Классный журнал

Дмитрий Брейтенбихер Дмитрий
Брейтенбихер

Данил и Ангелина

28 марта 2018 10:00
Дмитрий Брейтенбихер, вице‑президент ВТБ, возобновляет свои упражнения в «Русском пионере». Видно, что делает это с удовольствием. И что старается. И как это идет на пользу тексту! А главное, самому Дмитрию Брейтенбихеру!
Вечерело… Действительно, что может быть более прозаичным, чем «вечерело» в начале. Разве что «Смеркалось»… Осталось только закончить так: «Дима Б., 4 “Б” класс»…
 
Но тут уж ничего не поделаешь — тогда действительно «вечерело». Хотя применительно к Москве, перманентно погруженной в вязкую, гнетущую, бессолнечную мглу, чтобы изобразить сумерки, можно было начать так: Москва, любое время дня. Получаю короткое SMS от Андрея Колесникова: «Дмитрий! Тема следующего номера… Соблазн.))) Напишите! А то перерыв затянулся))».
 
Чувство радостного волнения постепенно скатилось в болезненную тревогу: традиционная боязнь выглядеть в журнале любителем, дилетантом… Банкиром, которого потянуло в писатели, как и многих в наши дни, когда интерес к чтению книг падает, а тяга к их написанию повсеместно растет. Сейчас интернет дает шанс каждому и провоцирует творчество. Недавно был удивлен масштабами национального творческого самовыражения: на сайте stihi.ru зарегистрировано 785 тысяч (!) авторов и 40 миллионов (!!!) произведений. Цифровая эпоха размывает интерес не только к чтению, но и в принципе к чужому мнению, публикации, высказыванию… Поэтому вместо размышлений на заданную тему «Соблазн» я терзался сомнениями: «Кому это вообще будет интересно? Кто будет это читать?»
 
Уничижительное и несерьезное звучание слова «дилетант» размазало композицию творческих метаний до уровня прокрастинации.
 
Однако этот же термин «дилетант», а точнее, его латинское происхождение, изначально обозначавшее человека, получающего радость от того, что он делает, сместило акценты… На чувства, а не на достижения, на субъективные и персональные ощущения, а не на уровень развития навыков… Но одних чувств и ощущений мало, требуется определенное интеллектуальное усилие… Не вымученное, а искреннее. С другой стороны, даже эти сомнения и переживания, недовольство собой также могут представлять собой некие зачатки профессионализма. Во всяком случае, только у профессионалов мне случалось наблюдать постоянные сомнения в собственной компетентности — чего никогда не встретишь у посредственности. Вообще, искренний порыв души иногда важнее профессионального набора искусственных приемов, наконец убедил себя я… Хотя, возможно, гораздо более весомым фактором, положившим конец творческим метаниям, стало второе SMS от Колесникова… Правда, еще более лаконичное: «Ну и?»
 
В этот момент, как всегда, «вечерело», но только теперь уже вечерело за день до даты, когда я должен прислать 4500 знаков в редакцию «Пионера»…
 
Итак. Соблазн. Соблазн… По-моему, так назывался старый фильм с Анджелиной Джоли и Бандерасом, достаточно, кстати, откровенный даже для меня, тогда двадцатилетнего… Но снято красиво. Джоли там, конечно… О чем это я? Не туда. Хотя, говоря о красоте, даже безотносительно фильмов и юношеских ассоциаций, и в литературе, даже классической, именно «красота» несет в себе печать порока и соблазна. Например, у Достоевского, если в описании внешности встречаются эпитеты превосходной степени, очень часто они вступают в диссонанс с душевными качествами и характером героя. Однако, опять же, мысль не новая, и мысль не моя…
 
Может быть, тогда богатство, деньги — это основной катализатор химической природы соблазна? Ведь еще Чехов замечал, что нет и не может быть богатства праведного… А значит, за любыми деньгами стоит порок. Или наоборот, за порочностью всегда проступают деньги, потому что пороки всегда хорошо оплачиваются. Деньги же сами по себе не помогут искупить грехи или искоренить пороки и не приближают нас к нравственности…
 
Да… Похоже, мои претензии на философские изыскания на чеховской платформе по смысловой нагрузке, как говорил Жванецкий, «приближаются к наскальной живописи».
 
Фонетическое ковыряние — «соблазн», «облазь», «влазь», «власть», «обладать» — тоже дало слишком притянутые и прямые параллели. «Соблазн обладания властью», обладание силой… Но соблазн как раз часто это орудие слабого перед сильным. Сильный может только соблазниться желанием причинить боль. Но это уже совсем другая история…
 
Красота, Деньги, Власть определяют общую картину, своего рода триптих соблазна. И все вдоль каждой из этих вечных тем уже копано-перекопано… Со времен Адама и Евы. Запретный плод. Змей-искуситель. И я туда же, может, так: «Вся наша жизнь состоит из соблазнов и их преодоления».
 
Нет… «Вечерело» и то менее банально.
 
Нужно писать о том, что хорошо знаешь сам. Может быть, профессия? В конце концов, даже Чехов говорил, что литература — это, скорее, ветреная любовница, а медицина — как профессия — это надежная жена. Ну вот… Уже ближе.
 
Хотя как увлекательно описать банковское дело? В представлении большинства людей — это скучно и непонятно. Эдакая смесь канала РБК и восьмичасового концерта органной музыки.
 
Я работаю в Private Banking. Общаюсь с состоятельными клиентами… Вот. Это всегда всем интересно: глянец, истории успеха, богатые и знаменитые…
 
Это то, что хорошо читают и покупают. Недаром же основную массу выпускаемых сегодня книг можно объединить под обобщенным названием «Рассказываю, как стать мной». Именно тиражи таких изданий вместе с книжками-раскрасками для детей стали спасательным кругом для отрасли книгопечатания в цифровую эру.
 
Только при чем тут соблазн? Если говорить о состоятельных людях — их базовые и даже небазовые потребности давно удовлетворены. Возможности радикально превышают потребности. Что может быть соблазном для них? Хотя, конечно, жизнь всегда оставляет что-то для неудовлетворенности. Может, как раз именно дразнящий соблазн чего-то недосягаемого — это и есть важный мотиватор движения от покорения одной вершины к другой. Нет, опять съезжаю в колею бизнес-литературы, тренингов по личностному и карьерному росту и книг с многочисленными историями и рецептами успеха, которые должны стоять в магазине в отделе фантастики. Потому что сплошных успехов не бывает. И все эти прилизанные до сказок про Золушку истории опять-таки соблазняют сравнивать, пробовать, искать… Почти как в пионерском прошлом — кто помнит, самый популярный девиз: «Бороться, искать, найти и не сдаваться!» Да простят меня читатели «Пионера», но можно провести аллюзию с высказыванием Кафки на тему соблазна: «Самый большой соблазн — это соблазн борьбы со злом».
 
Но возвращаясь к работе — Private Banking. Условно Private Banking можно разделить на две основные составляющие: Asset Management и Relationship Management. На фоне снижения глобальных доходностей инвестиций и высокой волатильности на финансовых рынках растет значимость второй составляющей. Выстраивание отношений между персональным банковским менеджером и VIP-клиентом. Взаимодействие частое и взаимодействие настолько близкое, что это, безусловно, не может не накладывать отпечаток на общение, поведение и мнение сотрудника банка о разных аспектах жизни.
 
Поэтому я довольно часто слышу от персональных менеджеров высказывания типа: «Там небольшая сумма, около 2 миллионов долларов» или: «Недорогие, но очень неплохие вина типа Сассикайя (Sassicaia), но я считаю, что это несравнимо с Шато Петрюс (Chateau Petrus)» и так далее, которые, безусловно, никак не коррелируют с их зарплатой. Но ничего не поделаешь: это в том числе и есть специфика работы с клиентами и возможность общения и поддержания разговора не только на банковские темы. Сотрудники подразделения Private Вanking должны уметь поддержать разговор и о преимуществах и — внимание — недостатках (!) того или иного отеля на Сейшелах и Мальдивах, о новой коллекции Ульяны Сергеенко на неделе моды в Париже и стоимости приглашения Скриптонита на корпоратив. Иначе на пятой минуте заунывного бормотания менеджера про проценты, ставки, тарифы клиент начнет засыпать, а через десять минут убьет своего менеджера в состоянии аффекта. И будет прав…
 
Тем не менее разрыв в состоянии и в мироощущении большой, несоответствие налицо. Разница слишком выраженная, а значит, и потенциал для возникновения соблазна очень высокий. Потому что соблазн возникает в большинстве случаев потому, что «так делают другие, а почему мне нельзя».
 
Вот где уж прямо под носом как раз и есть разлом таких разных тектонических плит по уровню доходов, который должен регулярно по этой границе провоцировать выбросы и извержения соблазнов.
 
На эту тему есть достаточно показательная реальная история, которая имела место в одном из европейских банков и которая может быть иллюстрацией этого.
 
Итак, в этом банке в подразделении Private Banking на направлении «Россия и СНГ» работал менеджер, назовем его Данил, в недавнем прошлом российский гражданин. Он часто прилетал в командировки в Москву и активно привлекал российских клиентов, обещая им международную аллокацию капитала, диверсификацию страновых рисков, безопасность и конфиденциальность и прочие традиционные «заморские банковские блага».
 
Справедливости ради нужно сказать, что получалось это у него неплохо. Данил прекрасно говорил на трех языках, был эрудирован и хорош собой, поэтому легко находил общий язык с состоятельными клиентами. Одним из этих клиентов был российский бизнесмен, назовем его Руслан… хотя нет, слишком заметный в последнее время псевдоним… Назовем его Николай Петрович.
 
Николай Петрович открыл у Данила счет и со временем перевел существенную часть своих средств и операций в этот европейский банк.
 
Для большего удобства и избежания формальных банковских процедур Николай Петрович оформил доверенности на Данила и в любое время решал все вопросы по звонку. Отношения развивались, Николай Петрович стал рекомендовать Данила своим друзьям и партнерам. Бизнес «русского деска» в европейском банке стал расти, и Данила вскоре назначили начальником отдела.
 
Однажды, когда Данил был в отпуске, один из его сотрудников отправил выпис­ки по счетам Николаю Петровичу. Николай Петрович был доволен — доходность по инвестициям была положительной, что уже неплохо для Европы. Единственный момент, который смутил Николая Петровича, — путаница в да­тах аренды яхты в Монако в выпис­ке по текущему счету. Он поручил своей помощнице разобраться, и выяснилось, что Данил… влюбился…
 
Да, влюбился. В девушку (что, возможно, выглядит старомодно для искушенной публики) по имени Ангелина — здесь даже менять ничего не нужно, и так звучит достаточно экстравагантно.
 
Он познакомился с ней во время командировки в Москву в Buddha Bar на Трубной. Данилу назначил встречу (правда, извинился и не пришел) очередной потенциальный клиент, и скучающий банкир принялся разглядывать немногочисленных посетителей. Он не мог не заметить двух сидящих неподалеку девушек, потягивающих коктейль. Время от времени подруги взрывались нарочито громким смехом, красиво запрокидывая голову и не менее красиво затем поправляя длинные волосы. Одна из них, Ангелина, пару раз цепко поймав на себе взгляд Данила, улыбнулась, приглашая подойти… Потом была Siberia и утреннее, еще алкогольное желание поразить девушку — русской широтой размаха в комплексе с утонченностью европейского банкира. Далеко за идеями ходить не пришлось, и Данил позвонил в тот же салон флорис­тики и подарков, который обеспечивал романтическими «сюрпризами» подруг Николая Петровича, и сообщил адрес доставки. Поручение, как обычно, было выполнено в течение часа с выставлением, как обычно, 700 евро на счет Николая Петровича. Данил оплатил его, как обычно, с текущего счета Николая Петровича. И даже планировал вернуть по возвращении в банк. Но тут его поразило: это все — «как обычно»… Но как обычно для его клиента, для Николая Петровича. Это был триггер, запустивший механизм соблазна…
 
Дальше — больше… Следующие выходные пара провела в Hotel Hermitage в Монако, где любил останавливаться Николай Петрович. Для романтического отпуска на двоих Данил забронировал Hotel George 5 в Париже, также популярное место пребывания своего клиента. Для комфортного перемещения по Европе Данил привычно арендовал Bentley Bentayga или Mercedes G65, небрежно бросая ключи на Valet Parking возле излюбленных ресторанов Николая Петровича.
 
Ангелина очень быстро вошла во вкус и демонстрировала поразительную претенциозность в выборе подарков, которые ее, как она любила говорить, «прям пора-а-а-а-адуют-препора-а-а-адуют». А «прям пора-а-а-а-адовать» Ангелину могли, например: сумка Kelly Epsom 32-го размера, пиджак Chanel из коллекции Cruise, ну или жилет из соболя («но только, Данильчик, прям чтобы соболь был пятой седины»), и так далее. Благо для «Данильчика» все это было очень знакомо: многие из «подруг» Николая Петровича проявляли такую же избирательность в «ра-а-а-адости» от подарков и схожесть вкусов с Ангелиной.
 
Апогеем чувств стала месячная аренда для целой компании друзей (которых у Данила вдруг стало очень много) такой неприлично длинной яхты, что даже Николай Петрович брал ее не каждый год.
 
Этот яхтенный круиз и вызвал некоторое недопонимание при просмот­ре клиентом выписок по счету (что, кстати говоря, самостоятельно он делал крайне редко). Николая Петровича немного смутил тот факт, что если бы он брал яхту несколько недель назад, то, несмотря на свой возраст и достаточно насыщенную яркими событиями жизнь, он бы это запомнил…
 
В результате непродолжительного расследования выяснилось, что Данил потратил со счетов клиента 2,6 миллиона евро. Дальнейшие детали этой истории уже не имеют отношения к заявленной теме соблазна, поэтому коротко, практически пунктиром, резюмирую основные итоги.
 
Европейский банк не пошел по формальному юридическом принципу «клиент сам оформил доверенность на клиента и сам виноват». Такой подход никак не способствовал бы возможности дальнейшего развития бизнеса Private Banking. Поэтому банк за свой счет полностью компенсировал траты Данила и вернул их на счет Николая Пет­ровича, поручив банковским юристам и службе безопасности «разбираться» с Данилом без участия клиента.
 
Разбираться особо не пришлось, так как никаких существенных активов у Данила не было. Европейское законодательство достаточно лояльно, поэтому они вняли заверениям бывшего банкира о его психическом нездоровье и поместили его на принудительное лечение в одну из западных клиник. Николай Петрович поначалу вынашивал мысли «достать» там своего банкира. Но отсутствие потерь (за исключением моральных), очевидность его «мотива», необходимость сохранения Николаем Петровичем лица добропорядочного, к тому времени уже европейского гражданина и опять-таки насыщенная личная жизнь постепенно подавили его желание наказания.
 
Ангелина, собрав меховой жилет, сумки и другие подарки «Данильчика», практически сразу вернулась в Москву, где через полгода вышла замуж за одного из клиентов Данила, с которым он ее знакомил.
 
О дальнейшей судьбе банкира мне неизвестно. Поэтому можно только предполагать, раскаивается и сожалеет ли он, что соблазнился упомянутой мной выше тройкой. Властью, данной ему Николаем Петровичем и нотариусом (в виде доверенности переведенной и апостилированной), красотой Ангелины и деньгами своего клиента. А может, напротив, он с упоением вспоминает об этом времени, о том, что ему удалось, как говорил фарцовщик из «Чемодана» Довлатова, хоть чуть-чуть «царапнуть земную кору», и гордится своей смелостью, с которой он поддался этим соблазнам, вместо того чтобы тихо наблюдать, как мимо… или даже сквозь него, как сквозь трубу, проваливается непереваренная яркая, но такая чужая жизнь. А возможно, нет у Данила ни раскаяний, ни теплых воспоминаний, а просто, получив свою порцию психотропных, он сидит под одеялом в больничном дворике, щурится на солнце и думает о чем-то совсем и только своем.   
Все статьи автора Читать все
   
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (1)

  • Я есть Грут
    29.03.2018 00:18 Я есть Грут
    Каждый бывал в жизни хоть раз
    В плену Данилиных проказ.
    Кто не бывал - любви не знал.
    Но он немного потерял.
80 «Русский пионер» №80
(Март ‘2018 — Март 2018)
Тема: соблазн
Статьи по теме
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям
 
Новое