Классный журнал

Михаил Лузин Михаил
Лузин

Инициация первоэлементами

01 сентября 2012 22:12
Музыкант Михаил Лузин, не в силах более противостоять зову родной природы, оказывается на лоне ее и именно в том виде, как положено: в чем мать родила.

На днях ко мне в Петербург из Берлина прилетел друг Кристоф. Крис — фотограф и заядлый путешественник. Последние полгода прожил в Португалии, проложил на мотоцикле маршрут из Германии в Албанию, а четыре года назад в разгар русской зимы поехал покорять Транссиб. Так мы и познакомились — я прилетел в Екатеринбург навестить родителей и чуть ли не в дверях дома натолкнулся на худощавого голубоглазого немца, которого приютил мой брат по программе Hospitality Club. Брата больше интересовали компьютерные виды отдыха, а мы с Крисом обошли все екатеринбургские клубы в поисках куража и дев. Так и подружились. Встречались потом в Москве, Киеве, Петербурге, досуг особо не менялся.

За последние четыре года мой немецкий друг заметно прибавил в русском. Раньше мы объяснялись на языке жестов и «Битлз», а теперь люди, с которыми Крис заговаривает, первым делом думают, что над ними издеваются. «Да русский он, просто слова коверкает, чтоб надо мной посмеяться», — сказала в сердцах одна пожилая дама, к которой Крис по незнанию нюансов обратился на «ты». Инцидент был исчерпан только после демонстрации ай-ди кард. В общем, освоил Крис великий и могучий почти в совершенстве. Этому можно найти несколько объяснений, но я думаю, дело в любви, любит он к нам возвращаться.

Крис жалуется: за последние десять лет Россия изменилась не в лучшую сторону. И нет, не из-за того, о чем вы подумали. Исчезает самобытность, говорит. Раньше было много «бабушка», «старый машин», «милиц в смешной шапка», вообще люди и антураж были другими. А сейчас все почти как в Европе. Новые машины, пробки, масс-маркеты, реклама и т.п. Скучно. Даже милицию переименовали и переодели. По крайней мере, в больших городах. Мне теперь, говорит, интересней Латинская Америка — там колорита хоть отбавляй. И это человек, который изучал русский язык в школе, первой любовью которого была русская девушка, который, в отличие от большинства из нас, в Байкале купался, в конце-то концов!

Так получилось, что на выходные мы уехали праздновать день рождения Вари Шведовой, моего директора и прекрасной девушки. Уехали за 350 километров от Петербурга, на границу Ленинградской, Вологодской областей и Карелии, в нетронутые цивилизацией места. Криса взяли с собой, это ж известная забава — брать иностранцев на гуляния/охоту/рыбалку. Крис всех веселил. Удивился, что лес растет так густо, — в Германии все леса (видимо, сведенные под корень и рекультивированные потом) выглядят как парки. Наотрез отказался есть чернику с куста, потому что «на нее могла пописать лиса и можно отравиться». А потом увидел деревянную часовню во имя Ильи Пророка, которую возвел Варин отец посреди острова на озере, и сказал, что чувствует себя так, как будто попал в сказку. И надо обязательно устроить тут фотосессию с девушками (тут невольно вспоминается эпизод с участием экс-губернатора Свердловской области Эдуарда Росселя, попросившего «поставить органчик» внутри только что отреставрированного его стараниями собора в Верхотурье). Часовня — вроде бы простая, из дерева, но с невероятной красоты резными куполами, коньками и наличниками в исполнении гениального местного мастера.

Я вообще человек неверующий, но рядом с этой часовней у меня всегда случается приступ духовности. Недавно знакомый подвозил с канала Грибоедова до площади Восстания и сказал такую фразу: «У меня трое детей. И я отчетливо понимаю, что я смертен, а кровь моя уже получила продолжение. Кровь только и бессмертна». Вот он, момент истины. Какие там православие, язычество, коммунизм, фрейдизм? Кровь и почва — вот что важно (да-а-а-а, и это я так рядом с немцем думаю). Я стою на своей земле, в часовне, Варин отец, Владимир, прибивает к алтарю образы Святого Духа и Спасителя, я принимаю молоток, подаю иконы, кругом свечи горят. И нет никаких посредников, и мне абсолютно все равно, есть бог, нет его. Точнее, я уверен, что нет, и все равно, вне всякой зависимости, происходящее просто, исконно и свято.

Вечером, изрядно так уже посидев за столом, пошли в баню. И в бане духовностью накрыло меня окончательно. Это ведь, думаю, в чистом виде ритуал единения русского человека с природой! Вошел, одежду снял, даже крест снял — наносное это все, не исконное — и остался в чем мать родила. И началась инициация первоэлементами: огонь горит, вода течет, воздух свежий, горячий, медный ковшик руку тяжелит, а потом веник в руку — и париться. Босиком по холодной влажной земле — и с мостков в озеро с головой. Все элементы смешались в тебе. Огонь, вода, земля, металл, воздух, дерево. Все чистое внутри и снаружи, и ты часть этого мира, и мир в тебе. Можно и за стол возвращаться.

Черт, я был слишком пьян, чтобы попытаться объяснить это Крису. А у него случился другой приход. В баню мой друг пошел в красной туристической ушанке с кокардой, которую ему подарил Владимир. Он вообще эту шапку весь вечер не снимал, и я никогда не видел столько гордости на лице своего друга. Плечи расправил, грудь колесом — бравый солдат, да и только! И я опять подумал о корнях. Наши-то деды в своих ушанках дошли до Берлина. Житель Берлина надевает дебильную туристическую копию этого архетипического шлема и, наверное, чувствует себя сопричастным к победителям. По крайней мере, очень хорошо вживается в эту роль, и она ему нравится. Я смотрю на Криса. Он голый по пояс, в руке стопка водки, во лбу горит краснозвездная кокарда. Говорю: ты же русский!

Все смеются, пьют виски, дышат прохладным ночным воздухом... И нет никаких противоречий, и всем все понятно, и кругом мир, покой, свобода, и все это наполнено колоссальной внутренней глубиной и гордостью. Мы на своей земле, крепко стоим на ней, питаемся ее силой. Любим погулять, гостей любим. Так было, так есть и в наших силах сделать так, чтобы это длилось вечно, — кровь-то бессмертна. А еще, глядя в спокойные глаза людей, сидевших за одним со мной столом, я понимал про родную страну одну очень важную вещь: Россия — это специальное место для воспитания сильных людей. А сильный человек не может не быть свободным. Никто его к несвободе не принудит.

Утром, держась за голову, я думал: пьяные прозрения — это неотъемлемая часть почвеннических практик или можно обойтись одной баней?

 

Статья Михаила Лузина «Инициация первоэлементами» была опубликована в журнале «Русский пионер» №30.

Прочитать другие статьи Михаила Лузина

Все статьи автора Читать все
   
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал
30 «Русский пионер» №30
(Сентябрь ‘2012 — Сентябрь 2012)
Тема: ГОРДОСТЬ
Статьи по теме
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям