Классный журнал

Камиль Ларин Камиль
Ларин

Вино и кровь

28 марта 2016 06:45
Этот текст артиста «Квартета И» Камиля Ларина по всем признакам смело причислим к художественным произведениям. А потому что художественность неизбежно возникает, когда смешиваются вино и кровь. И еще один, классический ингредиент.
1.
Видишь тот дом? Ну да, согласен, это не дом, а, скорее, дворец! А знаешь, чей он? Мой. Нет, заработать на такой мне не хватило бы всей жизни, да что там — нескольких жизней. Я его не купил, и достался он мне не в наследство: я его выиграл. Нет, не в карты, не в казино — азартные игры здесь ни при чем. Я выиграл спор, обыкновенный спор. Причем мне никогда не везло в спорах на деньги. Я пробовал много раз. Когда мне говорили: «Спорим? На деньги?», я понимал, что проиграю, даже если я буду на 100% уверен в своей правоте. Ну, такое бывает. Я не азартен. Вернее, просто спор я выиграть могу, а на деньги — нет. А в этот раз я выиграл, хотя можно ли это считать выигрышем? Ведь после того, как дом достался мне, я в него так больше ни разу и не вошел. Я не мог находиться в доме, который мог бы отнять у меня жизнь. Потому что именно жизнь и была ставкой против этого дворца. Дворец против жизни. Жизнь или кошелек.
 
Он пригласил меня поиграть в бильярд, выпить пару бутылок французского вина, которое совсем недавно прилетело спецбортом из городу Парижу, и сообщил, что хочет мне кое-что рассказать.
 
Эту категорию людей с огромными деньгами невозможно понять. Мы вроде учились в одно время, читали одни и те же книги, смотрели одни и те же фильмы, слушали песни одни и те же, а будто слепились из разного теста.
 
Шато Понте-Кане 2010 год, французское вино, регион: Франция, Бордо, Пойяк. Красное сухое. Специально улучил момент, залез в интернет и нашел его. 44 205 рублей за бутылку 0,7 л. По нынешнему курсу (евро = 85 рублей) где-то 520 евро за бутылку. Восторг душевной страсти. Ну или как-то так.
 
Выпили по глотку. Ударили по шарам, стали играть. Сыграли партию. Допили бутылку. Я разбил шары, начал новую партию. «Ты чего хотел рассказать?» — спросил я. Он открывал вторую бутылку вина, 0,7, красное сухое, 520 евро. «Тебе понравилось?» — спросил уже он без ответа на мой вопрос. «Вино как вино, — произнес я. — Кислое». — «Кислое», — ухмыльнулся он.
 
— Сейчас Светка твоя приедет, вернее, уже не твоя, — вдруг произнес он.
 
В ушах вдруг как-то загудело. Виски зажало в тиски. Зайчики в трамвайчике, жаба на метле, едут и смеются, пряники жуют. Пронеслась в голове чуковская стихоплётина. Интересно, он помнит это? Из своего детства?
 
— Ты помнишь? — вслух сказал я. — Я вот помню!
 
— Что помню? — спросил, не понимая, он. — Ты слышал, что я сказал? Света сейчас приедет. Ко мне. Насовсем!
 
Рука дернулась к носу, чтобы остановить кровь, которая не закапала, а полилась из ноздрей, дернулась и неосторожно задела фужер с вином, который не разбился, а опрокинулся на дорогое сукно бильярдного стола. Красное сухое вино, 520 евро, и III группа красной липкой крови. Тугезар. Вместе! В одной луже! На дорогом сукне. Сукне! Сссуякне!
 
Он достал из выдвижного ящика комода кипенно-белое, накрахмаленное, или что там с ними делают, полотенце и бросил его мне. Не для того, чтобы я остановил себе кровь, а чтобы промокнул лужу из крови и вина. «И это не его вина, эскузмуа, эскузмуа, любитель красного вина», — пролетели в голове строчки из моих стихов. Ранних.

 
2. 
Одной рукой я пытался остановить кровь, идущую носом, зажимал его, а она, соответственно, уходила внутрь меня, в горло. Невкусно. А вино все-таки было не кислое, это я слукавил. Вкусное вино. Интересно, можно это назвать внутренним кровоизлиянием? Или крово-из-меня-нием! Гм! Второй рукой я расстелил полотенце на образовавшееся красно-бурое озерцо и стал шлепать рукой по нему. Мерно, ладошкой, отбивая ритм, как будто на пляже утрамбовывал песок. Какое хорошее полотенце, как оно впитывает! Как ребенок в детстве! Все, что ему говорят, верит, впитывает, как губка! Ребенок! Стоп! Я не ребенок!
 
— Ты врешь! Зачем ты мне врешь? — сказал я. — Где ты и где она? Да и при чем здесь ты? Есть я и она. Мы вместе, и нам хорошо. Нам хорошо вместе. Мы счастливы вместе. А есть ты, твой дворец, твои слуги, твое окружение, твой язык, твой круг общения. При чем здесь мы? При чем здесь она?
 
Он, как и положено людям очень богатым, был в дурацком бархатном пиджаке, ну таком, как, помним, ходит барин в своем имении, в ХIХ веке. Так вот, он достал из дурацкого бархатного накладного кармана дурацкого бархатного пиджака платок. Ее платок. Его бы я узнал из миллиона. Это я его подарил ей. Я долго его выбирал где-то за границей. Конечно, в Париже. Хотел, чтобы он был красивым, приятным на ощупь и практичным. Ну, чтобы, повязав глаза, нельзя было сквозь него ничего рассмотреть. Типа игры такие, любовные поигрушечнее.
 
И потом, я читал Шекспира, и я не мавр, и мало ли что могло произойти с платком: потеряла, выкрал.
 
Он двумя пальцами взялся за кончик платка и поднял его, как котенка за шкирку. Платок выпрямился в струнку, и откуда-то изнутри, как будто Копперфильд поучаствовал, выпало бриллиантовое кольцо. То самое, первое кольцо, которое я ей подарил со словами любви и преданности.
 
— Откуда оно у тебя? — задал вопрос я.
 
— Я попросил, чтобы она мне его отдала.
 
— И она отдала?
 
— Я обещал, что если она его мне отдаст, то я его буду хранить ровно до тех пор, пока она не приедет ко мне жить. Сегодня отдам ей это кольцо назад.
 
Я потянулся за телефоном.
 
— Не надо звонить, — произнес он, — давай поспорим, что она приедет! Я ставлю дом! Если мы ее сегодня почему-то не увидим, дом твой. А если она приедет… Что ставишь ты?
 
«Я опускаюсь на колени и горсть стекла с трудом беру, все кончено, напрасны силы, осколки вазы так красивы, но склеить я их не смогу», — опять пронеслось что-то из совсем раннего.
 
— Жизнь! Свою жизнь! — сделал ставку я. — Если это действительно окажется правдой, нет смысла жить. Кому тогда верить?
 
— По рукам, — как-то спокойно, тривиально сказал он, будто бы я поставил на кон лишенную пользы безделицу. Он протянул мне руку, и я вложил в нее свою винно-кровавую. Тем самым как бы скрепив наше пари.

 
3. 
Мы ждали до 5 утра. Ему нравилась цифра пять. Дорогие, как все в этом доме, напольные часы, неподъемные и необъятные, как набат отбивали каждый час и еще каждые полчаса напоминали о себе неполноценным бряканьем. Хорошо, что в этом доме много других комнат, можно от них спрятаться. Находиться все время по соседству с этим монстром — это не просто мучение, это пытка!  Он был на пределе и прислушивался к каждому шороху за входной дверью, вглядывался в полуосвещенный двор! Плевать я хотел на этот замок с его причудами и традициями, я просто отказывался верить этому хозяину дома и всем своим нутром не хотел видеть ее здесь и сейчас. Потому что, если бы она сейчас вошла, я бы умер, без всякого спора.
 
Когда часы пробили ровно пять, он подошел к столу, налил очередные два фужера нескончаемого французского вина, подошел ко мне.
 
— Наверно, она передумала, — зло ухмыльнулся он, — этот дом твой. Дай мне неделю, я оформлю все документы и вывезу мебель. Хотя на кой черт я ее буду вывозить, это же антиквариат, оставляю как есть, и документы тебе передадут через три дня. Вот кольцо, верни ей.
 
— Этот дом мой?
 
— Да! Давай выпьем! — Он протянул фужер: — Держи!
 
— Этот дом мой. Я впервые выиграл спор! Поставил на кон жизнь, чтобы выиграть любовь. И я ее выиграл. Выиграл, слышишь? За любовь!
 
Я перевернул фужер и вылил на ковер вино, красное сухое, французское, 520 евро за бутылку… Какой замечательный ковер — все впитал, без остатка. Ну а это на счастье!
 
Фужер полетел точно в камин, и «стекла разные, цветные, по крохе разлетелись вмиг…».
 
Я не помню, как я оказался на пороге своей квартиры. Такое ощущение, что произошла телепортация. Знаете, как иногда мечтаешь: «Эх, закрыть бы сейчас глаза и, открыв их через секунду, оказаться уже дома, в постели, чтобы сразу заснуть, забыть о тяжелом дне!» Вероятно, поймав такси, я успел назвать свой адрес и сразу провалился в сон. Мне снились виноградники, огромные плантации. Я был в какой-то легкой летней белой одежде с босыми ногами. Я шел вдоль виноградников, останавливался у самых спелых, сочных и зрелых гроздей, срывал их, бросал на пыльную землю и топтал босыми ногами. Шел дальше. Срывал, бросал, топтал. Кровь и вино. Вино и кровь.
 
Я открыл дверь очень тихо. И сразу, не раздеваясь и не разуваясь, пошел на кухню, потому что именно там горел свет. На столе лежали ключи и записка: «Я ухожу от тебя. Света».
Все статьи автора Читать все
   
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (4)

  • Владимир Цивин
    28.03.2016 11:21 Владимир Цивин
    Счастливые лишь в заблуждении

    Забвенья милое искусство
    Душой усвоено уже.
    - Какое-то большое чувство
    Сегодня таяло в душе.
    М.И. Цветаева

    Проблемы коль белого, черному лишь исчерпать,
    не зря же, дебелое, повернет вдруг время вспять,-
    да ведь недавно нетвердой походкой, холода уходили вдаль,
    и вот уже бьет прямою наводкой, по теплу опять календарь,-
    как от удара ведра, в гулкой глубине на дне колодца,
    предстоит струе тепла, скоро брызгами вдруг расколоться.

    Коварство ковариантности, царит в коронности крон,-
    природной данности странности,
    волнуют вновь кровь времен,-
    в ней не найти былой отрады, она вдруг с холодами рядом,
    мы ей и рады и не рады, как и награде иногда,-
    отраду августовской прохлады, с другой не спутать никогда!

    Да, видно, неспроста, так властна красота,
    коль следить и за распадом, ведь нередко сердце радо,-
    что и холоду вдруг сад, дух порой абсурду рад,
    раз всегда здесь суть творенья, радость и горесть горенья,-
    неизменно волны и пламя, привлекают наше вниманье,
    не тем ли мил нам волненьем, и мир увлекаемый тленьем?

    Не вознеслась, чтоб радость, здесь выше небес,
    всегда на страже тяжесть, для земных торжеств,-
    да ведь чуть в оконце, над нежною пушистостью белизны,
    вдруг мороз да солнце, как в зиму мы уже влюблены,-
    бренный мир, пускай обретая, с телесной вместе корой,
    души не живут же без рая, хотя у каждой он свой.

    Без устали лепятся слепо, так глупые капли к стеклу,
    не так ли и мы вдруг нелепо, стремимся порою к теплу,-
    расчетливость чудес, настойчивость несчастий,
    под благосклонностью небес, мир создан не для счастий,-
    единственное же, что нам дано, в жизни ища счастья,
    найти лишь вдруг меньшее зло, в случае судьбы согласья.

    Но, что сожалений глас, и чувство печали, что же,
    коли в каждом из нас, есть что-то, что счастья дороже,-
    дни осенние холодны, да к весне у нас нет обид,
    зарождает радость плоды, которые скорбь вдруг родит,-
    так и будет мир беременен, плодами радости невзгод,
    пока вдруг пружины времени, весь ни иссякнет здесь завод.

    Как неги не отнять у снега, от боли не избегнуть бега,-
    пусть горько, утробно и грубо, порою вдруг скривятся губы,
    слегка от тоски улыбнусь, пытаясь ее рассмотреть,-
    как радости скрытую грусть, раз счастье дано лишь прозреть,
    лишь мысли интрига, туда заглянет слегка,-
    где магией мига, синеет, сияя, мгла.

    Нельзя оставить то, что взято, уже с собою нами раньше в путь,
    нельзя вернуть мечты отнятой, и в будущее снова заглянуть,-
    нельзя, чтобы была разъята, неповторимость сущего, и чуть,
    не зря, лишь временем объята, непротиворечива мира суть,-
    раз ни от бесчестности, что как змея, ни от пагубной страсти,
    ведь, увы, спасти нас от самих себя, не во власти тут счастья.

    Коль в мире, что жив раздвоением,
    жизнь оказывается всегда не в пору,-
    счастливые лишь в заблуждении,
    мы в прозрении, вдруг теряем опору,-
    и задачи нет таинственней, чем из счастья и беды,
    что из сущности единственной, смысл извлечь своей судьбы!
    •  
      Сергей Демидов
      29.03.2016 07:53 Сергей Демидов
      счастливые лишь в заблуждение до поры, до времени, пока их заблуждение остается заблуждением...
  • Диана Волхонская Красиво. И очень понятно. Еще на моменте с платком и кольцом стало ясно, что она уйдет, точнее, уже ушла. Любовь ушла.
    •  
      Сергей Демидов
      29.03.2016 08:00 Сергей Демидов
      Пари ... Пари заключают на деньги или на вещь, а спорят только балбесы...
      Пари ...
      Пари проиграешь - значит нам суждено быть вместе ...

      Пришлось проигрывать дом вместе с антиквариатом из-за соединения со Светой -Конфеткой...
      Скорее всего стоило проиграть пари...

      6:00

      Место встречи нельзя изменить...
      На страстном бульваре ...
      У зеленого человечка...

      Проиграл -- Светлана.
      Проиграл - ................
      Молодец - Светлана.
62 «Русский пионер» №62
(Март ‘2016 — Март 2016)
Тема: Грядущее
Статьи по теме
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям
 
Новое