Классный журнал

Андрей Десницкий Андрей
Десницкий

Как это работает

14 сентября 2016 10:45
Многие колумнисты этого номера упоминают Льва Толстого. Делает это и библеист и публицист Андрей Десницкий, анализируя переливы темы мести в «Анне Карениной». Но Толстым не ограничивается: пример из семейной хроники автора колонки красноречив не менее классики.
Месть свойственна не только людям, но и животным — и в то же время месть люди приписывают Богу. «Мне отмщение, и Аз воздам» — такой библейский эпиграф стоит в начале одного из самых известных русских романов, «Анны Карениной». Это из Послания к Римлянам апостола Павла, и еще прежде него это было сказано во Второзаконии — в той самой Торе, по которой жил первый народ, принявший веру в Единого Бога. И моралист Толстой хорошо запомнил эту цитату.
 
В обычном обществе месть не столько право, сколько обязанность. Знаменитый обычай кровной мести — хочешь или нет, но ты вынужден его соблюдать. И чтобы прервать дурную бесконечность, существуют свои особые и довольно сложные ритуалы примирения. Впрочем, что там горцы — даже в русском высшем обществе всего столетие назад оскорбление можно было смыть только кровью, а отказ от дуэли расценивался как позорная трусость, которая стоила бы офицеру всей его будущей карьеры, будь он хоть трижды герой на войне. Вспомним «Поединок» Куприна, не говоря уж о судьбах Пушкина и Лермонтова… Что это, как не месть, причем возведенная в принцип?
 
А вот в той же Торе, кстати, сказано: «око за око и зуб за зуб». Ты вправе причинить обидчику тот же вред, который он причинил тебе, но не более того. За выбитый зуб нельзя ломать всю челюсть или срубать голову, за оскорбление нельзя убивать — о, если бы этого правила придерживались все люди на практике, особенно в международных отношениях!
 
Отмерять месть трудно и хлопотно. Куда проще от нее отказаться в пользу кого-то всемогущего: если вы что-то сделаете неправильно, с этим разберется Бог, или мироздание, или безликие кармические законы. Выражаясь простым языком, они вам отомстят.
 
Но как это работает? Вернемся к Толстому. О чем этот его эпиграф? Видимо, перед нами история, как Бог отомстил… кому? Анне Карениной за измену мужу, надо полагать. Муж не стал ее преследовать, оставил все как есть — словно самурай из той восточной притчи, сел на берегу реки ждать, когда проплывет труп его врага. То есть его жены.
 
Но есть один человек, которому Каренин совершенно точно отомстил за измену Анны: это его собственный сын Сережа, в одночасье и навсегда лишившийся матери. Он не просто не сможет ее больше видеть, он даже не сможет ее любить на расстоянии — ему объяснят, какая она развратная женщина, о ней строго-настрого запретят ему говорить что-то хорошее. Вот уж месть так месть!
 
Что-то старик Каренин (а он и вправду намного старше жены) выходит у нас крайне несимпатичным персонажем. Может быть, на самом деле это Анна отомстила ему за брак без любви (и даже, пожалуй, вынужденный)? Он выше всего ценил положение в обществе и безупречную репутацию — так отныне для всех он будет брошенным мужем, который вдобавок довел жену до самоубийства. И тогда Анна выходит у нас самураем из другой притчи, который совершает харакири у ворот своего господина, чтобы основательно испортить ему и настроение, и репутацию.
 
А может быть… Нет, ну если допустить на минутку… Может быть, у Толстого это пророческое? Смотрите: женщина, ушедшая из дома, умирает на железной дороге, и моралист Толстой явно осуждает ее уход, ее смерть. А как умирает сам Толстой? Уходит без ясно выраженных причин из дома, от жены, отказывается вернуться и фактически доводит себя до смерти… на небольшой железнодорожной станции. Может быть, так ему отомстило мироздание?
 
Если происходит страшное, очень хочется, чтобы это было чье-то продуманное, личное решение, не слепые законы, не естественные последствия чьего-то неразумия. Можно назвать эту силу Богом и приписать Богу месть, как приписывают Ему глаза и руки, говоря о Его действиях в этом мире, — просто таков наш язык, так мы привыкли это называть. Но правда ли мироздание (назовем это так) хочет нам мстить?
 
А теперь я расскажу не литературную, а реальную семейную историю: муж сестры моей бабушки пошел мальчишкой на Гражданскую войну, стал комиссаром бронепоезда, а потом — бригадным комиссаром и видным работником Политуправления РККА. В 1938 году был расстрелян. Это ему отомстило мироздание? Или те, кто был расстрелян при его одобрении, а возможно, даже лично им? Или просто из поколения в поколение в нашей истории повторяется один и тот же мотив: недальновидные победители оказываются уничтожены собственной победой?
 
Трудно сделать окончательный вывод, кроме, пожалуй, одного. Очень не хочется, чтобы мне мстили в этой жизни или тем более в следующей, если таковая у меня будет. Всегда ведь есть за что. Но я не знаю, как точно это работает, и в качестве первого шага могу разве что сам отказаться от мести. Можно сказать и так: передать ее Богу, который точно знает, кому и за что. Но лучше бы никому и ни за что, иначе ведь и мне тоже.

Колонка Андрея Десницкого опубликована в журнале "Русский пионер" №66. Все точки распространения в разделе "Журнальный киоск".
 
Все статьи автора Читать все
     
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (2)

  • Владимир Цивин
    14.09.2016 11:49 Владимир Цивин
    Всегда звучащий зов

    Лишь Музы девственную душу
    В пророческих тревожат боги снах!
    Ф.И. Тютчев

    Увы, между молчаньем и речью, не волен часто мыслей бег,
    от ложной мудрости человечьей, коль не один страдает век,-
    да гармония раз верховодит, есть и магия всегда в природе,
    незадачливо коль маются, в молодой листве холодные ветра,
    значит, лето начинается, было, что весной еще всего вчера,-
    суть истинную обретает, не зря так сокровенность мая.

    Равнозвучного порой погуда, разнозвучное звучнее чудо,-
    да отыскать высокое в низком,
    что устоять на грязном и склизком,-
    не так ли, словно легкий заунывный стон,
    чтоб лету зрелому, земной отдать поклон,-
    не зря польется вдруг, листва здесь с грустных крон?

    Гаснут краски так и звуки, зыбким облиты закатом,
    силой разума и муки, Словом чтобы стать когда-то,-
    ибо, чтоб в высях уму, Поэта, навсегда утвердиться,
    нужно сначала ему, к истокам высокого спуститься,-
    тихо утопает в злате, он своих же собственных словес,
    что Светило на закате, огненным изгнанником небес.

    Остается лишь ему пожелать, мании величия избежать,-
    да как спастись душе от власти, всюду сущего бытия,
    когда не счастья часто, а участья, хочет участь твоя,-
    струны сердца звучали, беспечально чтобы почти,
    полнозвучье печали, в поэтических строчках прочти,-
    нам понять бы сей мир вначале, прежде чем счастью учить!

    В Поэзии, что и в любви, как бы ни стремились вы,
    нелегко достичь, увы, и высоты, и глубины,-
    ведь трагедией творца, а не творенья,
    мир преобразит, пускай лишь на мгновенье,-
    вдруг порой нездешних звуков столкновенье,
    неподражаемо может же течь, певучей печали нежная речь!

    Через серебряный блеск, сквозь ускользающий звук,
    печальной песенки плеск, как капель полет упруг,-
    не так ли лепет, нелепо-пепельный,
    по изумрудным листве и траве,-
    пока теплыми, каплями лепленный,
    в великолепной плывет пелене?

    Коль ликует лик небесный, ведь и в дождь же день чудесный,-
    сыростью мир окропя, налетит, струй вдруг, живостью греша:
    что ж за лето без дождя, чтоб понять душе, свежестью дыша,-
    да не от радости дождик, наверно,
    усердно штрихует серую муть,-
    как суждено и Поэту неверно, по серости прокладывать путь.

    Попал между ними, держись, путь предстоит непростой,
    рождает художника жизнь, на стыке уродства с красотой,-
    да пусть за обаяньем слова багрового,
    бродит боль застарелых обид,-
    вдруг необъятный мир, прекрасным по-новому,
    оно ведь негаданно озарит.

    Перестав лишь, суетой дышать, неизбежности не избежать,-
    погрузившись в захолустье грусти, где глуше тишь,
    тем, Поэт высокий и искусен, что в глуби ниш,-
    смертную красу, он в вечность впустит, коснувшись лишь,
    летя на слов, всегда звучащий зов,-
    ему коснуться звуками, других миров.
  • Сергей Макаров
    14.09.2016 14:36 Сергей Макаров
    Знания Св.Писаний, в прежние времена, служили людям как реперные огни маяков, в мире людей и море людских страстей, давая ориентир человеческой морали и поведению в обществе.
    «Месть люди приписывают Богу... «Мне отмщение, и Аз воздам». Есть и такое, по моему мнению, более развернутое понимание этого;
    -»Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Ибо написано: Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь. « (К Римлянам 12:19).
    Давать ответ о собственном отношении к мести на основе отдельного произведения или всего творчества Л.Толстого сложно, на мой взгляд.
    Кто знает, что подвигло его написать роман «Анна Каренина». Возможно, в «Анне Карениной» он стремился показать правду жизни, отношения людей и ложь на которая присутствует в жизни общества. Это можно найти и в поздних его произведениях, например, «Хаджи-Мурат», но там проявляется опровержение проповеди-непротивления злу насилием, с появлением идеи в непреклонной борьбе до последнего вздоха, хотя нет место мести.
    Вероятно, Л.Толстой и в ранних своих произведениях «Война и мир», «Анна Каренина», пытается высказать свои сомнения в моральности социальной справедливости и не имеющих ни чего общего с моралью в Св.Писаниях.
    Л.Толстой читал Коран. Откровения Пророка (мир ему) вдохновляли многих поэтов и писателей прошлых веков и наших современников. Тексты Корана не поэтические писания, но благодаря стилю изложения сур и аятов, и он вдохновлял на изложение мыслей и чувств используя все богатства русского языка. Вероятно, в его произведениях может быть выражено не только его отношение к христианским догматам идеалов мироустройства, а так же его понимание ислама и его изложение морали и поведении в обществе.
    О мести в Коране: «Воздаянием за зло является равноценное зло. Но если кто простит и установит мир, то его награда будет за Аллахом. Воистину, Он не любит беззаконников» Аш-Шура (Совет), 40-й аят.
    Толкование ас-Саади:
    «Воздаянием за зло является равноценное зло. Но если кто простит и установит мир, то его награда будет за Аллахом. Воистину, Он не любит беззаконников. [[Всевышний упомянул о трех степенях возмездия: справедливости, милости и несправедливости. Воздаянием за зло является равноценное зло, то есть жизнь за жизнь, око за око, зуб за зуб, имущество за равноценное имущество. Это - справедливое возмездие за причиненную обиду. Второй степенью возмездия является милость. Под ней подразумевается прощение и примирение, за которые человек может получить щедрое и великое вознаграждение. Однако прощение и примирение допустимы только тогда, когда они пойдут на пользу провинившемуся. Если же провинившийся не заслуживает прощения и целесообразно наказать его за его проступок, то шариат не призывает потерпевшего прощать обидчика. Аллах обязал себя вознаградить того, кто помиловал своего обидчика, дабы люди были снисходительны друг к другу и обходились с другими так, как желают, чтобы Аллах обошелся с ними. Кто ищет прощения Аллаха, пусть научится прощать сам, потому что воздаяние Аллаха всегда соответствует человеческим деяниям. Третья степень возмездия - это несправедливость, однако Всевышний Аллах не любит несправедливых, которые первыми чинят произвол и насилие либо отвечают на чью-либо обиду еще большим злодеянием. Воистину, излишество - это несправедливость.»
    Отношение самого Л.Толстого к Исламу можно описать его ответом жене, когда она узнала, что ее сыновья желают принять Ислам, и спрашивала совета, как быть. Он написал ей ответ: «Что касается до самого предпочтения магометанства православию..., я могу только всей душой сочувствовать такому переходу. Как ни странно это сказать, для меня, ставящего выше христианские идеалы и христианское учение в его истинном смысле, для меня не может быть никакого сомнения в том, что магометанство по своим внешним формам стоит несравненно выше церковного православия. Так что если человеку поставлено только два выбора: держаться церковного православия или магометанства, то для всякого разумного человека не может быть сомнения в выборе и всякий предпочтет магометанство с признанием одного догмата, единого Бога и Его Пророка, вместо того сложного и непонятного в богословии — Троицы, искупления, таинств, святых и их изображений и сложных богослужений... Ясная Поляна, 15 марта 1909».
    Христианское и исламское отношение в мести объединяет их к этому проявлению: Суд, только в условиях суда, в рамках закона, выслушав свидетелей, доказав вину преступника, вынести справедливый приговор. Пострадавшим не разрешается мстить самовольно, поскольку в этом случае будет считаться, что он сам совершил преступление.
    Не обязательно быть мусульманином чтобы познакомиться с текстами Корана и попытаться понять его "поэтичность" и мудрость;
    "В пещере тайной, в день гоненья,
    Читал я сладостный Коран,
    Внезапно ангел утешенья,
    Влетев, принес мне талисман.
    Его таинственная сила
    Слова святые начертила
    На нем безвестная рука.»
    "Мужайся ж, презирай обман,
    Стезею правды бодро следуй,
    Люби сирот, и мой Коран
    Дрожащей твари проповедуй.." А.С.Пушкин
66 «Русский пионер» №66
(Сентябрь ‘2016 — Сентябрь 2016)
Тема: МЕСТЬ
Статьи по теме
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям