Классный журнал

Андрей Васильев Андрей
Васильев

Дженерейшн Пидор

16 декабря 2008 23:20
С первого же номера «Русского пионера» бывший главный редактор ИД «Коммерсантъ» Андрей Васильев позиционировал себя как специалист большого кинематографа. И кинематограф не смог пройти мимо: Андрей Васильев получил почти главную роль в экранизации бессмертного фельетона Виктора Пелевина «Generation П».

Никакой возможности смотреть кино! За отчетный период я так глубоко погрузился в кинопроцесс, что даже «Адмиралъ» не смотрел. Хотя вру: смотрел, но еще до премьеры, сведенку. Что такое сведенка, я рассказывал в прошлой колонке, но в студии у Толи Максимова (продюсер «Адмирала») обошлось без мордобоя и без Миши Ефремова — Толя Максимов интеллигентный человек. Поэтому что я могу сказать про фильм «Адмиралъ»? Ничего.

Зато есть что сказать про «Антикиллер-3». Его сведенку продюсер Юсуп Бахшиев показывал на «Мосфильме» многим уважаемым людям, в том числе мне, бывшему депутату-коммунисту Владимиру Семаге, кинообозревателю «Коммерсанта» Лидке Масловой. Получилось довольно конкретно – без этой патриотической пурги «Антикиллера-2». Единственное что напрягало – Лис (Гоша Куценко) выходит из психушки слишком духовным. Там у него какие-то глюки, флэшбэки романтические и вообще Валгалла. Нехарактерно для полюбившегося героя. И Лидка Маслова – сама по себе киношный антикиллер – на это Юсупу аккуратно намекнула. А он стал оправдываться:
– Про эти заморочки в самом начале главврач дурдомовский, его вот Васильев играет, рассказывает банкиру, что Лиса в психушке заставили писать художественную прозу.

– Тогда другое дело, – согласилась Лидка, – только я этой сцены как-то не заметила. Хотя Васильева видела как живого.

Тут я и подал застенчивый голос.
– А это сцену, Лида, продюсер, козлина, вырубил. Он теперь перед каждым просмотром будет у кинотеатра стоять и каждому зрителю на пальцах предысторию втирать. Я вообще, Юсуп, не понимаю, за что ты мне 74 тысячи рэ заплатил.
Поясню для киноманов. Я действительно сыграл главврача в реальном дурдоме №5 города Чехова, где банкир Миша Ефремов выкупает у меня Лиса на убой. За это мне (не как главврачу, а как актеру) заплатили 74 тысячи в день. Причем 37 тысяч за актерское мастерство и еще столько же за продакт-плейсмент: мы с Мишей в кадре пьем водку на бруньках. Так вот, в конечном варианте меня даже на бруньках не показывают.
Не знаю, какой аргумент подействовал, но Юсуп уже позвонил, пообещал эпизод назад вставить. Поверим на слово.
Продюсерам ведь иногда верить можно. Убеждаюсь в этом на примере мегапроекта «Generation П». Его продюсер и режиссер Витя Гинзбург обещал экранизировать бессмертную пелевинскую мульку – и не соврал. Два года уже снимает и еще года два минимум будет. Для нас, актерской элиты фильма, сниматься в нем уже вошло в дурную привычку. Серенький сентябрьский съемочный денек свел нас – Володю Епифанцева («Живой»), Андрея Фомина (икона российского гламура), Мишу Ефремова (см. предыдущие колонки), Рому Трахтенберга (анекдоты), Ивана Охлобыстина (поп), меня и многих других звезд в Щербинке. Щербинка – сама по себе дикая дыра, так нас еще загнали на экспериментальное ж/д-кольцо, по которому гоняют испытуемые паровозы аж с 20-х годов прошлого века. Не то что ресторана, пивняка захудалого нет. А по закону подлости играли мы сцену под названием «Пивняк». Туда заходит общаться с народом герой Ефремова, будущий президент России, и мы в его свите. Причем съезжаемся на «Майбахах», бронированных «мерсах» (у меня, по крайней мере, был бронированный), «Бентли» и «Феррари» – все по-честному. Народ тоже алкоголический. А пивняк – декорация.

Ну, от нечего делать начинаем выяснять, кто кого играет. И никто толком за давностью лет не помнит. Я, например, помню что-то про светлый образ Александра Волошина, но его вроде в романе и нет. С отцом Иоанном Охлобыстиным вообще беда – он от жадности в фильме три роли осваивает. Сколько было свободных, говорит, столько и взял. Сошлись мы в результате на том, что герои «Generation П» не молодеют ни фига. Я даже, расчувствовавшись, подарил арт-директору проекта Петлюре пальто от Jean Paul Gaultier строгого фасона, поскольку, по словам Петлюры, я из него вырос.

Но и без приобретений не обошлось. Отец Иоанн в зияющих перерывах между дублями пугал всю Щербинку роскошной глянцевой презентацией своего нового проекта «Человек-разбойник». Социальный посыл он изложил в предисловии: «…По уровню немотивированности поступков, сюжетных шаблонов, пустоте мысли, жестокости главных героев и числу безвинных жертв наша история значительно превосходит все ранее известные образцы. После нее следует ожидать от инвесторов киноиндустрии приступа спазматического интереса к жизни врачей, педагогов, ученых… Аминь». А по жанру Охлобыстин обещает «брутальную сказку о стихийном преображении законопослушного гражданина Севастиана Соловьева в лихого разбойника Соловья, о любви и извечном стремлении русского человека к вольной жизни». Кроме Соловья там действуют кузнец-отщепенец Молот и бухгалтер-расстрига Дебет. На Дебета Ваня хотел взять Федора Бондарчука, но решил, что я лучше. Дешевле. А роль большая. Так что над моей журналистской карьерой нависла угроза. Не в смысле судьбы колумниста «Русского пионера» (на это времени можно наскрести), а вот в «Коммерсанте» придется брать академический отпуск.

Дальше наш с  вами, читатель, путь лежит в город Кронштадт – на съемки веселой комедии «Бетономешалка» Романа Романыча Качанова, одноименный папа которого сделал в свое время мультфильм «Крокодил Гена». В фильме Ромы-младшего тоже есть Гена, по кличке Бетон. Играет его, естественно, Гоша по кличке Куценко. Но я с ним на площадке не встретился. Зато встретился со Шнуром. Он играет местного пахана, а я – продавшуюся ему с потрохами сволочь, главного редактора газеты. Два дня играл, по 37 тысяч в день.
Город Кронштадт – историческое место. Туда с самого начала перестройки тянули 17-километровую дамбу. И дотянули только молитвами знатного питерца Владимира Путина. Но на сам город ни денег, ни молитв не осталось. Если Щербинка (см. выше) дыра, то Кронштадт – просто жопа. И в ней есть военный госпиталь, который по сравнению с дурдомом №5 города Чехова (тоже см. выше)… ну, я не знаю, как там люди выздоравливают. Наверное, как мухи. Роман Романыч Качанов под впечатлением от кронштадтской натуры упал с 12-метровой высоты. Выжил, правда, но пить пока бросил – снимает.

Но я сейчас не о фильме. Я о том, что в этом депресняке Серега Шнуров был реально позитивным дядькой. И я, несмотря на свое ровное, скажем так, отношение к группе «Ленинград», был дико рад знакомству. А потом приехал в Москву и прочел собственное интервью «Литпрому». Черт его дери.
Мне тут же рассказали, что Шнур напрягся. Не нравятся, говорит, мои песни, ну и не надо – причем здесь пидор? Я ему, главное, позвонил, попытался объяснить: ну пьяный треп, интервью мной не завизировано. А чего толку? За базар-то надо отвечать. Правда, я не ответил. В день звонка нам предстояла встреча на тусовке «Жаба года». Я не пошел. Застремался.
Потому что нельзя. Нельзя человека искусства пидором называть – даже колумнисту «Русского пионера».


Статья Андрея Васильева «Дженерейшн Пидор» была опубликована в журнале «Русский пионер» №6.

Все статьи автора Читать все
       
Оставить комментарий
 
Вам нужно войти, чтобы оставлять комментарии



Комментарии (0)

    Пока никто не написал
6 «Русский пионер» №6
(Декабрь ‘2008 — Январь 2008)
Тема: СИЛИКОН
Статьи по теме
Честное пионерское
Самое интересное
  • По популярности
  • По комментариям