Классный журнал

Екатерина Истомина Екатерина
Истомина

Про Абляза Файковича

18 сентября 2017 12:00
И вдруг на незамысловатой алуштинской сцене возникает король рынка. Он твердой рукой маститого мясника берет колумниста «РП» Екатерину Истомину и приглашает ее к себе домой, где их ждут его жена и, возможно, дети. Путь в набитом сливами «москвиче» короля лежит сквозь пыльный Симферополь. Вот такие приблизительно каникулы выдались у колумнистки «РП»
 
Эти маленькие и такие далекие из сегодняшнего дня каникулы начались в крымской Алуште, городке славном и очевидно небольшом. Алушта всегда немного боится своей блистательной царственной соседки — Ялты. Здесь так и принято говорить: «А вот у нас не так, как в этой Ялте». Да и правда: такого продуктового рынка (с продуктовым набором, разумеется), какой есть в Алуште, в Ялте, разумеется, не найти. Там ведь только дорогие тонкокостные французские, так сказать, «изысканные» удовольствия: парадный курорт и южную столицу Крыма в светлости и чинности обязывают буквальные обстоятельства.
 
На рынке Алушты родился и провел большую часть своей большой жизни мой старый друг — мясник Абляз Файкович. Его фамилии я не знаю и никогда не знала, да и вряд ли он вспомнит в публичном месте о ней сам. Скажу вам вот так: у крымских татар их фамилии не в почете, зато в почете настоящие и несколько экзотические на прямолинейный российский слух имена и отчества.
 
Итак, знакомьтесь и вы поближе: Абляз Файкович, деловитый мясник родом из Бахчисарая, того самого многоопытного крымского городка, где мои очередные крымские каникулы славно и завершились. И каков же он на самом деле, этот непривычный посторонним алуштинский мясник? Есть ли на нем отчаянно зловещие отблески его необычной для городских людей профессии? Или же он свят, как рождественский православный ангел? Худ этот «палач» домашних животных или же он поразительно толст? Общителен или, напротив, угрюм, как кусок приморского камня? Он не худ и не толст: рост средний, да и вес тоже средний. Он ловок, но без широкой улыбки. Приветлив, но откровенно горделив. Умен Абляз Файкович по-народному — крупными солеными крупицами мирной сельской хитрости.
 
Я уже очень много лет покупаю у него мясо — баранину, вкусней которой ничего не найти на целом свете (варить бараний бок просто до состояния супа со специями и крымским красным луком). Я плыву по рынку в длинном цветном татарском платье, купленном в Бахчисарае два года назад. Рынок галдит вокруг меня, шумит, будто упорная волна. Здесь крики, переходящие в гимны. Рынок в Алуште в определенной степени это есть восточный базар: орехи и сладости, мед и пряности, фрукты и овощи, кальяны и национальные татарские шапочки с круглыми металлическими подвесками. У меня, разумеется, тоже есть такая же красная с зеленым шапочка, и я всегда надеваю ее на рынок. Татары смотрят на меня с подчеркнутым уважением: скидка на светлый мед и огромные орехи, на свежий красный ялтинский лук, на оранжевые абрикосы из Феодосии и на мелкую рыбешку из Балаклавы мне гарантирована. Поверьте: многого можно добиться в этой жизни с помощью хорошо и к месту подобранного национального костюма.
 
Абляз Файкович — это коронованный король этого безбрежного восточного рынка Алушты. Он занимает лучшее место за самым козырным прилавком, который всегда чист, будто скатерть участливой хозяйки. С этого места весь базар как на ладони. Позади Абляза Файковича — его драгоценные разделанные туши. Бараньи и говяжьи туши: о свинине по понятным причинам здесь говорить не приходится. Абляз Файкович всегда гордится своими интерьерами: он нежно гладит туши по их едва намеченным животным пунктиром бокам. Абляз Файкович всегда здоровается с посетителем первым, желая проявить известную тактическую восточную мудрость, гласящую, что клиент всегда прав. Абляз Файкович непременно заводит неспешную светскую беседу, стараясь угодить перспективному клиенту. Мол, как идет отдых, хорошо ли спится на жаре, где, в конце концов, живете… Потенциальный клиент быстро становится клиентом на постоянной основе: уж очень он хорош, сам Абляз Файкович, в своем сверкающем белизной фартуке и с доброй усмешкой на непривычно тонких губах. Вы бы и сами доверились такому человеку, негласно избранному руководить всем этим знаменитым рынком. Тем более что, однажды приготовив его баранину на косточках, вы никогда уже не сможете забыть этого гастрономического подарка небес. Вы будете приходить к этому мяснику снова и снова, вновь и вновь отвечая его шуткам и выслушивая его милые небылицы — под равномерный восточный гул и гогот всего прочего рынка.
 
Примерно на десятом визите к нему Абляз Файкович незаметно для самого себя стал моим доверенным другом в Крыму. Он рассказал мне, что живет в Бахчисарае, откуда родом, и что держит он скот на выпасах бывшего могущественного ленинского колхоза, разорившегося на поставках фиолетовой сливы. Он сообщит вам, что жизнью своей он в целом доволен, место на рынке ему досталось по наследству от отца и место это он передаст своим сыновьям, когда пробьет положенный тому час. А при чем здесь каникулы, спросите вы? А при том, что в двадцатый раз посещения кулинарных пределов Абляза Файковича я получила заветное приглашение посетить его родные места. Наша поездка была намечена на субботу, то есть на день оживленной торговли на рынке. Но Абляз Файкович — ради нашего визита — неожиданно решил сократить свое пребывание в радиусе известной в Алуште торговой точки до элементарного прожиточного минимума.
Мы сели в его старый «москвич», сверху донизу набитый спелой синей сливой. В Бахчисарай из Алушты можно попасть двумя путями: первый — через Ай-Петри, второй — через Симферополь. Абляз Файкович сказал, что горной высоты он нисколько не боится, но поедем мы все-таки по менее живописному маршруту — то есть через пыльную крымскую столицу.
 
Тяжелый «москвич» Абляза Файковича двигался по горным дорогам изо всех своих тощих лошадиных силенок. Зато можно было подробно и со вкусом рассмотреть пейзажи. Белые аккуратные домики с палисадниками: в этих домиках проживают русские, но ближе к Симферополю появляются татарские строения, включая и миниатюрную каменистую мечеть. Абляз Файкович выступает довольно молчаливым экскурсоводом. Он медленно и с расстановкой рассказывает о непростой истории крымско-татарского народа, который — по его особому мнению — занимает мало места в сознании руководителей нынешнего Крыма. Надо бы гораздо больше, уверен мой новый попутчик. Надо повсюду и повсеместно строить медресе и мечети, говорит мой мясник. А главная мечеть Крыма — по негромким словам Абляза Файковича — располагается в Бахчисарае, прямо рядом с Ханским дворцом. И туда, в эту высокую мечеть с гордым тонким минаретом, часто приезжают с пламенными проповедями турецкие имамы.
 
«Москвич» тщательно, если не сказать — тщетно, полз в горки, совершенно не спеша. Мы в конце концов добрались до Симферополя (города малоинтересного, на мой любопытный взгляд) и повернули на широкую асфальтовую дорогу к Бахчисараю. Цветущий абрикосами, сливами и подсолнухами длинный июльский день обещал стать еще более жарким. Сам «москвич» разогрелся в пути, словно настоящая жаровня. Казалось мне, что сейчас из-под его брутального капота повалит густой серый дым — словно пар из ноздрей какого-нибудь боевого коня.
 
Ханский дворец, одна из основных достопримечательностей всего полуострова, сиял на огромном крымском солнце. А вот там и мой дом — рядом с маленькой, почти домашней мечетью, рассказал мне мой крымский проводник.
 
Но сначала мы пошли в разлапистый Ханский дворец, где почти мгновенно посмотрели на каменный и резной Бахчисарайский фонтан, воспетый Пушкиным. На фонтане лежали две красные розы — как напоминание о лирической родословной прохладных струй. Абляз Файкович, никаких специальных университетов не завершавший, наизусть прочитал мне известное еще по советской школьной программе пушкинское стихотворение. Мы пошли к нему домой, где нас (или только его?) ждали жена и двое сыновей. Со временем они тоже будут работать на алуштинском рынке, когда отец передаст им свое счастливое место по наследству.
 
Дом Абляза Файковича представлял собой каменистое низкорослое строение, одной стеной примыкавшее к крохотной мечети. Казалось, что эта мечеть домашняя, для молитв одной избранной семьи. На прямоугольном столе нас ждали чебуреки с бараниной, харчо и фрукты. И ни грамма спиртного: только душистый чай из трав и крепчайший кофе, сваренный в медной турке.
 
У себя дома в Бахчисарае Абляз Файкович, сидя на крепких коленях, научил меня молиться. С тех пор каждые каникулы я прихожу к нему за бараниной, а потом мы начинаем молиться вместе — каждый своему пророку, каждый в своем отечестве. Эта каникулярная встреча — хороший урок мне на долгие-долгие годы.

Колонка Екатерины Истоминой опубликована в журнале "Русский пионер №75. Все точки распространения в разделе "Журнальный киоск".
 
Все статьи автора Читать все
       
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (1)

  • Я есть Грут
    18.09.2017 15:35 Я есть Грут
    Да за один отказ от водки,
    Что любят пить иные глотки,
    Абляза грех не уважать.
    Нам бы такое перенять.
75 «Русский пионер» №75
(Сентябрь ‘2017 — Сентябрь 2017)
Тема: Как я провел лето
Статьи по теме
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям