Классный журнал

01 июня 2017 10:25
Российский актер, звезда сериала «Универ» Алексей Гаврилов предоставил для публикации в поэтическом номере «РП» сериал своих стихотворений — и каждая серия открывает новую грань актера. И поэта.
 
Змея
 
Мы взглянем на вещи иначе,
Нажмем на цепи Небес,
Мы раскрываем в усмешках удачу
И видим седеющий Лес.
 
Мы смотрим, как борется сердце,
Кого-то безумно любя,
В оконце нам светит солнце
И колет глаза, как Змея.
 
 
Портрет
 
Мой портрет Анфас и в Профиль,
Черная рамка в правом углу,
И в многоликом многоголосье,
Я, оголившись, к тебе иду.
Я подползаю, не чувствуя грани
Между крупицами бытия,
Мои руки и ноги отпали,
Словно снег на солнце шипя.
В телефонном проводе улей,
Голоса, Голоса, Голоса.
Я кусочек твоих раздумий
Там, где в олове капля свинца.
Там, где капает, крапает солнце
На гранитные ноги мои,
В глубине земного колодца
Подыхают весенние Дни.
 
 
Венская Даль
 
Пастель ломает Холст,
Холст сломает Черты,
Черта сминает Лицо,
И, скуля, оживают Сны.
 
Краской облит пейзаж,
Венской площади Даль,
В Мире идет монтаж,
Заменяют пружиной деталь.
 
Снег кусает волос,
Умирает в похоти Свет,
Кто-то яблоки к нам донес,
Жалко, Евы с Адамом Нет.
 
 
Краски, кисти, холст
 
Алые дома,
Синие огни,
Грязная Земля,
Мы живем на планете одни.
Шафранные вопли домов,
Охрой сдыхает снег,
Где-то смеется Бог
Жестоко, как человек.
Оранжевые Мосты,
Болотная тишь пруда,
Мы живем в этом Мире одни
И не ведаем боль Бытия.
 
 
Боже
 
Мы созданы по милости Господа,
Боже, неужели Ты такой же?
Неужели Ты способен 
украсть, убить, предать?
Мы цепи на твоих руках, но знай: 
мы можем восстать.
 
Знай, Мы можем любить и страдать,
Мы даже сможем ночами не спать,
А тихо скуля, от любви 
к тебе умирать.
 
Неужели Ты такой же,
Неужели Ты мокрым дождем 
опрыскал наши раны,
Боже, а ты когда-нибудь спишь 
или просто орешь во сне?
А люди уже на Луне!
Искали тебя, не отрыли, ушли в гневе, Тебя не любя,
Но Я знаю, Ты блистаешь Солнцем в Глаза,
И любовь Твоя, словно убитая Ночью звезда,
А в округе Меня кружится и стонет Земля.
Тишина. Тишина. Тишина.
 
Мы дети Твои, Твои грехи и тяги,
Слышишь, на Солнце рыдают собаки,
А Ты швыряешь нам в головы злаки
И ждешь, когда прорастут семена.
Тишина.
Тишина.
Тишина.
Знаешь, Господи,
Я не ведал Тебя,
Я не видел Твои глаза,
Но моя планета зовется Земля,
Отзовись, а как зовется Твоя?
Я согрешаю, Тебя не найдя,
И в округе бабахает Сон.
Тишина.
Тишина.
Тишина.
 
БОГ, Я В ТЕБЯ БЕСПОЛЕЗНО ВЛЮБЛЕН.
 
 
Клоун
 
Прыгаешь, скачешь, скулишь,
Тень по арене гоняя.
На плечах уснул дождевик,
Тусклою кожей в свете играя.
 
Душу свою распластав,
Цирку ты преданно верен,
Цену обидам познав,
Цокаешь словно мерин.
 
В злобной улыбке лиц,
В узости красных глаз
Показываешь им блиц,
Резкий, как контрабас.
 
Серою мышью Шатер,
В роскоши красок Арена,
Ты точно индеец хитер
И воешь будто гиена.
 
Ты слиток улыбок, Ты грех,
Не вымоленный под вечер,
Ты КЛОУН, как все, одинок
И красной мишенью отмечен.
 
 
Hotel
 
Чемоданы, тюки, саквояжи,
Мрамор, искусанный обувью,
Ты стоишь в казенном храме,
Рассудок кидая с голоду.
 
Люди, летящие на вокзал
Или прибывшие из города,
У стойки набатом скандал,
И от вопля немного холодно.
 
Это место намеренных встреч,
Осознанных яств в Жизни и Смерти,
Мой Ангел выдернул меч,
Твой Дьявол в стенах мечети.
 
В гостиницах много лжи,
Ханжеских, пафосных лиц,
Минимум дома и тишины
И максимум дамских тигриц.
 
 
Ты и небо
 
Я гляжу на Небо,
Небо вкушает меня,
Солнце КУСАЕТ ТЕЛО,
Жарких зубов не щадя.
Боги мои устали
И дремлют в плену облаков,
А люди молитвы в Небо метали
Под бременем плотских оков.
Ты изрекаешь, что нет там Бога,
Что мы сами себе подвластны,
Тогда втолкуй, почему в дороге
Твои звезды во мне погасли.
Зачем люди взрывали храмы,
Могучие в своем величии?
И за что они бога распяли,
Руки гвоздями ему обезличили?
Я был тогда слезою Господа,
Видел его чистую Душу,
Был в каждом выдохе грешного города
И, как Моисей, вонзал посох в сушу.
 
ТЫ СМЕЕШЬ сказаться БОГОМ,
В ЯЗВАХ ГРЕХОВ оживая,
ТОГДА Я метну в ТЕБЯ ГРОМОМ,
ГВОЗДИ К РУКАМ пришивая.
 
 
Во рту у месяца
 
Я сошью себе кафтан
Из кусочков сивых облаков,
Города хваткий капкан
Спрячется в пасти зонтов.
Город давно погасил
Улиц сопревших фонарь,
Кто-то сегодня отжил
Сверкающий ересью МАЙ.
Кто-то отжил АПРЕЛЬ,
Я же пропал в СЕНТЯБРЕ,
И носится МОЯ Тень
По гладкой и мокрой стене.
Силясь ее поймать,
Мимо проехал ЯНВАРЬ,
Нам его не догнать,
Нас ВСЕХ сводит с ума ФЕВРАЛЬ.
Желтые верхи домов
Ткнулись лицом в снега.
ДЕКАБРЬ — месяц волков,
В ДЕКАБРЬ лупит весна.
И в дерзости площадей
Я вижу города пыль,
Кончился свежий День,
На могиле волнуя ковыль.
Молотом сутки стучат,
Сгинет папирус недель,
А мужичок во сне умирал,
Словно в ребячестве ХЕМИНГУЭЙ.
 
Ветер будит дожди
В азбуке календарей,
Наши Луны — это вожди
В племени мерзких людей.
 
 
Я и я
 
Я раздавлю ТВОИ ГЛАЗА
МЕЖДУ слабостью ОБЛАКОВ,
В нескончаемый ход КОЛЕСА
СПИЦЕЙ вколю ЛЮБОВЬ.
 
И в цикличность весенних ночей
Вклею губ роковую страсть,
Чтоб в плену семи палачей
В пасть кострища залечь умирать.
 
Бледным пеплом лягу у ног
Под ступни виновной толпы,
Верю я, что мой крошечный Бог
В каждом плаче ночной синевы.
 
Верю я, что он больше грешен,
Нежели черти в Аду,
Месяц звездами был повешен
На суку в ДУБОВОМ лесу.
 
Под ногами-огнями город,
Словной опилки пыльной Арены,
Я предчувствую кожей холод
В реве сдыхающей старой Вены.
 
В смехе фривольном, зверском и наглом
Над Парижем заря сгниет,
Мои люди в огне кровавом,
Мое сердце молчания ждет.
 
Мое сердце холодом выжжет
Строки немого стиха,
МОЕ сердце МЕНЯ не услышит,
УМИРАЯ в шрамах греха.
 
 
Тупое солнце в зеницах у неба!!!!
 
Бездонное солнце в сфере огня
Хватает твое Лицо,
Мои руки, рамой скрипя,
Разевают Вселенной окно.
 
В нашем мире смердит грозой,
Твое небо в жестокости глаз,
Под ногами ливень косой,
Неуклюжий в грубости фраз.
 
Я нелепые вижу дома,
Площадь, сквер, пару лавок, киоск,
В окровавленный свет фонаря
Пулей целится старческий мозг.
 
А на лавках сидят грачи,
У киоска стоит человек,
Город хоронит дома в ночи,
Месяц жжется вакуумом век.
 
На диване нашей страны
Было много плоти и зла,
Так пускай же мои огни
Спляшут танец в глазах бытия.
 
 
Лица
 
Окурки смяты точно ЛИЦА,
Грохочут дороги Города,
Я нации семижильная Птица,
Я Африка там, где холодно.
 
Вперлись в чуткое Небо
ЛИЦА с язвами бремени,
Пойдем на кровавое Дело
Под знаменем нового времени.
 
Разрежем прохладные Звезды,
Палящие светом Планету,
Мы пулей проколем борозды,
Гимны даруя Летнему Свету.
 
Лица дохнут в уставшем вздохе,
Тревожа друг друга одышкой,
Мы нота в пронзительном смехе,
Мы ночи железная крышка.
 
И крепкие сердца тоскуют
По уличным баррикадам,
Когда граната тебе вручает
Рецепты смертельного яда.
 
Когда над макушками ветер
Вгрызается в боль облаков,
Ложится на Лица Вечер
В проекции алых зонтов.
 
Я вынужден сладостно плакать,
Увидев, как праведен Бог,
Вам, ЛИЦА, пороки не спрятать,
У жизни багряная кровь.
 
У жизни пурпурные ЛИЦА
В спектральных огнях Зари,
Я вынужден утопиться,
Увидев лицо Красоты.
 
 
Мой Мозг
 
Влажный глаз Неба,
Задушенный голос Луны,
Цифры души в децибелах,
Запах прогнившей страны.
 
Рокот в отсталости мысли,
Задавленный городом крик,
Капли дождя на окнах нависли,
Точно в удушье сутулый старик.
 
Черно-алые стены берлог,
Огненно-желтые лица ночей,
Мир убивает Античных господ,
Кусая глаза в безумстве людей.
 
Скомканный разум Неба,
Глянцевый профиль Луны,
Ты сердце Мое целуешь несмело
И в дом Мой приносишь цветы.  

Колонка Алексея Гаврилова опубликована в журнале "Русский пионер" №73. Все точки распространения в разделе "Журнальный киоск".
 
Все статьи автора Читать все
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал
73 «Русский пионер» №73
(Май ‘2017 — Май 2017)
Тема: весна поэтическая
Статьи по теме
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям