Классный журнал

Никита Савин Никита
Савин

Порфирий Сидоров

03 июля 2018 10:30
По итогам 5-го сезона Литературного клуба журнала «Русский пионер» редакция выбрала для публикации рассказ Никиты Савина «Порфирий Сидоров».



Регистрация на 6-ой сезон Литклуба


Голуби били копытами в подоконник и орали что-то на своем отвратительном языке. «Сволочи», — подумал Селиванов и попытался задушить себя подушкой. Суицида не вышло, поэтому он освободил от подушки часть головы с правым глазом и огляделся. Часы показывали половину одиннадцатого, бормотал телевизор. На экране какие-то жизнерадостные, размалеванные пожилые женщины бодро что-то рассказывали молодым размалеванным женщинам. Молодые женщины кивали, а какой-то мрачный мужчина средних лет, внешностью напоминавший алкоголика в завязке, виновато уставился в стол перед собой. Публика аплодировала. Селиванов сел и начал озираться в поисках пульта.
 
Зазвонил телефон. Сегодня Селиванову мог звонить только один человек — главный редактор телеканала «За гранью неизвестного» Жуков. Это он и был.
 
— Игорь, есть задание! — как обычно, без приветствия начал Жуков голосом артиллерийского полковника. — Нашел замечательного человека. Порфирий Сидоров. Говорит, что вчера видел летающую тарелку в парке. Говорит, что долго ее выслеживал, а вчера заснял. Говорит, что там в парке временная воронка, в которую какие-то монголы провалились. Нужно срочно делать сюжет. Операторов на место я уже отправил. На тебе Сидоров. Вечером жду в студии.
 
— Э-э-э, — попытался начать диалог Селиванов, но Жуков уже отключился.
 
Этих порфириев сидоровых Селиванов повидал столько, что иногда ему казалось, будто каждый второй житель города — порфирий сидоров. Проявлялись они примерно раз в месяц и немедленно звонили Жукову. Они разоблачали заговоры иллюминатов и примкнувших к ним масонов, находили разбитые космические корабли и подземные города пришельцев, доказывали происхождения человека от метановых медуз Юпитера и так далее, и тому подобное. Они являлись в редакцию, сверкая лысинами, потрясая бородами и затертыми целлофановыми пакетами с доказательствами своих открытий. Они дурно пахли потом, перегаром и бог знает чем еще. Они сидели в приемной, пили кофе, жрали печенье из хрустальной вазы грязными руками, шелестели папиросной бумагой и не смывали за собой в туалете, видимо, боясь нажимать на незнакомые кнопки. И только благодаря им «За гранью неизвестного» был самым популярным каналом в области.
 
Зрителям, очевидно, льстило, что их маленький город в лас­ковой лесной глуши привлекает такое внимание инопланетных цивилизаций и таинственных орденов. Рейтинги канала зашкаливали.
 
Пришла СМС с номером Сидорова. Селиванов позвонил. Ответил Сидоров сразу. Ждал.
 
— Здравствуйте, я корреспондент канала «За гранью неизвестного», мне ваш номер…
 
— Тихо! — перебил Сидоров страшным шепотом. — Это не телефонный разговор. Встретимся в 13:17. Место встречи — кафе «Сундучок». Вы знаете, где это?
 
— Разумеется. Я…
 
— Отлично. Я буду за столиком в углу, справа от входа. Конец связи.
 
«Вот так оно и бывает, — думал Селиванов, бесцельно бродя по квартире, чем он всегда занимался, проснувшись. — Сначала ты подросток с большими глазами и мечтами, а совсем скоро тебе уже за тридцать и нужно ехать брать интервью у очередного сумасшедшего. А сколько их еще будет?»
 
Он думал об этом спокойно, без прежней горечи, почти без обиды. Обижаться было не на кого. Раньше вся жизнь казалась чем-то несправедливым, чем-то абсурдным, чем-то глупым. Чем-то, что нужно исправить. А теперь уже совсем ничем не казалась, она просто была, и была она такой, какой была, и никакой другой не было.
 
Селиванов поехал заранее. Хотелось выпить. Он уже не мог слушать бредни про НЛО на трезвую голову. Сначала они казались даже интересными. Потом — забавными. Теперь Игорь мог, заткнув уши и не глядя на собеседника, в точности воспроизвести его речь слово в слово.
 
Он не стал заходить в кафе, а расположился на веранде. Заказал 200 грамм водки, салат и пельмени. Закурил. До встречи оставался час. 
 
Порфирий явился вовремя. Селиванов уже перебрался за столик у входа — он был в курсе всех психических расстройств своих «клиентов» и знал, что опоздание или невыполнение какой-нибудь идиотской прихоти очередного открывателя Атлантиды может закончиться срывом интервью, а то и дракой. Сидоров вошел в кафе вперед спиной, внимательно рассматривая прохожих, мелькавших в узком просвете двери, — боялся слежки. И цену себе набивал. Потом он сел и повернулся к Селиванову.
 
— Леша?! — Селиванов не поверил глазам.
 
Он узнал Порфирия, который не был никаким Порфирием, а был Лешей Громовым, его одноклассником. Он узнал его в этой бороде, в этом сером, затертом костюме, с этой круглой, нелепой плешью на макушке. Узнал по глазам. Он очень хорошо помнил эти глаза. Он много раз заглядывал в них и пытался понять — кто этот человек и человек ли он вообще.
 
Громов был гением. Сертифицированным. Он научился читать и писать к трем годам, а в пять его стихи опубликовал толстый московский журнал. Он окончил школу в 12 и поступил в университет. Он был звездой, Моцартом от десятка наук. Он учился одновременно на двух факультетах. В 20 он написал огромный роман о Золотой Орде, который стал международным бестселлером. Потом еще один, уже о Венецианской Республике. Слава его была грандиозна и безгранична…
 
А дальше наступила тишина. Громов пропал. Ходили разные слухи. Одни говорили, что Громов ушел в монастырь, другие — что он уехал в Испанию, писать о Реконкисте. Громов пропал с радаров издателей и журналистов. Его искали в России, Европе, Америке. Его искали на вершинах Тибета и среди стай кенгуру австралийских пустошей. Нигде не было Громова. Он стал той самой падающей звездой, которая промелькнула в ночном небе и исчезла навсегда.
 
Услышав свое прежнее имя, Порфирий отшатнулся и чуть не упал вместе со стулом. Потом он несколько раз как-то жалко дернулся, будто собираясь вскочить и убежать, но, видимо, поняв, что это будет совсем уже глупо, выпрямился, положил руки на стол и посмотрел прямо в глаза Селиванову.
 
— Привет, Игорь. Как дела? — спросил он так, как будто они расстались три дня назад.
 
— Да ничего… — промямлил Селиванов, все еще приходя в себя.
 
— Вот и у меня все неплохо, — очень спокойно сказал Леша. — Может, начнем?
 
— Я… Как ты… Откуда… — Селиванов забыл слова.
 
— Из дома. С утра пленку проявлял, вот фотографии принес. Огромное НЛО, прямо над детской площадкой…
 
— Ты же… А книги? А Испания? А…
 
— Прошло, — коротко сказал Громов. — Так вот, ночью я шел по Парку Победы. Выгуливал Рексика, и вдруг смотрю…
 
— Что?! Как прошло?! Куда прошло?! Что прошло?!
 
— Все прошло. Не кричи, пожалуйста.
— Но ты же… ты же гений! Ты же гений! — Селиванову казалось, что он стоит на краю пропасти.
 
— Никакой. Я. Не. Гений. — Громов говорил медленно, произнося каждое слово по отдельности. — Меня зовут Порфирий Сидоров. Я исследователь тайных знаний и древних цивилизаций. Еще я основатель Планетарного Синтетического Института Хронологических Исследований.
 
— ПСИХИ?!
 
— Да, ПСИХИ, — спокойно сказал Громов. — И не надо мне ничего говорить. «Гений» — слово пустое. Это прошло. А вот психи нужны всегда. Так что будь любезен, подбери слюни, включай свою шарманку и слушай про тарелки.
 
Вечером записывали программу. Порфирий Громов пучил глаза в камеру и заговорщицким голосом рассказывал ведущей о летающей тарелке, которая приземлилась в Парке Победы прошлой ночью. Из нее вышли двое инопланетян в скафандрах и взяли пробы грунта. Порфирий видел их сам и даже сделал снимок, который, естественно, получился очень нечетким. Дальше пошли размышления о том, что на месте парка в свое время пропал отряд баскака Баатарчулууна, чтобы через шестьсот лет свалиться на голову ничего не подозревавшим немцам, наступавшим на Сталинград. Все дело было во временной воронке, которая была на том месте, и так далее, и так далее…
 
Жуков был очень доволен записью. Он положил на плечо Селиванову тяжелую руку и, дыша в лицо тяжелым табачным перегаром, нежно пробасил: «Отличная программа, Игорек! Жди премии». Леша-Порфирий Громов-Сидоров ушел быстро. Селиванов выскочил было за ним на крыльцо, но вокруг был только пахучий весенний вечер с лиловым задником заката.  
 
Голуби били копытами в подоконник и орали что-то на своем отвратительном языке. Селиванов открыл правый глаз, вскочил с кровати и заорал вместе с ними. 
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (1)

83 «Русский пионер» №83
(Июнь ‘2018 — Август 2018)
Тема: чемодан
Статьи по теме
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям