Классный журнал

Дарья Белоусова Дарья
Белоусова

Три желания на Патриарших

08 декабря 2019 07:18
Актриса Дарья Белоусова увлеченно вспоминает, как когда-то загадывала желания на скамейке, примерно там, где начинается «Мастер и Маргарита». Потом она разбирается, анализирует, не менее увлеченно, почему какие-то желания сбываются, а какие-то нет. Тут дело, возможно, совсем не в мистике, а в смелости. Права ли Дарья — читатель может сам проверить, на своих желаниях.


Однажды мы сидели на берегу Патриаршего пруда. Было лето. Вечерний предзакатный свет мягко отражал воду в наши зрачки. Народу почему-то было немного. А может, не все хотели сидеть у самой кромки воды, как мы. И поэтому нам казалось, что его немного. Нас обнимали невысокие родные патриковские дома, а вдалеке, где-то в стороне улицы Красина, возвышалась огромная башня, подсвеченная на современный лад множеством огоньков. И мы сочиняли, что это башня Снежной Королевы и что прямо сейчас в ней там, на самом верху, заточен Кай. Мальчик с ледяным сердцем. Мы сочиняли, разговаривали, а потом стали играть в одну из наших любимых игр, о которой я когда-то вскользь уже упоминала… Игра эта состоит в том, что каждый из нас представляет, что вот прямо сейчас встретил волшебника. Самого настоящего. И вот прямо сейчас этот волшебник спрашивает: три желания. И это единственный шанс попросить все, что ты хочешь, о чем мечтаешь. Мы периодически играли в эту игру. Нам было интересно, как сквозь время наши желания менялись, приобретали конкретность моментов. Через эти желания мы понимали в каждый из периодов своей жизни, кто мы есть. В данной конкретной точке. И тот из наших знакомых, кто оказывался в этой игре впервые, определив три своих желания, был прочитан нами как книга. Потому что по этим желаниям, как по лакмусу, всегда можно отличить доброго от злого, глупого от умного, скупого от щедрого.
 
— Ну, давай, итак, три желания!
 
— Я хочу свою студию, чтобы продавать там разную операторскую технику. Хочу… ммммм… здоровье. Ну и все. Больше ничего.
 
— Марк, — говорю я своему другу, — волшебник появляется один раз. Ты что, упустишь такую возможность и не загадаешь три желания?
 
— Да вот че-то не знаю, чего еще хочу.
 
— Не азартный ты человек, Маркуша.
 
— Ну, давай теперь ты, Польди.
 
— Тэкс… Ну, здоровье и долгую жизнь для себя и всех своих близких хочу — это понятно. Мастерскую хочу — большую, светлую, чтоб рисовать и писать там и одновременно музыку чтоб можно было записывать. А еще… хммм… перемещаться в тело кого угодно на сутки хочу. Ну, чтоб тело оставалось того человека, а я бы могла переселиться внутрь него и почувствовать себя совсем другой, и еще это дает возможность сделать много добра.
 
— Ты имеешь в виду, если переселиться в тело Путина? Ахаха-а-а.
 
— Да нет. Политика ж нас не вдохновляет. В тело Дэна, например. Пойти с утра на работу эту скучную манагерскую в офис. Сделать за него что-то выдающееся. А он такой потом очнется на следующий день будто в другой системе координат, где он герой.
 
— Прикольно. Можно еще налюбоваться его телом, будучи в его теле. И вообще, ощутить, как это, когда у тебя х… Вообще прикольно.
 
— Ну, давай теперь ты, Даш.
 
— Ну… Я тоже хочу здоровье, разум и долгую жизнь себе и своим близким. Без вот этих страшных болезней. Еще, пожалуй, хочу такую любовь, чтоб по всем граням. Чтоб вообще по всем возможным можно было пройти.
 
— Ну ты давай конкретнее мечтай, а то встретишь маньяка. Он тоже по всем граням, но маньяк.
 
— Мда… Ну вот тогда чтоб по всем граням, талантливо, феерично, единственно, но не маньяк.
 
Так мы сидели и курили давным-давно вечером на Патриарших прудах. Многое из того, что мы тогда загадывали, сбылось.
 
А сейчас, спустя время, я думаю о том, почему какие-то наши желания сбываются, а какие-то нет. А какие-то сбываются только тогда, когда ты расхотел. Ты хочешь чего-то страстно, эмоционально, слепо, но забываешь дать вселенной маленькую деталь. Или сама вселенная распоряжается временем по-своему, ведь у вселенной нет времени. Или сильное желание должно пройти самурайский путь: хороший самурай — мертвый самурай! Проще говоря, желание должно умереть и вот только тогда осуществиться. Но есть еще одно наблюдение: если ты хочешь, но легко, играючи, смеясь, успеваешь отрегулировать гормоны и держать их в балансе — тогда тоже да. Получаешь быстрее.
 
Вселенная каждый раз требует от нас быть смелее, конкретнее. А люди… Я думаю о том, почему чаще всего люди (таких было много, кто играл с нами в эту игру) так боятся мечтать о несбыточном, о самом фантастическом. Чаще всего они и не знают, что конкретно они попросили бы у волшебника, появись он перед ними прямо сейчас. Или называют, как под копирку, одинаковые вещи: путешествовать, уйти в отпуск не на месяц, а на три, ну еще денег. Разве это не странно? Разве не странно, что большинство, как в общем хоре, где все одинаково и вовремя должны открывать рты, называют бесконечно одно и то же? И каждое из этого «одно и то же» лишено индивидуального, конкретно твоего сейчас. Ну ясно же, что все не против попутешествовать, ясно же, что много денег — это прикольно, во всяком случае потому, что освобождает голову от необходимости их искать и дает свободу. Но ведь все это не главное в контексте каждого конкретного человека. И очень вообще. И очень скучно, в конце концов. Почти как у Чехова: отчего человек хватает так невысоко? Ведь только наши самые невероятные желания указуют в первую очередь нам самим, кто мы есть. Только они, потаенные, взрывоопасные, ненормальные, раскрывают наше истинное лицо. И это самое прекрасное, что может быть. Честность с собой и со своими желаниями. Итак. Волшебник на пороге. Чего мы ждем?  


Колонка Дарьи Белоусовой опубликована в журнале "Русский пионер" №94Все точки распространения в разделе "Журнальный киоск".
 
Все статьи автора Читать все
       
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (1)

  • Владимир Цивин
    8.12.2019 10:11 Владимир Цивин
    А иначе в сем крае, наверно, никак

    Смотри, как запад разгорелся
    Вечерним заревом лучей,
    Восток померкнувший оделся
    Холодной, сизой чешуей!
    В вражде ль они между собою?
    Иль солнце не одно для них
    И, неподвижною средою
    Деля, не съединяет их?
    Ф.И. Тютчев

    Как чрез трепет утра раннего, тревожа листья ветерок,-
    чуть струится странным странником,
    что сквозь прекрасность рок,-
    грустной розой в праздном хрустале,
    увядал невзрачный рассвет,-
    на усталой предзимней земле, чтоб дневной народился свет.

    Даль была неведомым полна, музыкой рассветною звуча,
    и манила думы глубина, призрачной прозрачностью ключа,-
    но, как чуть просыпается в ночной прохладе зной,
    где горизонт уже зарей горячей ранен,-
    не так ли ведь, ничем еще незамутненный гной,
    вдруг и огонь рождается желаний ранних?

    Всего же через звучанье молчанья, музыки озарений сон,
    и неожиданного ожиданьем, пламень муки уже пленен,-
    что в минуту печали чайной, вдруг из горячего пара возник,
    ощущением случайным, уютной тайной окутанный миг,-
    гонит раз огонь ведь истока, утро светлым ветром с востока,
    и рука замирает рока.

    Но не случайно от тоски такой, что хоть на стену лезь,
    коль уж нечаянно спасет порой, лишь вдруг рождаясь песнь,-
    чтобы что-то росло и цвело, что-то должно гореть,
    чтобы что-то в душе ожило, что-то должно запеть,-
    словно медленный день, деятельным наполненный покоем,
    дорога ведь жизнь тем, чем себя, пусть на время, успокоим.

    Ища в нас окружающем убранстве, себе опоры и ориентиры,-
    раз уж мы странствуем всегда в пространстве,
    самими вымышленного ведь мира,-
    не случайно же различны лишь сновидения,
    во что каждый погружен,-
    как все завораживающие явления, жизнь похожа так на сон.

    Что смысла проблеск в суеверье, иль озаренье на мгновенье,
    забыв, что на заре вечерней, тонуть ему вновь скоро в черне,-
    как утратой утренней зари, разве озабочен,
    вдруг лик Светила воспарив, из бездны ночи,-
    не оттого ли, что воли, увы, не найти на волнах перемен,
    мила нам неволя земли, и пленителен нетленности плен?

    Пусть же печалью без опаски, тревожить можно грудь,
    лишь коль пока тепло и ласка, теснят тоску и грусть,-
    но встретятся вдруг потрясения, дай Боже нам их пережить,
    да будут они во спасение, блажен и разбуженный жить,-
    высоких дум неясный сон, не зря тревожит души,
    хоть то, о чем всем шепчет он, здесь шум житейский глушит.

    Что ярок, улыбчив и мил, чреватый трагическим мир,
    поет и искрится гармония, игрой и искренностью иронии,-
    так, не зная, что напоминает зимы, здесь иные на земле,
    вдруг июнь метелью тополиной, забавляется в тепле,-
    чтоб в ласковую синеву, влюбился лист зеленый,
    так август, осеня листву, окрасит грустью кроны.

    Но, что и всё светлеет под спудом,
    лишь чтобы пасть измученном чудом,-
    пусть тепла печальной радостью, полнится Россия в августе,
    да не зря же растает, краса на листах,-
    словно стая за стаей, скрываясь вдруг в мрак,
    раз иначе в сем крае, наверно, никак.
94 «Русский пионер» №94
(Декабрь ‘2019 — Январь 2019)
Тема: желание
Статьи по теме
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям