Мы часто повторяем себе, что жизнь одна и надо прожить ее так… Прожить действительно надо, и хорошо бы умудриться сделать это с наименьшими потерями не только для себя, но и для окружающих. Но я не об этом. Я о том, что когда живешь в большом городе, а именно это и происходит с нами все чаще и чаще, жизней у нас несколько. И самое грустное, что ты никогда не знаешь, сколько их у тебя осталось. Хотя бы поэтому хотя бы иногда нужно жить здесь и сейчас, а об остальном думать завтра.
Недавно я спустилась в метро. Опаздывала на встречу и по всем показателям могла успеть, лишь спрятавшись в подземке. Нет, ничего страшного не произошло, как не происходит с теми, кто ездит в метро каждый день, как не произошло со мной, когда я ездила в метро каждый день. Но все это время, пока я пересекала параллельные миры от «Курской» до «Менделеевской», меня не покидало ощущение, что я играю в тетрис. Уровень был не сложный, и я не сомневалась, что дойду до конца. Но даже это забавное занятие требовало концентрации первобытных усилий: держи сумку крепче, не торопись на эскалаторе, отойди от мужчины с безумными глазами, не пытайся попасть в переполненный вагон.
На дороге еще хуже: ты никогда не знаешь, что ожидает тебя за тем поворотом, выездом, эстакадой. Тебе кажется, что ты защищен сомнительным пластиком салона, но это так глупо. И это ты тоже знаешь. И все равно едешь, как будто там за поворотом и ожидает тебя счастье.
Подъезды, самолеты, пожары, бандиты, сосульки в конце концов.
Вы никогда не задумывались о том, сколько жизней выдал вам бесплатно или, может быть, в кредит этот город? И сколько из них вы уже потратили? Я задумалась над этим недавно, во время поездки в аэропорт. Вез меня, как водится, таксист. Было ранее утро, и я по привычке села впереди. Меня всегда предупреждали, что не стоит садиться вперед — опаснее во всех отношениях. Но я всегда сажусь впереди. Села и на этот раз.
Таксист не пытался со мной разговаривать, и я спокойно слушала музыку. Мы ехали по Киевскому шоссе. Был мягкий рассвет, самый трогательный, какой может быть по ту сторону МКАДа. Машина двигалась так ровно и однообразно, что я удивилась, обнаружив на спидометре 110. В следующую секунду я увидела, как мы стремительно уходим вправо наперерез другому автомобилю. Я закричала. Я знаю, что мужчины сейчас солидарно подумают, что я должна была хватать руль, а не вопить. Но я не Джеймс Бонд, вы же понимаете. Водитель проснулся, и мы чудом избежали аварии. Хорошо, что я села впереди.
Простая история, ничего особенного. Я просто потратила еще одну жизнь и не знаю, сколько теперь их осталось.
Я не люблю яблоки, но когда я их ем, а это случается нечасто, я понимаю, что ценить надо каждую минуту. Наверное, все дело в том, что у яблок такой особенный вкус. Божественный. Ценить что-то вообще сложно, а уж абстрактные минуты тем более. Но это совсем не повод обесценивать происходящее, а именно так мы поступаем чаще всего. И я пойду в своем морализаторстве до конца, если скажу, что меньше всего мы, как это ни странно, ценим тех, кто с нами всегда рядом, наших родных и близких. У которых тоже есть в этом городе несколько жизней, и они не знают, сколько их осталось.
Я тоже не люблю яблоки, ем иногда и каждый раз по новому узнаю их вкус:)
У Вас очень тонко развито чувство ,как бы это точнее сказать,? Грани. Вы как будто ощущаете это маленькое невидимое пространство между плюсом и минусом, В каждую минуту с нами может произойти что то: и хорошее и плохое. Повседневная жизнь притупляет это ощущение, но иногда рецепторы обнажаются.
По-моему, так будет всегда.
Ценить начинаешь, когда теряешь или почти теряешь. Только когда все на грани.
Но без этого никак.Это как учиться на чужих ошибках. Неинтересно же.
Свои синяки надо набить.
Бывают и моменты, когда совсем жить не хочется, только причины разные: кто-то родного человека потерял, а кто-то работу. В сравнении все рассматривать,наверное, надо.
Видеть смыслы каждой ситуации, которые нам даются.
А то живем в экзистенциальном вакууме.
Светлана Гусельникова. 27.05.10 / 13:40 девять жизней
Живу в Березниках Пермский край, была в командировке в Москве. Вечер, осень, шла возле Гос. думы и упала сосулька прямо за моей спиной, но я была задумчива и настроение было чуть-чуть романтическое ... два молодых человека шли навстречу и один другому: "Повезло" и до меня дошло так ведь это обо мне. Сначала было холодно, потом жарко, потом жизнь как кинопленка, а потом я поняла, что все бывшие грехи прощены и смешно было бы умереть от сосульки в Москве, возле Госдумы, осенью, вечером...
Я чего-то пропустил, вот ведь незадача какая! Я все время что-то пропускаю.
Оказалось, что Россию контролирует народ, а не президент с премьером, представляете?
Мать его ети, народ! Мать и отец, его ети!
Это мы на встрече в Копенгагене заявили. Датским журналистам. Они тут пытались нас спросить: кто же контролирует ситуацию, а им так прямо и заявили - народ!
После этого душой должно овладеть только одно желание: вырваться побыстрей из тела. Вот она - наша принадлежность нового мира! Она останется нам навсегда! Вот они, порывы, воздвигающие дух, когда на нас со всех сторон наступает стяжательство и похоть!
Я только с самого начала удивился этому внезапно свалившемуся на меня положению, а потом я подумал, что и действительно - ничего они не решают. Они совсем не тем заняты.
А решают милиция, суды, ОМОН, а еще эта размножающаяся, расползающаяся армия чиновников. А кто они такие, как не настоящий народ?!! А?!!
Есть, правда, еще и народ не настоящий, который является как раз той самой стороной, создающей ситуацию, нуждающуюся в постоянном контроле, но, слава Всевышнему, количество этого народа все время уменьшается и повсеместно тает, а количество того народа, что тут все контролирует, вплоть до количества вздохов в единицу времени, все время растет. Этакое перетекание, наблюдается, народа из неправильного в очень правильный.
И души наши меркантильные от всего этого немедленно очищаются, и возникает сама собой музыка - только тупой ее не слышит; музыка - наш основной хранитель и спаситель. Музыка марша. Она ударяет по нашим задремавшим было чувствам! Резкий, волнующий, разрывающий звон - просто ужас для барабанных перепонок, погрязших в собственном эгоизме.
Лично меня все это повергает в немеющее безмолвие своей глубокой мудростью.