентных в этих вопросах инстанциях."

Андрей Орлов о поражении сборной России по хоккею. И о том, что поражения могут быть разными. И речь не о счете на табло:

Идёт вовсю зачёт медалей,

Мы кое-где напобеждали 

(Ну, биатлон — не в счёт),

Мы много в чём других сильнее, 

Но тут заметить я посмею, 

Что как-то вяло без хоккея 

Тут, в Сочи, жизнь течёт.

Андрей Колесников стал свидетелем битвы фигуристок, развернувшейся не только на льду «Айсберга», а и в раздевалках спортсменок, и в коридорах подтрибунных помещений, и перед выходом на лед. Битва закончилась победой Аделины Сотниковой и этим репортажем:

— Понимаете,— сказала Юля,— я хочу отдохнуть. Я проиграла не потому, что на меня было какое-то давление извне. Не потому, что про меня писать стали много… Я проиграла не потому, что травмы какие-то мешали… Я просто очень устала. Я проиграла, потому что устала.

Наблюдать за победами прекрасно. Но еще прекраснее быть к ним причастным. Хоть чуть-чуть. Николай Фохт решил выяснить, что у него общего с олимпийцами. Оказалось, немало:

"К победам примазаться сам бог велел. Вот выиграл человек Олимпийские игры, а ты вдруг чудесным образом вспоминаешь, что видел чемпиона в московском гастрономе. В одной очереди стояли."

В последний день Олимпиады Андрей Колесников объехал Сочи и обошел Олимпийский парк, чтобы понять: а есть ли праздник? И убедился: есть - "Игры сыграны на все сто":

"И не знали еще, что в самом конце церемонии, на которую они пришли, белого мишку, так похожего на того, 34-летней давности, под лапу легонько стукнет подбежавший леопард и покажет в сочинское небо. И мишка тоже посмотрит вверх. До сих пор он ищет там папу."

Все статьи автора Читать все
       
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (1)

  • Tatiana Chertova
    25.02.2014 14:35 Tatiana Chertova
    Прекрасное освещение Олимпиады. Интересные статьи. Особенно психологически тонкая, филигранная работа Андрея Колесникова. Браво!
Статьи по теме
Классный журнал