Классный журнал

Александр Журбин Александр
Журбин

Компромиссую

16 мая 2018 09:39
Классифицировать и детально разобрать все виды компромиссов — такую, вполне исследовательскую цель поставил автор колонки, композитор Александр Журбин. Но в роли отстраненного классификатора ему явно тесновато: он и личные свои компромиссы подвергнет бескомпромиссному разбору.
Может быть, мы сами не отдаем себе в этом отчета, но компромиссы — неизбежная часть нашей жизни.
 
Мы прибегаем к ним практически ежедневно.
 
 
Торговые компромиссы
 
Самые простые компромиссы в жизни происходят при покупке или продаже. Здесь чаще употребляется простой глагол «торговаться», и высокопарное «идти на компромисс» здесь, казалось бы, ни при чем.
 
Тем не менее в подобных случаях это — синонимы.
 
Когда вы покупаете редиску на рынке, или автомобиль у дилера, или квартиру через агентство, вы всегда торгуетесь.
 
И примерно знаете, на сколько процентов можно опустить цену.
 
Если вам предлагают купить нечто за 1000 (неважно чего), а вы купили за 900, это хорошо. Если за 800 — это очень хорошо. За 750 — вы суперстар!
 
Но если вам предлагают товар за 1000, а вы говорите: давай за… 23, продавец может разнервничаться.
 
То есть в таких сделках все понимают, что есть «границы дозволенного компромисса».
 
В цивилизованном обществе существуют правила — неписаные, но твердые и незыблемые.
 
В цене, которую вам предлагают (или вы предлагаете), всегда заложена возможность для разумного компромисса. Как правило, это до 20 процентов.
 
Так обстоит дело в цивилизованном обществе.
 
Правда, границы между цивилизованным обществом и варварами очень зыбки, размыты.
 
И в любой момент нашей российской действительности (да не только российской… А арабы? А индусы? А китайцы?) вы можете столкнуться с покупателем, который возьмет ваш товар и исчезнет, не заплатив ничего. Или наоборот, продавец возьмет ваши деньги, но ничего вам взамен не отдаст и пропадет вместе с вашей «покупкой».
 
Тогда все разговоры о «разумном компромиссе» становятся неуместными, вместо этого надо кричать «Караул!» или вызывать полицию…
 
Однажды у пирамиды Хеопса в Египте я соблазнился и купил скульптуру, изоб­ражающую сфинкса. Араб просил 100 долларов. Скульптура была большая и красивая, из черного дерева. Мы сошлись на сумме 40. Очень довольный, я забрал свою покупку. Она сломалась уже в номере гостиницы. Выяснилось, что она не из дерева, а из папье-маше. Вот так: не гонялся бы ты, поп, за дешевизной…
 
Конечно, я собираюсь здесь говорить не о торговых компромиссах.
 
Просто для начала я решил показать, что уступки в нашей жизни — вещь достаточно обычная.
 
Мы уступаем — нам уступают.
 
Мы проигрываем — но иногда вдруг неожиданно выигрываем.
 
Мы хотим получить выгоду, но внезапно ее упускаем. А потом вдруг получаем компенсацию «за упущенную выгоду». И тогда понимаем, что все заранее предрешено и Бог все распределяет по справедливости.
 
И не надо торопиться и суетиться.
 
И идти на компромисс надо только в крайнем случае.
 
 
Компромисс в политике
 
Безусловно, политика без компромисса не может существовать.
 
С древнейших времен политики, вожди, цари и прочие властители договаривались между собой. Речь шла о территориях и о драгоценностях (о золоте, например), о полезных ископаемых и о правилах проезда и провоза багажа.
 
Вокруг всех этих понятий всегда шел торг, и наш сегодняшний мир, его границы, его ландшафты, его недра, воды и небеса — все это было разделено нашими далекими предками столетия назад.
 
Дележ происходит и сейчас и, очевидно, будет продолжаться всегда, столько лет, сколько на земле будет жить homo sapiens.
 
И компромиссы всегда — лишь временные решения. Они устраивают нынешние поколения властителей, но приходят следующие поколения и требуют все переделать… И опять все сначала: конфликты, отзывы дипломатов, войны, взрывы, убийства многих тысяч (иногда миллионов) людей.
 
Пока не будет найден новый компромисс. Который будет принят нынешним поколением властителей и тех людей, которые им подчиняются.
 
История человечества — история войн. Причиной войны может быть что угодно: красивая девушка (Троянская война), религиозная рознь (крестовые походы), расовая ненависть (Вторая мировая). В некоторых случаях война заканчивается чьей-то победой и созданием нового государства (американская война между Севером и Югом), в некоторых случаях проигрывают все, но карта мира перекраивается (Первая мировая).
 
В некоторых войнах компромисс возможен, война заканчивается мирным договором (так заканчивались бесконечные войны между Киевским княжеством и Ордой) или воцарением новой королевской династии (так закончилась Война Алой и Белой розы, когда на английский трон сел малоизвестный дворянин Генрих Тюдор).
 
Но бывали случаи, когда компромисс был невозможен и один из противников уничтожался окончательно и навсегда. Пример — нацистская Германия.
 
Хотя навсегда ли? Кто знает…
 
 
Компромисс в творчестве
 
Я думаю, самая интересная область существования компромисса — это художественное творчество.
 
Здесь огромное поле для рассуждений, во всех странах, во всех культурах, во всех искусствах. Каждый человек, занимающийся художеством (в любой области), знает, где находится граница, которую можно переступать, и знает, как бы так уклониться, чтобы к этой границе вообще не приближаться.
 
Кажется, что сказанное относится к странам с авторитарным режимом.
 
Кажется, что подобное отсутствует в свободных западных странах.
 
Но это не совсем так.
 
Художник там, на Западе, действительно свободен.
 
И может делать что хочет.
 
Единственное, с чем он должен считаться, — с рынком, с конъюнктурой на том рынке, куда он собирается выставлять свои произведения.
 
Будь это картины или скульптуры, музыка или стихи, книги, спектакли или фильмы — всюду есть жесткая иерархия, жестокая конкуренция, мафиозная клановость, стена коррумпированных критиков и псевдознатоков, которые не пустят никого со стороны.
 
Помните старый советский фильм «Чужие здесь не ходят»? Это точная формула, как обстоит дело на Западе.
 
Так что художник свободен — но весьма условно.
 
Всегда есть что-то, что эту свободу ограничивает.
 
И заставляет идти на компромисс.
 
Везде.
 
Особенно в России.
 
 
С кем или с чем бывают компромиссы?
 
Серьезные компромиссы могут быть только с одной субстанцией.
 
С собственной совестью.
 
А все остальное — ерунда.
 
Весь вопрос в том, позорный компромисс или нет. Стоило ли идти на компромисс или надо было держаться до конца?
 
Пастернак пошел на компромисс, а Мандельштам — нет. Пастернак понимал, что лучше залечь на дно, уйти в переводы, писать какие угодно лирические стихи, но не лезть в политику, а Мандельштам дерзко и бесшабашно написал стихи про Кремлевского Горца. Кто был прав?
 
Здесь трудно сказать однозначно. На эту тему написаны тысячи страниц, тома исследований.
 
И все-таки сейчас, по прошествии времени, можно сказать, что жизнь Пас­тернака представляется построенной на более верном дискурсе: все-таки он прожил 70 лет (по тем временам вполне прилично), не узнал ужасов ГУЛАГа, «умер в своей постели», как сказал Галич, успел закончить свой огромный роман и ничем себя не запятнал. Ну да, написал несколько строчек о Сталине, типа:
И смех у завалин,
И мысль от сохи,
И Ленин, и Сталин,
И эти стихи.
 
А кто не написал? В этом списке и Мандельштам, и Ахматова, и Твардовский, и Вертинский, и Тарковский — нет им числа.
 
Да, они все пошли на компромисс, это дало им возможность выжить и творить, а после смерти Сталина — забить гвозди в его гроб…
 
Будем ли мы их осуждать?
 
Нет, не будем… Такое было время. И те, кто лез на рожон, как Мандельштам (возможно, не осознавая опасности), подвергли себя тяжелейшим испытаниям, чудовищной смерти и, конечно, ощущением у нас, у потомков, незавершенной жизни, недописанных стихов…
 
Еще одна «поэма о сломанной жизни», еще одна «Повесть о Компромиссе» — жизнь Сергея Прокофьева.
 
Прокофьев был великий композитор, он один из моих любимейших.
 
Но эпоха сыграла с ним злую шутку и переломала ему хребет.
 
Расскажу очень кратко, желающие узнать подробности — поройтесь в интернете или в библиотеке.
 
Короче говоря, Прокофьев после революции оказался за границей и имел там большой успех.
 
Но у него было два очень крупных соперника-соотечественника — Рахманинов и Стравинский…
 
И в середине 30-х, под давлением НКВД, он решает переехать в СССР…
 
Ему было многое обещано, и поначалу все обещания выполнялись.
 
Но он приехал не один, а со своей любимой женой, певицей, испанкой Каролиной Кодина (Линой), и двумя детьми.
 
Вот жена Прокофьева как раз очень не нравилась начальству. И они женили его на другой, на Мире Мендельсон, а Лину посадили в лагерь…
 
То есть он официально был двоеженцем и знал об этом. Это обстоятельство даже имеет специальное название: казус Прокофьева.
 
Тут еще много всяких сочных подробностей, поройтесь, почитайте.
 
Но лишь одно обстоятельство не дает мне покоя.
 
Прокофьев, с тех пор как Лину посадили в лагерь в 1948 году и до самой своей смерти в 1953-м, палец о палец не ударил для ее освобождения, не послал ей посылки, даже не написал письма. Хотя мог бы. Ведь он общался с высшим начальством СССР, получал заказы и разные премии (в частности, Сталинскую премию в 1951 году). Неужели он не мог кому-нибудь шепнуть, спросить «как там моя Лина?», передать посылочку, денег, в конце концов.
 
Но нет, история ничего такого не зафиксировала…
 
Впрочем, Бог его наказал. Все его произведения после 1948 года шедеврами не назовешь. Хотя он был еще совсем молод — 57 лет.
 
Вообще, всем моим коллегам приходилось в те времена идти на компромисс.
 
И я не исключение.
 
И если кто без греха — пусть кинет в меня камень.
 
Да, в комсомольские годы (начало 70-х) я часто сотрудничал с ЦК ВЛКСМ. Они приглашали меня на свои мероприятия, а иногда просили написать что-нибудь… И я не отказывался.
 
И писал. Так я стал автором песен о советско-чехословацкой дружбе, о советско-польской дружбе и о советско-корейской дружбе (естественно, речь идет о Северной Корее). Эти песни были разучены и дружно распевались участниками соответствующих фестивалей.
 
Еще я был президентом клуба советско-болгарской творческой молодежи.
 
И написал когда-то известную песню «Вот это и есть Комсомол!».
 
Покаялся — и стало легче.
 
Стыдно ли мне сейчас за это?
 
Пожалуй, нет. Я никого не сдавал, никого не предавал. Песни были среднего качества, их сейчас никто не помнит. 
 
А комсомольцы расплачивались за это самой твердой валютой на то время — поездками в капстраны. И я побывал благодаря им в те времена в ФРГ, во Франции, на Кипре, в Греции, кажется, еще где-то. Я многое увидел, многое понял.
 
Сами комсомольцы в то время были продвинутые ребята, именно из них потом вышли крупные предприниматели и олигархи…
 
Пожалуй, мне не в чем себя упрекнуть. Я никогда не любил советскую власть, но мой компромисс с ней не был позорным, он был поверхностным и легкомысленным…
 
И тут мы переходим к главной теме моих заметок.
 
 
Моральный компромисс
 
Тут все не так однозначно. И не так просто.
 
Если, идя на компромисс в торговых сделках, вы проигрываете деньги — это не страшно. В дальнейшем проигранные деньги можно вернуть…
 
Если вы идете на творческий компромисс и стараетесь сберечь себя для дальнейшей работы — последующие поколения вас поймут.
 
И, возможно, простят.
 
Но идти на моральный компромисс — это огромная опасность.
 
Если все вокруг узнают, что ты сделал ЭТО: солгал, донес, предал, изменил своим принципам, нарушил то, чему тебя учили родители, — ради карьеры, ради денег, ради получения каких-то материальных благ, наград, даже ради собственной жизни, то твоя репутация будет навеки испорчена и твое имя будет вычеркнуто из списков порядочных людей.
 
Если все узнают, что ты подписывал коллективные письма, что ты откликался на любую просьбу начальства и с радостью лизал задницу каким-то мелким чиновникам, — будь уверен, твое имя будет вычеркнуто из списков Достойных.
 
Если станет ясно, что ты сотрудничал с тайной полицией, что ты предавал, посылал кляузы и наветы, доносил на своих соперников и пытался их уничтожить, — тебе не уйти от позора, это рано или поздно выяснится, и возмездие придет неизбежно.
Начав с маленького компромисса, ты неизбежно приходишь к большому предательству.
 
Наше советское прошлое дает этому множество примеров.
 
Мы знаем сегодня имена тех, кто запятнал свое имя в сталинское время, об этом знают их дети и внуки.
 
И, я уверен, они жалеют об этом.
 
Да, они получили (и получают!) много денег, званий и наград, они жадно наслаждались (и наслаждаются) жизнью.
 
Но настает момент, когда все эти особняки, суперавтомобили, яхты и огромное количество денег теряют всякий смысл.
 
То же относится и к нашему времени.
 
Мы знаем их имена. И знаем их поступки.
 
И знаем, что время придет, и будет возмездие. Так устроена жизнь.
 
Короче, будьте осторожны! Не идите на позорный компромисс! Живите по совести!
 
На самом деле это совсем не сложно.
 
И вашим детям и внукам будет проще смотреть людям в глаза…  
Все статьи автора Читать все
       
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (1)

  • Я есть Грут
    16.05.2018 23:26 Я есть Грут
    Кто по совести живёт,
    Тот в достатке не помрёт.
    И не надо? Как сказать.
    Все икорку любят жрать...
82 «Русский пионер» №82
(Май ‘2018 — Май 2018)
Тема: Компромисс
Статьи по теме
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям
 
Новое