Классный журнал

Евгений Ройзман Евгений
Ройзман

И вечный бой

19 февраля 2018 09:00
Поэт, гражданин и мэр Екатеринбурга Евгений Ройзман написал про то, как время от времени ему приходилось идти ва-банк. Это не было связано ни с политикой, ни с гражданской позицией. Это было связано с тем, что он такой, Ройзман, и другим не будет никогда. Того же хотелось бы пожелать и всем читателям «РП».
В Омске в восемьдесят девятом году мы с Димой Чуркиным по золоту работали. У нас в Свердловске голодно было, а в Омске — изобилие. И мы по вечерам повадились ходить в ресторан «Турист». Модный такой ресторан, столики по кругу. А еще туда ходили все омские блатные. Такие серьезные, сосредоточенные парни, как сказал поэт — на х… некого послать. И нравы у них самые суровые. Однажды Чеснок подъехал к «Туристу» на новой «шестерке» и поднялся в ресторан. Пока он ходил, кто-то, проезжая, дал по машине очередь из автомата. Прошили от переднего до заднего крыла. Он спускается, а там зеваки, «мусора»: «Так и так, на вас было покушение. Будете заявление писать?» — «Какое заявление? Какое покушение?» — «Да по вам же стреляли!» — «Где?!» — «Да вот же дырки!» — «А, так это же я просто молдинг отодрал…»
 
Вот такие люди. Гвозди бы делать. 
 
И вот мы с Димой сидим в ресторане, он выпивает, а к нему еще Наташка приехала. А Наташка молодая такая дерзкая была. Сидит, тонкими пальчиками бокал с шампанским держит, смотрит поверх голов, и сигаретка на отлете. Как в кино. Ресторан гудит. В одном углу блатные гуляют, через раз музыкантам «Таганку» заказывают, в другом менты отдыхают, им почему-то «Синий туман» подавай. А за соседним столиком сидят несколько девчонок, фабричные девчонки. Скромные такие, день рождения у одной. Прихорошились и пришли. В складчину, небось. И с ними парень один. Не шикуют. Им бы «Белые розы», но, видно, денег нет.
 
И вдруг один блатной с красной рожей, в адидасовских штанах, в белой «саламандре» и норковой формовке, упитанный такой, поигрывая булками и дожевывая котлету, направляется к девчонкам. Почему в адидасовских штанах и белой «саламандре»? Да потому что просто красиво. А почему шапка на голове? Да чтобы все видели, что она есть. Шапка, в смысле. А потом, иди оставь ее где-нибудь — сразу спи…ят!
 
И вот он, дожевав котлету, подходит к девчонкам и берет за руку ту, которая возле парня, и тянет ее из-за стола. То есть вежливо так на танец приглашает. А она вдруг пытается руку вырвать! А он точно знает, что эрогенные зоны у женщин — почки, печень и кадык, и этот девичий демарш его настораживает: «Не понял, чё за х…ня?!»
 
 А я все это вижу, но не лезу, потому что рядом с ней сидит парень, и слово за ним. Ну и просто чужой город, чужие менты, а я не так давно освободился. А парень молчит и голову в плечи втянул. Он омский и знает, кто это. И вдруг вскакивает девчонка, сидящая рядом, и звонким голосом кричит: «Ну-ка, отпустись от нее!» Он секунду смотрит на нее непонимающе: «Ты чё, овца!» А у меня уже незаметно стул от стола отъехал, и я смотрю, и у меня еще надежда, что кто-то впряжется. Я бы не полез. Я же не самоубийца. Но на всякий случай уже встал. И вдруг он просто лениво всей пятерней берет девчонку за лицо. И все. И отступать мне некуда. Я развернул его к себе, по-честному подождал секунду, пока он поймет, что происходит, и с левой вложился в челюсть чуть ниже уха. У него остаток котлеты выпал, а потом он упал. А о чем мне с ним разговаривать? И сел я на место. Дима так уважительно на меня посмотрел, Наташка одобрительно кивнула, а девчонки завизжали. А этот дурак полежал-полежал, потом встал и побрел, печально булками наворачивая…
 
И сижу я, такой гордый, хороший поступок совершил, за девушку заступился, всех победил! И девушки на меня поглядывают. 
 
И вдруг слышу жуткий топот. Смотрю, а по кругу к нашему столику бегут человек пять. И я с грустью понимаю, зачем они бегут. А товарищ мой дрался последний раз во втором классе, и менты не впрягутся. И вообще это те самые драки, которые никто не останавливает. И с этими грустными мыслями я вышел им навстречу, чтобы столик с Димой и Наташкой остался у меня за спиной. Потому что, пока они меня сломают и втопчут, можно успеть уйти. И вот эти качки бегут и сопят, а проход между столиками неширокий, и все вместе они бежать не могут. Поэтому бегут они гуськом, на ходу подтягивая рукава. 
 
Если бы у меня был ствол с собой, я бы начал шмалять не задумываясь, потому что они шли меня убивать. Ствола не было. Но случилось чудо. Тот, который бежал первым, был слишком уверенным, а бегущий на тебя человек беззащитен как ребенок. Просто он этого не знает. 
 
И я его встретил очень жестко — прямым в подбородок. И он упал спиной на какой-то стол. И стол упал вместе с ним, и у него отломилась ножка. Ну знаете, были раньше такие полированные столы с четырехгранными ножками, и я успел эту ножку подхватить. Ух, какая ножка была! Коричневая, увесистая, с уголком на конце. Да какая там ножка? Волшебная палочка. Единственное, что помню, — когда ею в голову попадаешь, в руку больно отдается. И я с этой ножкой начал на них наступать. Несколько раз в меня попали, но мне удалось устоять на ногах. Единственное, помню, что девчонки визжали и официантки ходили с подносами вдоль стенок. 
 
Этих было человек семь-восемь, и, когда они стали обходить меня сзади, Дима влепил одному в затылок пустой бутылкой из-под шампанского так, что осколки долетели до меня. Сдернул у официантки с подноса еще две бутылки и встал у меня за спиной. Теперь уже завизжала официантка. 
 
И мы стали с Димой с боем отступать к кухне и чуть не забыли Наташку, которая все так же сидела нога на ногу, манерно курила и только стул отодвинула к стене так, чтобы ее не задели и все было видно. Красиво устроилась в партере. Еле выдернули ее, выскочили, захлопнули дверь, и она затрещала под ударами. А там официанты, повара набежали и говорят: «Бегите! Бегите!», а официантка Любовь Михайловна кричит: «Бежим! Я вас проведу через второй выход!» А мне бежать уже никуда неохота, я притаился с ножкой и думаю: сейчас кто первый ворвется, тому башку снесу. А Любовь Михайловна кричит: «Бежим! Они вас убьют!» 
 
И мы выскочили, и через какой-то подвал она провела нас в гостиницу «Турист», которая примыкала к ресторану. И мы поднялись к Диме в номер. 
 
Нас колотит. Нервяк такой. Меня слегка штормит — несколько раз попали. Но мы победили. И смотрим в окно, а там подъехали две «скорые» и кого-то на носилках грузят! И нам еще приятней. И вдруг Наташка говорит: «Я своего мужа таким никогда не видела. Дима, я люблю тебя, я горжусь тобой!» И обняла его…
 
И я вышел из их номера и пошел к себе. И, когда открывал дверь, понял, что мне что-то мешает, и увидел, что мешает мне ножка стола, которую я до сих пор сжимаю в руке. 
 
Они начали искать нас уже ночью. Перекрыли вокзал и аэропорт. Из Омска мы уехали на такси. Ножку стола я поцеловал и выложил на заправке уже после Кургана. 
 
Но так-то я не об этом хотел рассказать. 
 
Однажды мы с Олегом Посуманским сидели в ресторане «Каменный мост», что на Малышева, возле моста. Там сейчас «Доктор Скотч паб». И вот сидим мы возле входа. Со стадиона приехали, в спортивном. В зал не поперлись, сидим в уголке. 
 
А в те годы мы с Олегом повадились пить красное сухое вино. Распробовали. И так нам вкусно было, что мы стали делать это часто. А чтобы не мучила совесть, мы решили это делать только после тренировки. И каждый день, проведя на стадионе по несколько часов — он на кортах, а я на волейбольных площадках, — встречались на верхнем поле и бежали пятерку, а иногда десятку, заканчивали на брусьях и турнике. И уже с чистой совестью шли пешком на улицу Культуры, садились на лавочку под моими окнами и с чистой совестью начинали выпивать. 
 
И вот в конце лета умный Олег говорит: «Надо завязывать с тренировками». Я испугался: «Что вдруг?» Он говорит: «Сопьемся на х…». И мы решили притормозить и прямо со стадиона заехали в «Каменный мост» отметить это событие. 
 
И вот сидим выпиваем. Ресторан полон. А играл там тогда замечательный скрипач Леня Элькин. Очень хорошо играл, и многие ходили туда из-за него. Играл он в дальнем конце зала, за углом, но слышно было везде. То есть мы его не видели, но слышали. И вдруг в ресторан заходят парень с девчонкой, молодые, высокие, очень ладные, их многие помнят в городе. Они часто ходили по улицам вдвоем, смотрели только друг на друга и, когда шли, осторожно и ласково соприкасались мизинцами опущенных рук. И видно было, что они очень любят друг друга. 
 
И вот они заходят. Парень идет чуть впереди — посмотреть, где есть места, а она идет за ним следом легко и свободно, смотрит высоко, и думает о нем, и улыбается своим мыслям. И все мужики оборачиваются ей вслед. А я ее видел давно, и она мне очень нравилась. Но я не разговаривал с ней, потому что это была чужая женщина, и она, даже когда была одна, очень достойно держалась и не давала повода заговорить. 
 
А с правой стороны, уже у входа в дальний зал, сидят два мужика, такие коммерсюги разбогатевшие, уверенные такие. Сидят друг напротив друга, водку пьют, закусывают и ждут, им вот-вот горячее принесут. Леня играет громко, люди разговаривают, гул стоит. Парень проходит вперед и поворачивает налево в зал посмотреть, где есть места. Она идет за ним и останавливается в проходе. В это время тот мужик, который сидел спиной к входу, увидел, что его друг куда-то пялится, повернул голову, уставился на нее, проводил глазами и, когда она только прошла, посмотрел на друга и ошарашенно говорит: «Охренеть!» И подбуханный друг его лениво через губу отвечает: «Да знаю я ее… Сосет ох…тельно!» Он только не понял, что музыка секунду назад закончилась и он сказал это громко и внятно. Парень, который прошел в дальний зал, не услышал, а она услышала. Потому что остановилась совсем рядом. Она резко развернулась, волосы взлетели. Сделала шаг назад, склонила голову, посмотрела в лицо. Он смутился на секунду и отвел глаза. И одновременно с этим она подхватила нож, лежащий у тарелки с правой стороны, и молниеносным коротким движением саданула ему в горло, повернулась спиной и спокойно прошла дальше. В этот момент вышел ее парень и говорит: «Пойдем, Наташа, во “Дворик”». А она, оставив этот мир за спиной, говорит: «Давай прямо через веранду выйдем». И они ушли. 
 
А этот вскочил, схватившись за горло, пускал кровавые пузыри и пытался вдохнуть. А друг его сидел, открыв рот, и смотрел на него. В этот момент им принесли горячее…
 
Вот, в общем-то, и все.
Все статьи автора Читать все
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (2)

  • Я есть Грут
    19.02.2018 11:18 Я есть Грут
    Вот это байки! Охренеть!
    Ещё полдня будут переть.
    Народ, живущий на Урале,
    Завалит запросто в запале.
  • Сергей Макаров
    21.02.2018 17:30 Сергей Макаров
    Евгений, не надо гнать, Екатеринбург самый интересный город на Урале, столица.
    В 90-е было всяко разно, вы еще про тагильскую дорогу расскажите, все уже прошло и не стоит пугать потенциальных гостей города. Уралмашевские и так у многих на слуху.
    Вот "Уральские пельмени" в гостинице "Исеть", зачем стали такими "невидимками"?
    Это же мем города был и заслуженно. Город изменился сильно, не узнать его исторического лица тем кто там долго жил. Вознесся город к небесам грибами своих тучерезов.
    Лучше расскажите о знаменитых уральцах, тех что продолжают творческие традиции уральских профессий. Какие "винограды" на ковали и украсили здания города.
    Много исчезло с исторического лица города, расстрельный дворик с подвалом, что напротив Ленина 17 был, накрыли его новым торговым центом. Здание биржи, что раньше ГУМом было не стало, но кубатура торгового цента впечатляетъ, зачем только столько торговых центров на таком пяточке города.
    Кода закончат "Иллюзион", бывший кинотеатр "Октябрь" реставрировать? Кинотеатр исторический первый на Урале.
    Театр Музыкальной комедии с его репертуаром, декорациями и костюмами артистов, чем помогло уральское отделение ЖД стоит рассказать и даже показать.
    Театр Оперы и балета, кукольный театр, тоже, не последние в России.
    Здание Консерватории хоть и на реставрации, но концерты идут и люди с удовольствием ходят, есть абонементы для мало имущих, последних хотелось бы чтобы меньше в городе было. ТЮЗ не понял где теперь есть, но надеюсь есть.
    Дворец Пионеров, это же история многих поколений ходивших на Новогодние елки, выставка билетов в нем порадовала, свои сохранил на память.
    Хорошо от храма на Исети отказались. Жаль если телевизионную вышку снесут, не смогли придумать как реанимировать? Жаль, стоило использовать с умом.
    Город сильно изменился с 90-х знаменитых разборками, "стрелками", но это прошло и исчезло как накипь из чайника, "покипели" маленько и хватит.
    Город, особенно его центр выглядит как европейский город, много интересных новых мест для проведения досуга появилось, одна Рамада чего стоит.
    Зона отдыха на Шарташе преобразилась, хотя, с небольшим перебором Карасики освоили, но не зря, посетителей много и все очень прилично организованно.
    В целом, все исторические памятники, музеи и достопримечательности на своих местах. Старый Ж.Д. вокзал со знаменитым паровозом отреставрирован. Дома построенные еще пленными немцами стоят, а че им сделается, если еще "можно" там "жить".
    УПИ гордо стоит на горе как главная доминанта в конце ул. Ленина поражая как всегда планировкой площади перед ним знаменитого выпускника Сройфака Гуго Фауфлера. Кстати его проекты до сих пор существуют в ландшафтах многих городов сателлитов Екатеринбурга.
    Только зачем скрестили УПИ ("ежа"-как символ инженерного искусства) и Университет им. Горького (трепетную лань - символ творческих гуманитарных натур)?
    И что имеем? УГТУ - расшифровка этой аббревиатуры че-то не очень приличная у меня получается, извините.
    Горно металлургический техникум, построенный как первое здание Екатеринбурга, с его настоящим забоем в лаборатории горных машин готовит кадры горняков.
    Исторический сквер с его Павильоном и коллекцией Каслинского литья, картинами и иконами открыт для посещения. Кстати, иконы, о них напишите, пожалуйста, для "РП" и своей коллекции икон староверов, и о там как использовали верующие иконы для хоз. нужд в первые годы советской власти.
    Да и у какого города есть такой гимн, исторический - Родыгина:
    https://ok.ru/video/4680582536
    Текст песни "Уральский русский народный хор - Свердловский вальс"
    "Свердловский вальс" 1960г.
    Музыка: Евгений Родыгин.
    Слова: Григорий Варшавский.
    Если вы не бывали в Свердловске,
    Приглашаем вас в гости и ждем,
    Мы по городу нашему вместе,
    Красотою любуясь, пройдем.
    Весь он ласковым светом пронизан
    И в зеленый оделся наряд,
    А вдали, над Уктусом и ВИЗом,
    Огоньки горят.
    Припев:
    Пускай над перекрестками
    Не гаснут огоньки,
    Нам улицы свердловские
    Знакомы и близки.
    Рассвет встает над городом,
    Заря, светлым-светло,
    И любо все, и дорого,
    И на сердце тепло.
    Он и в белую зимнюю пору
    Сердцу друга до боли знаком,
    Работящий уральский наш город,
    Где и песня, и труд — с огоньком.
    Новостроек лесами украшен
    От Химмаша до Втузгородка,
    Льется песня над городом нашим,
    Как весна, звонка.
    Припев
    Побывайте у нас, и отныне
    Память ваша навек сохранит
    Тот напев о кудрявой рябине,
    Что под небом уральским звенит.
    Этой песни простой отголоски
    Сердцу радостней всяких вестей,
    Мы приветливо встретим в Свердловске
    Дорогих гостей.
    Припев
    ----
    И не официальный Александра Новикова - "Город Древний":
    https://www.youtube.com/watch?v=IM2b0ln7OJ0
    Город древний, город длинный
    Минарет Екатерины
    Даже свод тюрьмы старинной
    Здесь положен буквой Е.
    Здесь от веку было тяжко
    Здесь пришили Николашку
    И любая помнит башня
    О Демидовской семье.
    Мостовые здесь видали
    Марш победы, звон кандальный
    Жены бедные рыдали
    Шли на каторгу во след.
    И фальшивые монеты
    Здесь Демидов шлепал где-то
    И играючи за это
    Покупал весь белый свет.
    Гнил народ в каменоломнях
    Из убогих и бездомных
    Хоронясь в местах укромных
    С кистенями под полой.
    Конокрады, казнокрады
    Все купцам приезжим рады
    Всех мастей стекались гады
    Как на мед пчелиный рой.
    Камнерезы жали славу
    И вдыхаючи отраву
    Подгоняли под оправу
    Ядовитый змеевик.
    Здесь меняли на каменья
    Кто рубаху, кто именья
    И скорбел в недоумении
    На иконах мутный лик.
    Мчали время злые кони
    Лик истерся на иконе
    А царица на балконе
    Бельма пялила в алмаз.
    Наживались лиходеи
    А убогие глядели
    Как в года текли недели
    И домчалися до нас.
    Зря остроги и темницы
    Душу тешили царице
    Все текло через границы
    За бесценок, за дарма.
    И теперь в пустом музее
    Ходят, смотрят ротозеи
    На пищали и фузеи
    Да на брошки из дерьма.
    Город древний, город славный
    Бьют часы на башне главной
    Стрелки круг очертят плавный
    И двенадцать раз пробьют.
    Мы метал и камень плавим
    Мы себя и город славим
    Но про то, что мы оставим
    Пусть другие пропоют.
    ---
79 «Русский пионер» №79
(Февраль ‘2018 — Февраль 2018)
Тема: юбилейный
Статьи по теме
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям