Классный журнал

Елена Жихарева Елена
Жихарева

История в цвете

15 марта 2017 11:00
Фотограф Сергей Прокудин-Горский проехал в начале XX века по России и запечатлел страну на фото в цвете. Спустя сто с лишним лет учитель московской «Романовской школы» Василий Дрючин создал единственный в России музей, посвященный пионеру русской цветной фотографии. Корреспондент «РП» Елена Жихарева знакомит читателей с учителем и его учениками.
Снежная накатанная дорога — ширину определить невозможно. Плотный белоснежный наст, по которому машина едет, как по огромному желобу, беспомощно цепляясь шипами за снежный асфальт. Вокруг ни души. Все дома с потухшими окнами. Ну хотя бы одно, ну пожалуйста. Нет. Дома вроде и не заброшенные, но жизни в них нет.
 
Мы с фотографом пытаемся добраться до родины Сергея Михайловича Прокудина-Горского во Владимирской области. Всего 100 километров от Москвы — и такое безмолвие. Наконец фары осветили покосившийся указатель: село Фуникова Гора. Въезжаем в село, и машина начинает вязнуть в рыхлой колее. И конечно, как по сигналу начинается снег, который грозит замести даже эту дорожку. Время шесть вечера — в окнах не горит свет. Где же все люди? Ведь какие-то машины сделали эту колею.
Именно здесь родился гениальный фотограф Сергей Прокудин-Горский. С легкой руки Леонида Парфенова, снявшего документальный фильм «Цвет нации», это имя стало известно миллионам телезрителей. Прокудин-Горский сделал невозможное — он сохранил для нас, для потомков, царскую Россию. В цвете. Множество фотографических экспедиций в самые дальние уголки Российской империи, тысячи кадров, на которых оживает жизнь людей, которых теперь уже нет, — в стране, которой не существует.
 
Усадьба Прокудиных-Горских не сохранилась. Уцелела только Архангельская церковь, где крестили Сергея Михайловича. А на погосте несколько лет назад был найден памятник с могилы его двоюродного деда. Вот и все, что осталось от рода Прокудиных-Горских на владимирской земле.
 
На кладбище при Архангельской церкви недавно был похоронен художественный руководитель ансамбля им. Александрова Валерий Халилов. Вот почему, оказывается, была расчищена такая широкая дорога…
 
На обратном пути эта дорога вывела нас в Киржач — небольшой городок, ближайший к Фуниковой Горе центр цивилизации. На главной улице в небольшом деревянном доме разместился краеведческий музей. Здесь была сделана первая попытка собрать информацию о Прокудине-Горском: директор музея Людмила Георгиевна Гурякова показывает нам небольшой стенд, в котором вся экспозиция собрана по крупицам. Вот выписка из архива о крещении Сергея Михайловича в Архангельской церкви, вот несколько альбомов с его работами — подарки от потомков Прокудина-Горского. Он снял в цвете всю Россию, но по иронии судьбы не оставил ни одного кадра своего родного села и города Киржач.
 
— Ну не получилось, не произошло, — пожимая плечами, говорит Людмила Георгиевна. — Но зато Владимирскую губернию-то он нафотографировал. Запечатлел тот же самый Переславль-Залесский, Александров, Суздаль, Владимир. Поэтому не может быть никакой обиды. Это же замечательно, что он имеет отношение к нашей, киржачской земле. Уже только это замечательно.
 
Самые известные кадры с любовью убраны в деревянные рамки и развешаны на стене. Знаменитые три девочки-крестьянки с ягодами — неужели наши крестьяне ходили в таких ярких сарафанах? Они так смотрят с фотографии, как будто и не разделяет нас целый век. А голубая рубашка Льва Николаевича Толстого… О ней будет отдельный разговор.
 
— Соединить красный, синий, зеленый фильтры и получить целую палитру цветов, сохраняя первозданность. Как будто мы там с вами и находимся. Как будто мы там и есть, — говорит Людмила Георгиевна, снимая со стены фотографии, чтобы показать нам поближе.
Рядом висит маленький этюд — это та самая Архангельская церковь, что в Фуниковой Горе. Летом приезжала пра­внучка Сергея Михайловича — Анна Прокудина-Горская. Она проехала по родным местам своего прадеда, и то, что он не успел снять, она нарисовала.
 
В разговоре у самовара Людмила Георгиевна несколько раз упоминает имя одного и того же человека: Василий Васильевич привез в Киржач Анну Прокудину-Горскую, Василий Васильевич подарил открытки, напечатанные в типографии Прокудина-Горского, Василий Васильевич прислал копию переписки Прокудина-Горского с Львом Толстым из журнала «Наука и жизнь». Я не сразу поняла, что речь идет о Василии Васильевиче Дрючине — московском учителе, который создал единственный в России и в мире музей Прокудина-Горского и с которым у меня должно быть интервью через два дня в Москве.
 
«Здравствуйте, Елена! Меня зовут Василий Васильевич. Я учитель, создатель музея, его дизайнер, его директор, его хранитель, его экскурсовод. Буду рад видеть Вас в музее на следующей неделе!»
 
Когда я шла на встречу, я была уверена, что создатель музея — учитель истории. Невозможно столько лет собирать информацию, книги, находить на аукционах фотографии, открытки — все, что так или иначе связано с Прокудиным-Горским, — и не любить историю. Ведь Сергей Михайлович более ста лет назад не для того отправлялся в свои фотоэкспедиции, чтобы сделать на фото небо голубым, траву зеленой, а сарафаны крестьянских девушек красными. Это были не технические опыты, это была попытка сохранить Россию, какой она уже больше никогда не будет. Все дореволюционные фото — черно-белые. И вот Прокудин-Горский изобретает технологию, которая позволяет сделать фото, почти ничем не отличающиеся от тех, которые мы можем сделать сейчас. Его знакомство с Николаем Вторым позволит ему реализовать невыполнимый план — проехать всю Россию и снять такие уголки нашей Родины, где и царь никогда не бывал: Грузию, Самарканд, Бухару, Карелию. Он снимал мосты, поля, храмы, дороги и, конечно, людей. Безусловно, в первую очередь Прокудин-Горский объехал Центральную Россию. Если отправиться его маршрутом по Волге, например, то можно увидеть, что больше половины всех объектов, которые попали в объектив Прокудина-Горского, или разрушены, или изменились до неузнаваемости.
 
У него был железнодорожный вагон-лаборатория, на котором он путешествовал по России. Министерство путей сообщения позаботилось по распоряжению царя о транспорте для команды Прокудина-Горского. Снимали целый день, вечером проявляли прямо в вагоне, и если получалось так, как видел в объектив Сергей Михайлович, то продолжали путь дальше.
 
Когда Прокудин-Горский был уже известным фотографом, он сделал один кадр, который вошел в историю. Каждый видел его, хоть и не знал, кто является автором фотографии. Да и поверить в то, что это фотография, весьма сложно. Скорее согласишься, что это картина. Речь идет о знаменитом портрете Льва Николаевича Толстого в Ясной Поляне. Писатель только что вернулся с конной прогулки, и Прокудин-Горский попросил его сесть в кресло прямо в липовой аллее «Клины». Лев Толстой запечатлен в своей любимой позе — нога на ногу. Сохранилось письмо Прокудина-Горского к Льву Николаевичу:
Глубокоуважаемый Лев Николаевич, недавно мне пришлось проявлять цветную фотографическую пластинку, на которой кто-то Вас снял (фамилию я забыл). Результат получился весьма плохой, ибо, видимо, снимавший плохо знаком с делом. Фотография в натуральных цветах — моя специальность, и возможно, Вам случайно попадалась моя фамилия в печати. В настоящее время мне удалось, после многих лет работы, достичь превосходной передачи изображений в истинных цветах. Теперь, когда процесс фотографирования по моему способу и на моих пластинках требует от 1 до 3 секунд, я позволю себе просить Вас разрешить мне приехать на один или два дня (имея в виду состояние Вашего здоровья и погоду), дабы сделать несколько снимков в красках с Вас и с Вашей Супруги. Передача всех малейших оттенков получается совершенно правильная. Мне думается, что, воспроизведя Вас в истинных цветах в окружающей обстановке, я окажу услугу всему миру.
 
Спустя полвека переписку Прокудина-Горского и Толстого прочтет один московский школьник в журнале «Наука и жизнь». И эта статья определит если не все, то очень многое в его жизни. Этим школьником был Василий Васильевич.
 
— Когда я сам учился в школе, мне в руки попал журнал «Наука и жизнь» за 1970 год, август месяц, где была статья «Лев Толстой на цветном фото». Я, как большинство советских школьников, был убежден, что цветное фото появилось только после Великой Оте­чественной войны и то, что мы с друзьями видели в журнале, это цветная раскраска. Посмотрели, посмеялись и забыли. Я окончил школу, сам стал учителем, и в 2003 году я проходил по Воздвиженке и увидел на стене Музея архитектуры большой плакат с цветным фото Льва Толстого. Было написано: «Выставка цветных фотографий из собрания Библиотеки Конгресса США». И как раз заглавное фото и было фото с Львом Толстым. Я мгновенно вспомнил тот номер журнала, все это пронеслось в голове. И с 2003 года я стал собирать все, что можно собрать о Прокудине-Горском.
Как негативы фотографий оказались в США? Прокудин-Горский эмигрировал из Советской России в Париж. Чтобы сохранить результаты многолетнего труда своего деда, внуки Прокудина-Горского продали негативы в Биб­лиотеку Конгресса США. Это почти две тысячи фотографий — лишь часть того, что снял за свою жизнь фотограф. Всего было более 3500 снимков: для каждой фотографии делали три кадра — с красным фильтром, синим и зеленым. А потом соединяли эти три изображения и получали яркие настоящие цвета.
Сейчас в школьном музее столько экспонатов, что экскурсия занимает почти два часа. Из 95 видовых открыток, которые выпустила типография Прокудина-Горского, Василий Васильевич собрал 91. И несколько открыток, как мы уже знаем, подарил в Киржач краеведческому музею. Открытки эти были почтовые. Люди не только посылали своим родным и друзьям цветную фотографию, но и могли написать на обратной стороне пару строк. Несколько открыток, которые удалось купить для музея, были отправлены одним и тем же человеком — фельдшером Коленькой:
 
11 ян.[варя] 1917 г.
8 ч. 15 м. утра
Дорогая мама и т.[етя] Лиза!
 
Я пока, слава Богу, здоровъ. Вчера въ перевязочной у насъ делали операцию: резали опухоль на ноге больного. Сама по себе операция пустяшная, но когда врачъ надрезалъ опухоль ножикомъ, то у меня выступилъ на лбу потъ, а съ одним изъ учениковъ чуть не сделалось дурно. Надеюсь, что со временемъ и я привыкну.
 
Вчера купилъ у товарища погоны для гимнастерки; заплатилъ 40 к. Въ казармахъ, где мы спали вчера, было свободно, т.к. всю учебную команду разместили по ротамъ. 16 с[его]/м.[есяца] вновь пригонятъ въ казармы новыхъ солдатъ.
Ваш Коля.
 
[приписка сбоку]
 
Какъ здоровье т.[ети] Лизы?
 
Когда большевики победили, Прокудин-Горский попробовал работать при новой власти. Ему даже дали должность профессора в институте, где учили бы фотоискусству. Прокудин-Горский соглашается, но уже в августе 1918 года навсегда уезжает за границу. Известие о расстреле царской семьи, с которой он был хорошо знаком, было последней каплей. В музее есть фотография Ипатьевского дома в Екатеринбурге, которую сделал Прокудин-Горский в одной из своих экспедиций. Он и представить не мог, что снимает место, где через несколько лет завершится многовековая история российской монархии. Завершится кроваво и вероломно.
 
В Библиотеке Конгресса США нет ни одного кадра с царской семьей, все негативы исчезли. Возможно, Прокудин-Горский опасался за свою жизнь и спрятал куда-то и фотографии Николая Второго, и ряд других фотографий, на которых была запечатлена семья царя.
 
Целую стену в музее занимают грамоты, награды и медали — эта стена связана со школьным проектом «100 лет российской цветной фотографии». Этот проект стал предвестником музея.
 
— В 2003 году, когда началась в моей жизни история, связанная с Прокудиным-Горским, компьютерная техника в школе была на уровне между Pentium 1 и просто IBM XT. Но уже в 2008 году в школе появились достаточно мощные компьютеры, которые позволили мне вместе с учениками сделать компьютерный проект «100 лет российской цветной фотографии». И, насколько мне известно, до сих пор наш рекорд по количеству первых мест за один проект не побит. Он получил 19 наград — и на международных, и на всероссийских, и на городских конкурсах. Интернет к тому времени был развит у нас уже неплохо, и мы довольно быстро нашли координаты потомков Прокудина-Горского, которые проживали в Париже. Это его внуки — Дмитрий Николаевич (сейчас уже умер, к сожалению) и Иван Николаевич Свечины. Написали им письмо, приложили диск. И через некоторое время получили ответ от Ивана Николаевича Свечина, что «очень ваша работа понравилась, благодарим, нам очень ценно, что память нашего деда чтут и помнят на родине». Вот так завязался контакт, потом я уже лично общался с Иваном Николаевичем в Париже.
Когда содержания было достаточно, нужно было придумать форму. И если обычно школьники представляли свои проекты на конкурсах в виде презентации PowerPoint или просто в виде доклада, то Василий Васильевич и его ученики решили написать компьютерную программу, создать диск с 3D-иллюстрациями, видео, музыкой.
 
— 3D-крутяшки, крутилки — это было в новинку. Мультимедийный проект. Вау! То, что мы тогда изобретали, сейчас уже написано. Сейчас просто заходишь, качаешь и вставляешь готовые кусочки кода в свою программу. Тогда мы изобретали все эти детали, — рассказывает главный программист проекта Антон Моисеев, который уже закончил школу и теперь создает спецэффекты на киностудии «Мосфильм».
 
Передо мной за столом сидят бывшие школьники, которые делали этот проект с Василием Васильевичем. Без пре­увеличения можно сказать, что это узкие специалисты по Прокудину-Горскому. Конечно, есть исследователи творчества фотографа, но среди непрофессионалов мало найдется людей, кто знал бы больше о цветной фотографии в России начала XX века, чем эти ребята.
 
Как только проект был готов, начались «гастроли» по городам и весям: ученики Василия Васильевича представили проект на 19 конкурсах в Москве, Архангельске, Саратове, Ярославле и во всем ближнем и дальнем Подмосковье.
 
Аня Кондратюк отдувалась за всех на презентациях и могла уместить всю историю российской цветной фотографии в положенные регламентом 7 минут: «Заняться этим проектом меня подвигло изумление, потому что, пересматривая семейные альбомы, мы все привыкли видеть фотографии наших бабушек и дедушек черно-белыми. И мы смотрим на эти снимки, держим их в руках и понимаем, что это было снято 50–60 лет назад. А когда я впервые увидела фото Прокудина-Горского, я не могла поверить, что с момента их создания прошло больше века. И они цветные».
 
На диске проекта есть особый раздел «Ярославия». Приехав на всероссийский конкурс школьных проектов в Ярославль, ученики решили снять те же церкви, те же виды, которые запечатлел Прокудин-Горский, и с тех же точек съемки — там, где это позволяла застройка. По изображению не всегда легко определить, какое фото было сделано сто лет назад, а какое только вчера.
 
Проект занял 18 первых мест и одно второе — в Серпухове. Аня Кондратюк тогда вышла на сцену и сказала: «Спасибо, мы первый раз вторые».

Главный специалист по русским фондам Библиотеки Конгресса США Харольд Лайх, Василий Дрючин

К тому моменту уже пришла рецензия на проект от Эрмитажа. Откликнулась и Библиотека Конгресса США. Диск, отправленный им по почте, повредился, но ведущий специалист по русским фондам европейского отдела Библиотеки Харольд Лайх, когда был в Москве по делам, заехал в «Романовскую школу», и ему торжественно вручили новый диск. Рецензия Библиотеки Конгресса США тоже висит на стене в музее. А Василий Васильевич — желанный гость в архивах Библиотеки. В конце февраля он провел там не один час, изучая прокудинские негативы.
 
Проект готовили восемь месяцев. У каждого участника была своя причина, почему он посвящал свое свободное время после уроков Прокудину-Горскому.
 
— Трепетное отношение к истории, — говорит выпускница школы Лиля Сабирова, которая работала над проектом. — Историю сейчас любят менять, ее любят по-разному интерпретировать, а фотографии не врут. И, пожалуй, было желание как-то сохранить историю в первозданном виде, принять в этом хоть какое-то участие. Это было моим мотивом.
 
— Хоть я и не участвовала в 2008 году в создании проекта, зато у меня была возможность развивать его, когда он перерос в музей, — говорит Лиза Банкина.
 
А самая младшая участница нашей встречи, еще школьница Даша Журавлева работает экскурсоводом в музее Прокудина-Горского:
— Я никогда не знала, как делаются фотографии, тем более цветные. Теперь не только знаю, но и провожу экскурсии для всех, кто приходит в наш школьный музей и интересуется историей».
 
Пожалуй, ни один школьный предмет не меняется так быстро, как информатика. Вряд ли учителя литературы как-то по-другому разбирают монолог Андрея Болконского, чем они это делали 10–20 лет назад. И вряд ли поменялись законы Ньютона и написание одного и двух «н» в суффиксах. А вот информатика изменилась кардинально. Сейчас дети рождаются с вживленным умением и интуицией разбираться в любых компьютерных программах.
 
Василий Васильевич как учитель информатики много говорит с детьми о гаджетомании и зависимости от интернета. Если на уроках пользоваться телефонами запрещено, то на переменах все утыкают носы в экраны, подсчитывая лайки и перепосты. Виртуальная реальность дает много эмоций и переживаний, и есть только один способ заинтересовать детей настоящей реальностью — предложить им создать что-то новое, свое, за что они будут в ответе.

 
Все статьи автора Читать все
       
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал
71 «Русский пионер» №71
(Март ‘2017 — Март 2017)
Тема: Сеть
Статьи по теме
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям
 
Новое