Классный журнал

Андрей Бильжо Андрей
Бильжо

Вечная теплота

13 апреля 2018 12:00
Короткая, но энергичная сага писателя и художника Андрея Бильжо построена на вечной мерзлоте, алмазах, балете и вырезках из «Коммерсанта». Это поучительная история про то, как любовь может растопить любую мерзлоту. Или не может.
Петр был неисправимым романтиком. Походы, песни у костра:
 
«Вечер бродит по лесным дорожкам…
Ты ведь тоже любишь вечера.
Подожди, постой еще немножко,
Посидим с товарищами у костра».
 
Это было его. Нет, портвейн Петр любил тоже. Как без портвейна?! Одно другому совсем не мешало. Я бы даже сказал, органически дополняло.
 
Поэтому, когда Петр Комаров, студент третьего курса Московского строительного института, услышал в апреле 1974 года по радио про всесоюзную ударную комсомольскую стройку БАМ, а по телевизору увидел ансамбль «Самоцветы», задорно поющий:
«Рельсы упрямо режут тайгу,
Дерзко и прямо, в зной и пургу,
Веселей, ребята! Выпало нам
Строить путь железный, 
а короче — БАМ!» —
Петр решил твердо: еду!!!
 
Надо сказать, что Петр Комаров был довольно горячим парнем, несмотря на то что наполовину он был якутом. Правда, на вторую половину, по маме, Петр был евреем.
 
Отец Петра был в Якутской Автономной Республике на ответственной партийной работе, а потом его перевели в Москву курировать алмазную промышленность СССР, где он довольно быстро женился на дочке известного уролога, с которой познакомился на одной из партийно-интеллигентских посиделок. Общая любовь к алмазам между якутским коммунистом и беспартийной и очень красивой еврейкой вызвало, в свою очередь, страстную и стремительную любовь, результатом которой стал быстрый брак, а плодом которой явился Петр, родившийся через девять месяцев.
 
На БАМ Петр уехал сразу после окончания строительного института.
 
«Заводится сердце, сердце волнуется,
Почтовый пакуется груз…
Мой адрес не дом и не улица,
Мой адрес — Советский Союз».
 
 
Москвичка Катя Мухина приехала на БАМ в составе агитбригады. Катя была балериной. Она была первым из четырех лебедей в «Лебедином озере». Катя была стажером в Большом театре.
 
В Тынде было лето. Тепло. Артисты выступали под открытым небом. На открытые спины московских «лебедей» жадно набросились местные комары, жужжание которых придавало музыке Чайковского органичность. Действительно, что за озеро без комаров?
 
Петр влюбился в Катю сразу. Стремительно и страстно. У Кати голова тоже пошла кругом. От всего. От безумной энергетики, закатов, песен, энтузиазма, водки… А что такого? Они были уже не маленькие.
 
Катя отдалась Петру в первый же вечер. Нет, не на шпалах, но рядом с железной дорогой. На мягком мху, под которым была вечная мерзлота. Казалось, бесконечный лед начал стремительно таять от страстного слияния двух тел. И даже жадные до крови комары обалдели, застыли в воздухе, перестали жужжать и забыли о своей функции в природе.
Катя еще не знала популярную частушку, лишенную романтики и патриотизма:
«Там, где раньше тигры ср…ли,
Мы проложим магистрали.
Приезжай ко мне на БАМ,
Я тебе на рельсах дам».
 
Стоит ли говорить, что с БАМа «лебеди» улетали втроем. «Лебедь» Катя осталась.
 
Свадьбу сыграли в Тынде через четыре месяца. Катя была уже с животом. Народу было очень много. Все пели:
«И сквозь туманы, и сквозь года
До океана помчат поезда.
Веселей, ребята! Выпало нам
Строить путь железный, 
а короче — БАМ!»
 
Для любознательных — маленькая справка.
 
Станции, изучающие вечную мерзлоту, называются «мерзлотные». Представляете себе — «мерзлотная станция». И еще опять же для любознательных. Вечная мерзлота занимает 60–65 процентов территории Российской Федерации.
 
Через пять месяцев Катя родила мальчика. Как его назвали? Отгадайте! Ну, конечно, Бам. Бам Петрович Комаров.
 
В 1984 году, после встречи бригад Александра Бондаря и Ивана Варшавского в Балбухте и закладки золотого звена, история всесоюзной ударной комсомольской стройки закончилась. Аббревиатура БАМ для многих означала Брежнев Абманул Молодежь.
 
«Уезжали мы на БАМ
С чемоданом кожаным,
А назад вернулись с БАМа
С хреном отмороженным».
 
Ну, с этим-то у Петра все было нормально. Молодые не хотели ехать в Москву. Отвыкли. И поехали они с маленьким Бамом в город Якутск. Там сохранилась большая квартира отца Петра. И кроме того, в Якутске был театр оперы и балета. Маленьким лебедем Катя уже, конечно, не была, но учить маленьких лебедей могла вполне.
 
В Якутске Петр быстро устроился в строительную контору, которая потом превратилась в строительную компанию, занимающуюся строительством в зоне вечной мерзлоты.
 
Кстати, для любознательных: что объединяет Венецию и Якутск? Объединяют эти два города сваи. Дома в Венеции стоят на сваях, и в Якутске дома тоже стоят на сваях. Только в Венеции на сваях из лиственницы, а в Якутске — из бетона.
 
Катя стала преподавать в балетной школе при театре оперы и балета.
 
Бам рано научился читать. Петр выписывал газету «Коммерсантъ», а Бам вырезал из нее карикатуры про Петровича. И разбирал фразы, которые были написаны в «пузырях». Ему было интересно, что же говорит этот носатый человечек.
 
Потом Бама отдали в английскую спецшколу. Уже в школе он проявил себя как юный бизнесмен. Первоклассникам он продавал льдинки в форме алмазов. При этом Бам честно предупреждал покупателей, что это особенные алмазы, они должны храниться на свежем воздухе. Первоклассники стояли с «алмазами» на улице и не хотели идти в помещение.
 
После школы Бам поступил на экономический факультет Якутского университета и параллельно учебе занялся бизнесом. Он придумал и продавал магнитик на холодильник «Вечная мерзлота». Эти магнитики продавались даже в московских сувенирных магазинах.
 
В Якутске есть институт мерзлотоведения. А я б открыл сегодня институт мерзотоведения. Мне кажется, что эта тема сегодня довольно актуальна. Ну так вот, около этого института стоит памятник мамонту.
 
Но есть в Якутске и музей мамонта, в который очень любил ходить Бам. В детстве ему в этом музее нравились кроме мамонта разные забавные экспонаты. Например, «экскременты мамонта из пещеры Бечан в штате Юта, США. Подарок П.А. Лазареву проф. Л. Агенброда, 1982 г.».
 
Надо сказать, что мамонты в Якутии сохранились очень хорошо и в больших количествах. Где ни копнешь, попадешь на мамонта или на его бивни. В худшем случае — на алмазы. Впрочем, попробуй копни. Ведь вечная мерзлота!
 
А когда Бам занялся бизнесом и в «Коммерсанте» стал не только смотреть карикатуры, но и читать заметки, в музее мамонта он обратил внимание на одну историю. Причем если в тексте поставить по-другому запятые и тире, то он приобретет иной смысл. «Березовский мамонт свалился с крутого берега р. Березовки, сломал бедренную кость. Вокруг раненого зверя собралась стая голодных волков в ожидании его смерти». (Дождались! — Прим. авт.)
 
Вот Бам и занялся бивнями мамонта и алмазами. Бивни мамонта он продавал в Индию, там они пользовались большой популярностью. Дело в том, что в Индии из них делали фигурки, которые надевали на шею мальчикам, вступавшим в зрелый возраст. Ну, с алмазами все понятно.
 
Потом Бам открыл ресторан «У Бама» и магазин «Время собирать драгоценные камни».
 
Все пошло насмарку, когда в 2008 году в США президентом стал Барак Обама.
 
«Обама — чмо, и Бам — тоже», — появились надписи на стенах ресторана и магазина.
 
Надо сказать, что Бам не раз бывал в городе Анкоридже, что на Аляске. (Это когда появились прямые рейсы из Якутска.)
 
Как-то однажды в одном из баров Анкориджа Бам познакомился с невероятно красивой негритянкой, которая оказалась врачом-стоматологом из Майами. И приехала на Аляску в рамках благотворительной программы «Медицинская помощь эскимосам».
 
Бам и Кэт влюбились друг в друга сразу и страстно.
 
Бам был очень интересным мужчиной. Строен, как мама. Волосы у него были черные, как у папы, но волнистые, как у мамы. Глаза чуть раскосые, как у папы, но голубые, как у Кати.
 
Кэт отдалась Баму в тот же вечер.
 
Опустим здесь разные бытовые перипетии. Свадьбу сыграли в Майами через четыре месяца. А через пять месяцев родился черный мальчик, которого назвали Диамонд. С мальчиком сидели родители Бама — Петр и Катя.
 
Кэт была популярным стоматологом, особенно среди мужчин. Мужчины к ней просто ломились. Возможно, они даже испытывали оргазм, когда она залезала к ним в рот своими длинными тонкими пальчиками в перчатках. Не надо было даже обезболивать.
 
Бам открыл свой магазин «Драгоценности Якутии». Каналы доставки были налажены.
 
Вот такие истории. Любви.
 
А сейчас вроде бы вся семья собирается приехать в Якутию.
 
Кэт хочет увидеть диких якутских лошадок, о которых ей рассказывал Бам. Это такие лошадки, которые медленно передвигаются, чтобы сохранить энергию, и которых местные называют «табуретками». Зимой они кормятся травой из-под снега, разгребая его копытами. И еще Кэт хочет увидеть, как в Якутии хранят воду в виде ледяных прозрачных голубых брикетов. Но и почувствовать своей темной кожей, что такое минус 50 градусов.
 
Ну а Бам хочет похвастаться вечной мерзлотой:
«А нам не страшен ни вал девятый,
Ни холод вечной мерзлоты,
Ведь мы ребята, ведь мы ребята
Семидесятой широты!»
Будьте здоровы и держите себя в руках.   
Все статьи автора Читать все
       
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (1)

  • Я есть Грут
    13.04.2018 17:10 Я есть Грут
    Да как же тут можно сдержаться?!
    Когда якуты так резвятся!
    Хочу на мху и возле шпал!
    Чтоб меня милый оседлал!
81 «Русский пионер» №81
(Апрель ‘2018 — Апрель 2018)
Тема: вечная мерзлота
Статьи по теме
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям
 
Новое