Классный журнал

Ольга Аничкова Ольга
Аничкова

Лет сто фатально одиноко

19 февраля 2016 12:00
Актриса Ольга Аничкова близко к сердцу принимает темы номеров «Русского пионера». Она не только воодушевляется каждой новой, она, Ольга, их, темы, одушевляет. То время у нее мужского рода, теперь вот это, одиночество… Оно существует на самом деле, с ремонтом вон помогает. Всегда рядом и с Аничковой, и с малоизвестной актрисой. Но получается, когда рядом одиночество, то они, Ольга и актриса, не одиноки. Женская логика.
Темы «Русского пионера» подбираются ко мне все ближе и ближе. То есть я вот что хочу сказать: лично для меня они становятся все труднее, все не смешнее и требуют либо виртуозного вранья, либо душевно-стриптизных откровений. Когда летом я сидела на даче под кустом и грызла ногти, понимая, что никогда, ну точно никогда не справлюсь с темой «Довлатов», я просто еще не знала, что в декабре на январь объявят «Одиночество»… А про него ведь нужно либо честно, либо ничего… А честно — это же про себя. Можно я лучше еще раз про Довлатова напишу? Нельзя? Нужно сдаваться прилюдно? А у меня есть право на адвоката и один звонок? Нет? Ну что ж, поехали…
 
Мы с одиночеством хорошо знакомы. У него два лица, тысяча смыслов и миллион вариаций. У меня — десяток друзей, миллион знакомых, один сын, два серьезных романа и много разогревочных, пять профессий, три кредита и одна не продленная автогражданка.
 
И оно, одиночество, часто заходит меня проведать. Без спросу, без предварительного звонка и без вежливого вопроса, когда мне будет удобно. Заходит, открывая дверь с ноги, и удобно усаживается напротив. Закидывает ногу на ногу и внимательно смотрит на меня серыми глазами, не сообщая ничего о времени окончания своего визита. И я ненавижу его. И я его обожаю. Мне кажется, тут все логично.
 
Без одиночества я не могу написать ни строчки. Рифмуем мы обычно под чашечку кофе, пачечку сигарет, душевный раздрайчик и делаем это, как правило, часиков с четырех утра. Я пишу и зачеркиваю, оно строго следит за тем, чтобы никто не позвонил, не зашел на кухню, не отвлек и не сбил с мысли. Без него не был бы написан ни один сценарий, не родилась бы ни одна идея спектакля, ни одна репетиция роли, ни одна статья для журнала «Русский пионер». В общем, у него в моем доме есть свое место за столом, чашка и тапочки. Чего мы с ним только не делали, где только не были!
 
Однажды мы с ним затеяли ремонт на кухне. Решили никого не приглашать. На рабочих не было денег, на просьбы о помощи не было желания. Ну, там еще потом гордыня и отсутствие здравого смысла подтянулись… Да и в конце концов, что мы, сами не можем, что ли? Ремонт с одиночеством шел три недели. Оно научило меня, как с пятой попытки добиваться нужного цвета стен, как размешивать колер миксером, как удачно вывихнуть запястье перфоратором и привыкнуть жить без маникюра, Я, в свою очередь, доказала ему, что Дима Билан и Константин Сергеевич Станиславский были правы — «все невозможное возможно», и закончила эту акцию под кодовым названием «Да что мне, слабо!» без видимых последствий, не считая легкого глазного тика. Кухня в стиле «шебби-шик» исполнена, и, несмотря на легкие косячки, мы с одиночеством реально гордимся этим фактом нашей биографии.
 
В другой раз мы с ним заблудились в Венеции. Психанули и ушли бродить без цели и карты. Одиночество показало мне изнанку города, объяснило его истинный смысл и благословило нас на вечную любовь. Мы с ним страшно веселились, глядя на толпы туристов, связанных жаждой прекрасного, орущим экскурсоводом и могучей силой коллективизма. Они никогда не узнают, что если опустить руку в Гранд-канал, то можно выловить жирного темно-серого краба. Что седой джентльмен в идеальном синем костюме приплывает домой на собственной лодке и, заметив, что мы с одиночеством за ним подглядываем, улыбается улыбкой Клинта Иствуда и приветствует нас легким кивком головы. Что музыкант оркестра у кафе «Флориан» матерится на русском, но звонит маме на идише. Что нет ничего вкуснее прошутто, тщательно завернутого в хрустящую белую бумагу, и просекко «из горла», если все это прямо руками и в одиночестве…
 
Оно единственное было рядом в самые важные моменты моей жизни. Например, мы с ним поступали в театральный институт и многое там поняли. Сначала нам казалось, что я просто бездарна. По этому поводу мы знатно порыдали на лестнице ГИТИСа, во дворе Щуки и в метро между станциями «Арбатская» и «Комсомольская». Потом узнали, что приемная комиссия может все. Например, разложить хлеб и колбасу на моей анкете. Мы не в обиде: любой человек имеет право на обеденный перерыв.
 
Мы с одиночеством были в роддоме. Боялись, ждали, выходили из наркоза и снова боялись. Мы стояли у окна, смотрели на падающие снежинки, бегущих по своим делам людей и думали, что в мире теперь есть еще один мальчик. Оно было рядом.
 
Оно одно знает, как я дергаюсь перед спектаклем, грызу ногти в ожидании любой оценки моего скромного творчества, расшвыриваю по полу одежду, собираясь на важные мероприятия, и матерюсь за рулем. Одиночество — надежный друг, оно не проболтается.
 
Много чего было у нас с ним хорошего, это правда. Но есть, естественно, и обратная сторона медали, его второе лицо. Сложный момент, который как-то не принято озвучивать… Я одинока. В английском есть удобный аналог «I’m single», избавляющий от досадной необходимости объяснять, что у тебя очень много друзей, отличная семья, достаточно общения с внешним миром и ты просто single. Это твой временный или постоянный статус, обозначающий, что тебе есть с кем спать, с кем поговорить, есть даже люди, указанные в твоем паспорте, но ты ни с кем и никто не с тобой. Еще single обозначает, что у тебя все съеживается внутри, когда ты видишь пожилую пару, которая бредет, держась за руки, и смеется чему-то, понятному им одним. Обозначает оно еще и то, что у тебя в ванной стоят только две зубные щетки, причем одна из них принадлежит твоему сыну. Еще оно обозначает твою гордыню, принципиальность, два высших образования и неумение идти на компромиссы. Еще, пожалуй, нелепую веру в чудо, вечное ожидание и нелюбовь к полутонам. Вот это второе лицо одиночества я ненавижу. И часто думаю: что если одиночество такого рода выдается без системы и от рождения, как цвет глаз, рост или аллергия на пыльцу? Если это навсегда и так уж тебе определено? Если одиночество такого рода прилагается в обязательном порядке к творчеству, свободе, актерской профессии, бог знает еще к чему? Если так задумано, что тебе будет аплодировать целый зал, но некому сказать: «Дура, надень шапку»? И ответа я не знаю.
 
Зато я знаю самую одинокую музыку на свете. Композитор Michal Lorenc. Инструментал «Wieczor». Так вот, она про одиночество без дна. Употреблять под бокал красного, не раньше часа ночи и желательно ни с чем не смешивать. Не влияет на способность управления автотранспортом. Передозировка не опасна. Эффект хирургический: она выворачивает душу наизнанку, и становится легче. Я иногда пользуюсь. Стараюсь, впрочем, не злоупотреблять.
 
Я кто-то или я никто?
Лет сто фатально одиноко.
Во мне всевидящее око,
Но не зашит рукав пальто.
Я много знаю. А зачем?
Я тонко чувствую. А надо?
Все это точно не награда.
Не радость мне, на радость всем.
Когда ты спросишь, как дела,
Ты что, реально хочешь правды?
Или опять из-под кокарды
Рапортовать, что весела?
Дела хреново, оппонент.
Мне очень долго очень страшно.
И все песок, что было важным,
Но у меня абонемент.
Я с кем-то или я ни с кем?
Вот миллион моих знакомых.
И только пять из них весомых,
С которыми без слов и схем.
Я для чего-то или «так»?
И что с любовью? Непонятно.
Я задолбалась быть приятной.
А «быть попроще» — это как?
Я кто-то или я никто?
Прости мне сбивчивость потока…
Поспи, всевидящее око,
Пойду, зашью рукав пальто.
 
Тут нужно еще написать что-то про одиночество «малоизвестной актрисы»… Ну да, конечно, она одинока. Издержки профессии, дурной характер, вечная занятость, перфекционизм… Да и кто ее вытерпит рядом, если задуматься?
 
малоизвестная актриса
готовить любит никогда
а если праздник разогреет
на батарее беляши
 
малоизвестная актриса
роль проститутки получив
на ярославку спешно едет
чтоб обстоятельств накопить
 
малоизвестная актриса
три дня разучивает роль
семья соседи кот любовник
с любого места знают текст
 
малоизвестная актриса
уже готова полюбить
но те что рядом варианты
годятся только чтоб поржать
 
малоизвестная актриса
не будет елку выносить
она же дома раз в полгода
чего таскать туда-сюда
 
малоизвестная актриса
ждала свидания три дня
но из театра позвонили
про срочный ввод на роль херни
 
малоизвестная актриса
решила все решать сама
но вот решить теперь не может
зачем решила делать так
 
малоизвестная актриса
имеет право на досуг
и посидит чуть-чуть с подружкой
за что не помнит в КПЗ
 
малоизвестная актриса
по горло в творчестве всегда
и тащит в дом для вдохновенья
все что с щетиной и в штанах
 
И я не знаю, подарок ли мое одиночество или наказание. Не знаю, навсегда ли оно со мной или будут и другие времена. Я просто знаю, что у него в моем доме есть свои тапочки. Пойду, послушаю Michal Lorenc. В профилактических целях. Передозировка не опасна.

Колонка Ольги Аничковой опубликована в журнале "Русский пионер" №61. Все точки распространения в разделе "Журнальный киоск".
 
Все статьи автора Читать все
       
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (1)

  • Владимир Цивин
    19.02.2016 14:05 Владимир Цивин
    Все же мир метафоричен

    Есть минуты, когда не тревожит
    Роковая нас жизни гроза.
    Кто-то на плечи руки положит,
    Кто-то ясно заглянет в глаза…
    А.А. Блок

    Пусть безжизненно, в ярких лучах блестят,
    поверженные наземь листы,-
    зато те, что пока еще шелестят, лучистой же полны красоты.
    Как молния томления золою, вдруг станет, к яркому глуха,-
    изнемогая золотою мглою, заката музыка тиха,
    за тою огненною стеною, что по ту сторону стиха.

    Лишь от муки до муки, жизни чары не глухи,-
    и что же тут лиры явленье, коль ни углубленье в мгновенье?
    На высоких качаясь так ноженьках,
    желтые подсолнушки за солнцем следят,-
    что уже грустнеет понемножечку,
    их восторженный не замечая взгляд.

    Как колокольням, что в высоте одиноки,
    оттого-то их гул ведь, и летит далеко,-
    увы, тем, кто душою и сердцем высоки,
    отыскать свое счастье, на земле нелегко.
    Этот мир не терпит превосходства, ни низости, ни высоты,-
    здесь одни страдают от уродства, другие же от красоты.

    К чему сему миру, восхваленья и лесть,
    несчастных на свете, коли не перечесть,-
    да лишь среди них ведь, великие есть,
    раз счастье способны, здесь все перенесть.
    Всей красоты и трагичности мира,-
    не передаст здесь ничто так, как лира!

    В легкий звонкий, светлый сплав,
    мысли, смыслы и слова собрав,-
    поэт высокий, пред Богом прав,
    за муки звуками, судьбе воздав.
    Как открывает лишь высота, в мире путь в бесконечность,-
    существует раз красота, значит, существует и вечность.

    И чем лучистее, вдруг встретишь ты,
    утро, за невзрачностью рассвета,-
    тем ярче чистые, у той черты,
    обнаружишь нежности приметы.
    Немного снега белизны, немного синевы небес,-
    не много нужно новизны, чтоб ужас осени исчез.

    Но порою рока нравный норов, играет этим миром ярче,
    вдруг превратным проком фраз и взоров,-
    чем чистота, мечтами счастья.
    Как ласково веет в тепле ветерок, и как остывает с закатом,-
    не так ли и холод предзимних тревог,
    за тепло вдруг станет расплатой?

    Да пусть и слезы с ним вместе лия,
    дождаться ли жалости от дождя,-
    природы предзимнюю грусть, и я объяснить не берусь!
    Как описать осеннюю, вдруг огненность древес,
    как передать последнюю, здесь теплоту небес,-
    как выразить горение, нетленностью словес?

    Увы, ни умным, а пронырливым, чаще,-
    предоставляется в этом мире счастье.
    Травинке средь стволов и ветвей, надолго ли лучика ждать,-
    не так ли же в сплетеньях теней, нас нужно счастью искать?
    Но пусть печален да трагичен, коль предугадать его нельзя,-
    ведь все же мир метафоричен, и сигналы свыше шлет не зря!
61 «Русский пионер» №61
(Февраль ‘2016 — Февраль 2016)
Тема: Одиночество
Статьи по теме
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям