Классный журнал

Марк Гарбер Марк
Гарбер

Невероятный подъем

27 октября 2014 09:45
Инвестиционному банкиру Марку Гарберу об одном точно можно не мечтать: о деньгах. Они у него есть. Он, правда, кажется, все-таки немного подмечтывает: чтобы их было еще больше. Но на самом деле есть у него и более глобальные мечты. Узнаете какие.

ПОНЯТИЕ «мечта» почему-то незримой нитью связано с детством. Хотя, конечно, это не так и мечте, как и любви, покорны все возрасты, но только в детстве мечта может быть столь всепоглощающей и абсолютно светлой.
 
Чем мы моложе, тем больше в жизни остается опций, открыты все пути. Однако с каждым прожитым днем вариантов становится все меньше и соответственно места для воплощения мечты в жизнь тоже. К тому же некоторые мечты сбываются и не всегда оказываются тем, о чем мечталось. Воистину: бойтесь своих желаний, иногда они воплощаются…
 
В итоге по мере взросления и помудрения мечтать становится как-то непрактично. Помню, как один из весьма состоятельных персонажей упомянул, что мечтает о красном «феррари». На удивленный вопрос, почему же он просто не купит вожделенное авто, знаменитость ответила, что в этом случае больше не о чем будет мечтать.
 
Но бывают все же и странные исключения, когда детская мечта нагоняет тебя, когда уже и забыл о ней.
 
У моего папы был ближайший друг детства, с которым они отсидели за одной партой, вместе поступили в авиационный техникум и дружили всю жизнь. Звал я его дядя Илья и искренне его любил и восхищался. Он был физиком и занимался физикой облаков. В те годы «оттепели» ученые вообще, а физики особенно были окружены особой романтикой и каким-то по сегодняшним меркам гламурным шармом. Даже диспуты проходили под лозунгами: физики или лирики. Учитывая всплеск всенародной любви к поэзии и толпы поклонников, собиравшихся на концерты Евтушенко, Ахмадуллиной, Вознесенского, такое уравнение физиков в правах было признанием их роли в обществе того времени. И это неудивительно, ведь «оттепель» помимо личных свобод ознаменовалась еще и выдающимися научными достижениями — в области космонавтики, ядерной физики, химии. Вспомните героев популярных фильмов перестроечной поры — романтика науки и уважение к ученым присутствовали практически в каждой картине.
 
Дядя Илья был ярким представителем этого поколения. Среди его друзей были такие легендарные люди, как академик Игорь Тамм, председатель Союза альпинистов легендарный Александр Боровиков, и многие другие. Несмотря на мой совсем нежный возраст, я помню атмосферу замечательного и гостеприимного дома дяди Ильи, непонятные мне споры интересных людей в клубах дыма, ибо курить тогда было еще принято, равно как и пить.
 
Мы с сыном дяди Ильи Игорем любили слушать его рассказы. Это был отдельный вид искусства, и мы погружались в волшебный мир путешествий, риска и романтики. Многие рассказы я помню по сей день, как будто услышал их вчера. Особое место в этой устной беллетристике с научно-популярным уклоном занимало воздухоплавание — ведь для исследования атмосферы надо было все время летать на аэростатах, самолетах и запускать зонды, наполненные гелием. С замиранием сердца я представлял себя летящим в глаз тайфуна, где возникает зона абсолютного штиля, или пробивающим на самолете грозовые облака. К тому же тогда вышел замечательный фильм «Иду на грозу» по роману Даниила Гранина, в котором воспевался героизм людей, покоряющих стихию. В общем, я мечтал о том, чтобы оказаться в корзине аэростата вместе с дядей Ильей. О чем и просил его неоднократно. Однако всякий раз находилась убедительная причина, не позволявшая мне принять участие в полете; самая убедительная и непреодолимая была связана с тем, что, как назло, полеты проводились в те дни, когда я учился. В общем, мечте не суждено было сбыться. Потом я повзрослел и как-то забыл о своем детском желании.
 
С той поры минуло полвека. Сменилась эпоха. И вот я получаю e-mail от дяди Ильи, уже двадцать лет живущего в США недалеко от Вашингтона, что он летит в Москву и помнит о своем обещании подняться со мной в воздух. Признаться, за пятьдесят прошедших лет острота желания как-то прошла, но и отказаться я уже не мог.
 
Мне позвонил ученик дяди Ильи, сам уже маститый ученый и профессиональный воздухоплаватель, и согласовал со мной дату нашего полета. В силу специфики воздушных потоков стартовать надо на рассвете, с учетом дороги до Дмитрова выехать надо в четыре утра. Поскольку накануне мой товарищ отмечал юбилей и мне предстояла долгая и нетрезвая ночь, а днем следующего дня мне надо было вылететь в Шанхай, энтузиазм мой был ниже плинтуса. Но отказаться я уже не мог. И вот, сменив в машине смокинг на джинсы и забив рот жвачкой, дабы заглушить перегар, я встретился с дядей Ильей и двумя его родственницами, которым предстояло разделить с нами этот полет. Мы встретились с Александром, любезно предоставившим свой шар, который был упакован в гондоле, прикрепленной на прицепе автомобиля, которым управлял наш пилот, многократный чемпион по имени Иван, в бандане и с понитейлом походивший на интеллигентного пирата.
 
Запустили горелку, разложили шар, и он довольно быстро наполнился горячим воздухом и поднялся над гондолой. Мы забрались в гондолу, которая на удивление вместила пять взрослых людей, сдерживавшие нас канаты были отброшены, и мы поплыли… Я должен сказать, что мне приходится летать практически каждую неделю, но ничего общего с полетом на самолете воздухоплавание не имеет. Ты действительно плывешь.
 
Это необыкновенное ощущение напомнило мне, как любителю дайвинга, состояние погружения, когда ты оказываешься в водной стихии в невесомости. Даже звук периодически включавшейся горелки напоминал звук воздуха, поступающего из баллона через редуктор под водой.
 
Я вдруг ощутил невероятный подъем и приток сил. Дядя Илья, которому невозможно дать его возраст — и из-за спортивной формы, и из-за абсолютно не изменившегося блестящего ума и молодого задора, ощущал себя в своей стихии и рассказывал нам, как пугали они молодых влюбленных, опускаясь над стогами сена и взывая из-под небес о неблагочестии происходящего.
 
Мы мягко приземлились, нам выдали грамоты, подтверждающие нашу принадлежность к братству воздухоплавателей, и мы поехали в Москву. Над нами проплыли несколько воздушных шаров. Действительно, появилось ощущение причастности к этому всю жизнь знакомому и в то же время заново открытому для себя пространству, называемому небом. Дядя Илья гордо смотрел на меня с чувством выполненного долга. Он это сделал, оторвал меня от земли.
 
Мечты иногда сбываются…

Колонка Марка Гарбера опубликована в журнале "Русский пионер" №49. Все точки распространения в разделе "Журнальный киоск".
 
Все статьи автора Читать все
       
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (1)

  • Ewgeny Rabkin
    27.10.2014 22:26 Ewgeny Rabkin
    Великолепно и красиво!
49 «Русский пионер» №49
(Октябрь ‘2014 — Октябрь 2014)
Тема: МЕЧТА
Статьи по теме
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям