Классный журнал

Лиана Давидян Лиана
Давидян

С высоты дыма

21 ноября 2019 15:08
Директор AVRORACLINIC Лиана Давидян рисует в своей колонке апокалиптическую картину — настолько апокалиптическую, что изображаемые ею нервно курят и дымят в неположенных местах. Причем это не вымысел, не фантазия, а быль, в которой автор сыграла самую что ни на есть (возможно) решающую роль.


С наступлением сумерек дышать в помещении стало совершенно невозможно. Сотни курильщиков, выкуривая сигарету за сигаретой, не только нервно преодолевали стресс безмолвного ожидания. Огоньки сигарет в отсутствие света и в очень рано наступившей ноябрьской темноте, по сути, были единственным источником света в стеклянном здании обесточенного аэропорта. Сначала дым поднимался скромными одинокими струйками. Большинство еще пытались вести себя прилично и выходили курить на улицу. Но с прибытием все большего количества не улетающих никуда пассажиров и их провожатых место внутри здания легко можно было потерять, выйдя покурить. Поэтому замечания уже не действовали, да даже и не произносились.
 
Дым причудливо выписывал узоры, поднимаясь на многометровую высоту стеклянного футуристического здания, спроектированного французами, и оттуда величественно взирал на колышущуюся темную массу людей, уже смирившихся с неизвестностью. Крики, вопросы, жалобы и ругательства — все это было днем, пока люди приезжали и отказывались принять реальность. Стратегический объект был абсолютно обесточен. Не садились и не взлетали самолеты, не работали лифты и телефоны, не было связи по служебной рации, да и служащих в поле зрения видно не было. Единственной связью с внешним миром были приезжающие и уезжающие водители. С одним из них в середине дня была передана записка с номером домашнего телефона и просьбой позвонить маме. Ее муж поехал еще утром провожать дочь в аэропорт, и от них уже часов пять не было вестей. Насколько я знаю, он маме позвонил, добрый человек. Еще одним добрым человеком оказался милиционер, который отдал свой стул из кабинета, и мы, сдружившиеся еще при покупке билета пассажиры московского рейса, по очереди сидели на нем. Продвинутые дизайнеры аэропорта не предусмотрели кресла в этом эффектном архитектурном чуде из стекла, мрамора и бетона. Они же не могли и в страшном сне предусмотреть, что мрамор и бетон не спасают от ноябрьского пронизывающего холода, потому что здание не отапливается. А стекло, как много бы его ни было, не пропускает свет, если в пять вечера уже темно.
 
В этой темноте дым в какой-то момент стал самостоятельным действующим лицом. Он завораживал. Разговаривал тихим шепотом. Дурманил и даже успокаивал. Но не тем спокойствием, которое веет от щебетанья птиц или объятий мамы. Это спокойствие шло из глубины дымной туманности, которая искажает время и расстояние. Внушает благоговейный страх перед тем, что скрыто и интригует, лишь слегка приоткрывая завесу.
 
Состояние, в которое впадаешь, сидя часами в замкнутом помещении, полном хмурых замерзающих людей с выражением безысходности и смиренности, подобно трансу. В какой-то момент кажется, что ты наблюдаешь это со стороны. Весь твой радужный предыдущий жизненный опыт не мог подготовить тебя к картине, в которой смешались фотохроники из блокадного Ленинграда и картинки-иллюстрации книг фантастов. Вот рядом на полу разместилось семейство с тюками. Две женщины, явно мать и дочь, деловито разожгли спиртовку, подогрели какую-то кастрюльку и покормили малыша. Чуть поодаль скромные две сестры, стесняясь, распивают из колпачка ликер «Амаретто», который везли в подарок тете в Москву. Спиртное оказалось единственным способом согреться. Увидев мой скукоженный вид, они предложили крышку и мне. Так мы и согревались, выпивая по крышке ликера каждые полчаса. Я даже не помню, ели ли мы что-то. Потому что память избирательна, и выбирает она те моменты, которые считает нужным.
 
Я помню, когда, в очередной раз уступив свой стул, я вышла на холод подышать. Вернувшись из одного холода в почти такой же, я в каком-то отчаянии пробилась сквозь толпу к окнам, выходящим на взлетную полосу. Все было покрыто тьмой. Выпавший накануне снег не задержался и не осветлил землю. Далеко за горизонт простирался мрак. Даже звезд на небе не было. И только у подножия библейской горы виднелись редкие огни. Если меня спросить, испытывала ли я когда-нибудь приступ острейшего одиночества, то это будет именно это мгновение. В толпе сотен практически молчащих людей, взирающей сквозь тонкое покрывало сигаретного дыма в бесконечную Вселенную. Дальше, можете верить или нет, произошло следующее.
 
Громко, на весь зал, упершись двумя руками в холодное стекло, я прокричала: «Господи, если ты есть, дай свет!» И тут же все помещение залилось светом.
 
Мужчина, стоявший за мной, схватил меня за плечо и на полном серьезе спросил: «Ты почему раньше молчала?!»
 
Я понимаю, что это было совпадение. Я понимаю, что аварийные службы трудились весь день, восстанавливая электроснабжение. Но это все я поняла потом, а в тот момент казалось, что дым на мгновение открыл портал в параллельный мир. И яркий столп света привлек самолеты, которые стремительно приземлялись в горящую двумя рядами ламп взлетно-посадочную полосу.
 
Часа через полтора мы уже садились в самолет, и по всему салону бурно обсуждали, как какая-то девушка каким-то заклинанием вызвала свет. Я лишь молча улыбалась.
 
С тех пор есть три вещи, которые я не переношу: холод, вкус ликера «Амаретто» и табачный дым.  

Колонка Лианы Давидян опубликована в журнале "Русский пионер" №93Все точки распространения в разделе "Журнальный киоск".
 
Все статьи автора Читать все
     
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал
93 «Русский пионер» №93
(Октябрь ‘2019 — Ноябрь 2019)
Тема: дым
РП-собрание
  • 08.02.2020
    Налево пойдешь — себя потеряешь
    С директором AVRORACLINIC Лианой Давидян не поспоришь: оказаться в Мексике среди кактусов и без ориентиров — то еще удовольствие… Хотя, конечно, удовольствие. Но вот какая штука: надо выбрать. Или искать колею, проложенную кем-то другим, или свернуть и проложить собственную. Лиана свернула. Вроде бы. Сами посудите.
  • 18.01.2020
    Синьерабелла
    Кто-то скажет, что директор AVRORACLINIC Лиана Давидян написала очень гендерную колонку. Девчачью. Про то, что хочу сама не знаю чего, хочу просто хотеть. Красивая жизнь, Италия, живописный завтрак, лощеный гарсон или как его там — инстаграмная композиция, лакшери фон. Про то, что шампанское побеждает. И знаете, может, эти кто-то будут правы.
  • 10.09.2019
    Внешняя совесть
    В номере про честь не могло не найтись места тем, кто занимается ею по работе, то есть благотворителям. Мария Морозова, генеральный директор Благотворительного фонда Елены и Геннадия Тимченко, расспросила о том, что такое честь, не только себя саму, но и многих людей вокруг себя самой. Так, как будто раньше и не задумывалась, да что же такое эта честь. А так и бывает, когда она все время при тебе.
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям